Религиозное и светское. Постсекулярноcть и драматика модерна - Александр Иванович Кырлежев

Логика Суда в первом составе

Аргументация в первом постановлении Суда: Плюрализм в образовании существенен для демократического общества, и государство призвано его обеспечить. Открытое школьное пространство должно быть инклюзивным, а не эксклюзивным. Школа — не место для миссионерства и проповеди; это место встречи разных религий и философских убеждений. Государство обязано воздерживаться от навязывания веры (индоктринации) даже косвенным образом. «В странах, где подавляющее большинство населения придерживается определенной религии, демонстрация символов этой религии может оказывать давление на учащихся, которые не являются приверженцами этой или вообще какой-либо религии». Религиозный смысл распятия является преобладающим среди других его смыслов. Присутствие распятий без труда может быть воспринято учениками разных возрастов, особенно представителями религиозных меньшинств, как религиозный знак и создать впечатление, что они учатся в школе, где присутствует определенная религия. «Негативная свобода религии не ограничивается отсутствием религиозных служб или религиозного образования. Она распространяется на практики и символы, выражающие, в частности или в целом, какую-либо веру, религию или атеизм. […] Суд не видит, как демонстрация в классах государственной школы символа, который вполне обоснованно ассоциируется с католицизмом (религией большинства в Италии), может служить образовательному плюрализму, существенному для сохранения „демократического общества“ в том смысле, как это понимает Конвенция»[250].

Относительно первого решения во втором постановлении Суда, в частности, говорится:

Как указала Палата, государство было обязано соблюдать в контексте публичного образования конфессиональный нейтралитет, если посещение классов является обязательным независимо от религии, учитывая цель — содействие развитию критического мышления у учеников. […] Палата заключила, что «обязательная демонстрация символа конкретной конфессии при осуществлении публичных обязанностей в конкретных ситуациях, находящихся под государственным контролем, особенно в классах, ограничивает права родителей на воспитание своих детей в соответствии со своими убеждениями и право детей верить или не верить»[251].

Логика третьих лиц, выступавших во втором рассмотрении дела в пользу заявителя

НПО «Греческий хельсинкский монитор»[252]: Распятие не может восприниматься иначе, кроме как религиозный символ, поэтому его демонстрацию в классах государственной школы можно рассматривать как институциональный сигнал (institutional message) в пользу конкретной религии; обеспокоенные этим дети или родители, возможно, воздерживались от протестов, потому что опасались преследований.

НПО «Национальная ассоциация свободомыслия»[253]: Демонстрация распятия в классах государственной школы была предусмотрена не законом, а правилами, принятыми в эпоху фашизма, которые не могут действовать в эпоху после принятия Конституции (1948) и Протокола к Конкордату (1985). Палата по уголовным делам Кассационного суда дала соответствующее указание по аналогичному делу, касавшемуся демонстрации распятия на избирательных участках (Решение от 1 марта 2000 года), а также по вопросу о демонстрации распятий в залах судебных заседаний (Решение от 17 февраля 2009 года). «Таким образом, имел место конфликт прецедентной практики Государственного совета (который, напротив, полагал, что соответствующие правила являются применимыми) и Кассационного суда, что затрагивает принцип правовой определенности, являющийся опорой государства, регулируемого верховенством права».

НПО «Евроюрис»[254]: Наличие распятий в классах итальянских государственных школ предписано не законом, а правилами, унаследованными от эпохи фашизма, которые отражали конфессиональную концепцию государства, несовместимую с принципом секуляризма, установленным в позитивном конституционном праве; распятие — религиозный символ, с которым не ассоциируются нехристиане.

НПО «Международный комитет юристов», «Интеррайтс» и «Хьюман райтс уотч»[255]: Прецедентная практика Европейского суда указывает на обязанность государства поддерживать нейтралитет и беспристрастность по отношению к религиозным убеждениям при предоставлении публичных услуг, включая образование; такой нейтралитет особенно важен в школьном помещении (включая организацию школьной среды), поскольку там, ввиду обязательности школьного обучения, существует опасность индоктринации детей.

Логика против иска заявителя (заявителей)

Логика правительства Италии[256]

В первом решении Суда отсутствует общеевропейский подход, то есть сравнительно-правовое исследование по вопросу отношений государства и религий, а также по вопросу демонстрации религиозных символов в государственных школах; такое исследование указало бы на широкие пределы усмотрения государств — участников Конвенции.

Нейтралитет требует от государства принимать во внимание все религии. В первом решении Суда имело место смешение «нейтралитета» (как «инклюзивного понятия») и «секуляризма» (как «эксклюзивного понятия»). Однако государствам следует воздерживаться от насаждения не только конкретной религии, но также и атеизма; «секуляризм» со стороны государства является не меньшей проблемой, чем какой-либо религиозный прозелитизм. Первое решение было следствием недопонимания и поощряло нерелигиозный или антирелигиозный подход, «воинствующим сторонником которого в качестве члена Союза атеистов и рационалистов-агностиков, как утверждается, является заявительница».

Знак креста может восприниматься не только как религиозный символ, но также как символ культурный, связанный с идентичностью, как символ принципов и ценностей, которые создали основу демократии и западной цивилизации; именно такой символ присутствует на флагах ряда европейских стран. Этот символ является выражением «национальной особенности» Италии, для которой характерны особо тесные отношения между государством, народом и католицизмом, связанные с историческим, культурным и территориальным развитием страны. Вопрос о присутствии распятий — это вопрос о сохранении вековой традиции. Европейскому суду следует признавать и защищать национальные традиции и преобладающее народное чувство, а также оставлять на усмотрение каждого государства способы достижения равновесия между противоположными интересами.

Права родителей на уважение их «семейной культуры» не должны вступать в противоречие с правами общества на передачу своей культуры и правами детей на ее восприятие. Наличие распятий в классах — это желание большинства родителей в Италии, а удаление распятий будет злоупотреблением со стороны меньшинства.

Суд должен уважать конституционные традиции и принципы, связанные с отношениями государства и религий, в том числе и особый подход к секуляризму, который доминирует в Италии. Преобладание в школьных программах внимания к религии большинства само по себе не свидетельствует о ненадлежащем влиянии со стороны государства или на попытки индоктринации. Конвенция не запрещает государствам-участникам иметь государственную религию, или отдавать предпочтение конкретной религии, или предлагать учащимся более обширные сведения о доминирующей религии. Наличие распятий в классах способствует пониманию учениками того национального сообщества, в которое они призваны интегрироваться. Распятие — «пассивный символ», который не влияет на содержание образования в Италии. В школьном пространстве практикуется открытость и уважение к различным проявлениям религиозности. Так, допускается ношение исламских головных платков и других видов одежды или символов религиозного характера; часто отмечаются начало и окончание Рамадана; ученики иудейского вероисповедания имеют право не сдавать экзамены по субботам; кроме того, разрешается обучение