Книга Уткина: Мы тут жизнь живём - Станислав Владимирович Гридасов

Оказывается, она просто прилипла к тому месту, где спина теряет свое благородное название. Некоторое время держалась, а потом упала. И вот что интересно: пока я шел с этой рекламой на жопе, всем это казалось нормальным! Дескать – ну, мало ли, как удобно ходить человеку, может, он все время на задницу падает, когда по улице идет. Но только эта штука отлепилась, все сразу же решили мне помочь…

Немцы, черт.

Дел у меня практически не было. Надо было зайти в магазин и купить тучу одежды – в Германии самые лучшие магазины для людей моего размера. Попутно в несколько телефонных звонков я разобрался с московскими делами. И – был предоставлен самому себе. Это самое лучшее.

Я всегда стараюсь в такие дни, когда голова ничем не забита, обязательно найти место, чтобы пообедать, когда начинаются сумерки. Делюсь вот ноу-хау. Сидишь, смотришь на город (это надо делать на улице, разумеется), все постепенно меняется – свет, пространство… А ты для этого ничего не делаешь. Это происходит само собой, со сменой блюд.

Последним приключением на пути домой стало только то, что одновременно с ночным мюнхенским «Аэрофлотом» в Москву прилетает миланский рейс, который традиционно трясут на таможне на предмет шопинга. А у меня полный чемодан новых вещей (которые я вообще только в Германии и покупаю обычно, потому что больше толком негде). Ну, удача сопутствовала.

Потом был эфир, а потом мы праздновали мой деньрож уже всей футбольно-клубной бандой. Позже, через конференцию, если кому-то надо будет не без некоторого размаха отметить что-то, чтобы гарантированно было весело, подскажу я вам пару атмосферных местечек… До восьми утра, между прочим. Я, правда, сбежал чуть раньше. Подарили мне боевые товарищи среди прочего книжку «Приговоренный к победе»[50], арманьяк года моего рождения (гигантский напиток, уже его нет) и самое главное – мечта последних лет – телескоп. Я высоко живу, вид из окна все еще не застроен, и когда-то я проговорился Тимуру <Журавелю>, что здорово было бы осмотреть родной город повнимательнее.

К сожалению, когда позавчера удивительно весело и жарко горел завод на Кутузовском, я телескоп еще не настроил.

Последний, десятый день начался непривычно поздно. Когда ложишься в начале седьмого, а накануне летел ночным самолетом, спится великолепно, скажу я вам. Я звал на «Барса» – «Реал» поработать Дяденьку, но он что-то захандрил. А совместная работа только тогда получается по-настоящему классной, когда чувствуешь себя сам в порядке. Ладно, сели мы с Дементьевым опять с твердым намерением не пользоваться полупарламентскими выражениями.

И лучшего «классико» я еще никогда не видел.

Это было последнее поздравление с днем рождения, которое почти не порадовало. Я ведь мог быть там. Вот это был бы номер… Но, с другой стороны, тогда бы я потерял массу других впечатлений. И, может быть, даже так и не получил бы в подарок давно, считаю, мною не понаслышке заслуженный телескоп!

Да я теперь «классико», если захочу, прямо из дома смотреть стану. Вот настрою оптику – так неужели на горизонте где-нибудь за МКАДом я не высмотрю высокие борта «Камп Ноу»? Конечно, высмотрю.

Вот. Вот почему меня не было на блоге 10 дней. Оффтопы закончились, следующий текст будет про футбол. Хотя и не совсем.

Про Олимпиаду в Сочи

Василий Уткин

Я никогда не пойму людей, которые кривят лицо при известии о том, что Россия получила право на Олимпийские игры. Я даже выбросил из этой фразы слова «право провести», потому что это для документов и резолюций. Мы с вами эту Олимпиаду проводить не будем. Мы просто на ней будем. Зрителями, журналистами, участниками, сочувствующими и так далее. Все. Она – наша.

Ни копейки, ни грана не стоят ровно все аргументы против. Объясню по пунктам.

Вот говорят – показуха. Так любая Олимпиада показуха. Мы с вами гостей в дом приглашаем – это ведь тоже показуха, вы же не суп из пакета им предложите. Нет, сходите в магазинчик, пожарите-попарите что-то на сковородочке, бутылочку в морозилку за полчаса впихнете. Разбросанные вещи, которые в обычной жизни не доставляют вам никакого дискомфорта и даже создают особого рода уют – соберете и куда-нибудь денете…

Олимпиада – безусловно, показуха. Только она является таковой всегда и везде. Весь вопрос в том, что показывать, а что скрывать. Наша страна проведет Олимпиаду через семь лет. Этот период времени, между прочим, включает в себя среди прочего две пары всеобщих выборов – в Госдуму и президентских. Если кого-то что-то не устраивает, есть масса как минимум времени (возможностей, конечно, меньше) изменить любую ситуацию к лучшей. Политическую, экономическую, ситуацию с детской наркоманией, подростковой преступностью и даже с производством автомобилей – кому какая доставляет больший дискомфорт. Так что не стоит ныть – если кого-то не устраивает характер нашей показухи, не складывайте рук. А Олимпиада тут ни при чем.

Я был на четырех Олимпиадах. Каждая из них, вне сомнения, была показухой. Наименее удачные получились в Атланте и Нагано. В Нагано, например, как выяснилось, есть горы, но нет условий для катания на них – в олимпийское время там сплошные туманы. И так бывает каждый год по причинам особенностей тамошнего климата. Городок Нагано – четыре улицы, схематичное изображение которых напоминает линейки для игры в крестики-нолики. Ничего. Провели. Было здорово.

Игорь Рабинер, Василий Уткин и Дмитрий Федоров на Олимпийских играх в Нагано. 1998 г.

А греческая и итальянская показуха были очень даже милы. Во всех отношениях.

Дальше.

О деньгах. Провести Олимпиаду дорого. Но это везде и всегда дорого. В нашей стране элементарно нет спортсооружений высокого класса для зимнего спорта. Их необходимо построить. Построить без повода нам трудно. Мы никогда ничего без аврала не делаем. Спортивные объекты, построенные к московской Олимпиаде, прекрасно служат до сих пор, несмотря на всю авральность своего возведения.

Разговоры о размере пенсий в сопоставлении с олимпийскими бюджетами не стоят выеденного яйца. Ни в одном государстве пенсии не выдержат такого сравнения. И на самом деле все это ровно разговоры Полиграфа Полиграфовича Шарикова, который предлагал все поделить. Без спортивных сооружений в стране нет профессионального спорта. Без профессионального спорта как ориентира для наиболее способных людей в стране нет спорта как такового. Если нет спорта как такового, молодежь находит иные способы занять себя. В двух-трех процентах случаев это книги. В девяноста семи – разновидности безделья, от компьютерных игрух до наркоты. И вложения в спорт являются социальными вложениями.

Наворуют денег? Так дело тут не в Олимпиаде. Как будто и без нее не наворуют… Как будто она, бедная и Белая, тут чему-то причина. Воруют у нас не потому, что проводятся или нет Олимпиады, а потому, что соблюдать законы в стране не обязательно. С олимпийским девизом «быстрее, выше, сильнее» эта проблема связана разве что каламбурно…

Покорежат природу? Окей. Два соображения есть на этот