Так себе жертва - Яна Каляева

Я обошла зал, вглядываясь в лица мертвых Лешуконских. Что за тайны хранит этот древний, могущественный, но словно бы проклятый род, обреченный на изоляцию, захватывающий пространство вокруг себя через черные браки и превращающий его в зону отчуждения? Жених, погруженный в свои мысли, обращал на меня ничуть не больше внимания, чем покойники. Наконец он молвил, обращаясь к предкам, а не ко мне:

— Я, Игорь Лешуконский, беру в жены вот эту девицу и с ней — владения Мезень и Пинега. Вы гордились бы мной, если б могли.

Хах, кажется, он забыл или вовсе не выяснял, как меня зовут. Это хорошо, так мне будет проще.

— А Эрик оказался недостоин места в этом зале, — сообщил предкам Игорь. — Я представлю вам нового наследника, когда придет время.

Сказав это, жених, по-прежнему не глядя на меня, пошел назад, к лестнице. Он вроде не торопился, но мне пришлось ускорить шаг, чтоб держаться с ним рядом. Я не выдержала и спросила:

— Это все? Предки остались довольны твоим выбором?

— Ты могла бы и сама заметить, что мои предки мертвы, — вежливо ответил Игорь. — Им совершенно безразлично, кого я выбрал и что присоединил. Как и все остальное, что колыхает Твердь.

— А зачем тогда было их информировать?

— Потому что брачный ритуал требует произнесения слов перед предками. Каких именно — не имеет значения. Кстати, теперь мы стали мужем и женой.

У меня упала челюсть. Так быстро? Я ожидала, что будут какие-то ритуальные действия, особые фразы, обмен символическими подарками, ну там, венцы, поцелуй, такое что-то. Атрибуты и жесты, которые должны создать у новобрачных ощущение, что этот день меняет их жизнь навсегда. Моргот подери, хотя бы для галочки спросили, согласна ли я!

Впрочем, никто из нас в это во все не верил, так что… к чему эти нелепые телодвижения? Не очень-то и хотелось!

Жених… теперь уже муж снова прервал молчание уже в самом конце подъема:

— Ты должна быть мила и приветлива с гостями. На тебе теперь обязанности хозяйки этого дома.

— Да, супруг мой, я готова их исполнять.

Ты даже представить себе не можешь, дорогой супруг, до какой степени я к этому готова.

Глава 21

Я обнаруживаю в себе бездны женской меркантильности

— Разумеется, объединение крупнейших владений Севера под рукой сильного хозяина может оказаться чрезвычайно благоприятным в существующих условиях, — протянул король-рыбак Олег Канинский. — Однако произошло оно довольно поспешно… и неожиданным образом.

— Ваша правда, Олег Евграфович, — я сияюще улыбнулась. — Господин Лешуконский действовал… стремительно. Но согласитесь, разрешилось все как нельзя лучше. Богатства Лешуконья — то, что способно выручить губернию в эти тяжелые времена. Те самые рабочие места, который сейчас так нужны региону.

Общее застолье, во время которого мне оставалось только кукольно улыбаться, перетекло в фуршетную фазу. Как подобает порядочной невесте, я стояла с бокалом белого вина в руке и любезно беседовала с гостями, уделяя каждому ровно столько времени, сколько полагалось по его статусу. Мой новоиспеченный супруг в этой социальной игре участия не принимал, просто сидел в стороне и бесстрастно наблюдал, однако мне не препятствовал.

— Рабочие места — это дивно и прелестно, — водянистые глаза Канинского смотрели на меня сквозь толстые линзы очков с выражением, которого я никак не могла уловить. — Но освоение природных богатств требует вложения средств.

— Я разыщу средства, — пообещала я с улыбкой. — Вы же меня знаете. Была бы достойная цель, а средства найдутся.

— И, надо полагать, цель их немедленно оправдает, — Канинский не стал подхватывать мой шутливый тон. — Отчего вы совершенно ничего не едите, дорогая?

— Ах, вы знаете, девичий мандраж, слезы-грезы… — я махнула рукой, едва не выплеснув из бокала вино, к которому, разумеется, не притрагивалась. — Я ценю ваше участие, Олег Евграфович. Но обо мне не тревожьтесь. Почему и каким образом менялись границы владений — не то, что будет интересовать Государя. Его будет волновать экономическая стабильность региона, ее мы и обязаны обеспечить.

— Вы можете беспокоиться об этом… сейчас?

— Сейчас — более, чем когда-либо еще. Однако довольно портить скучными разговорами о делах этот чудесный праздник! — я вежливо улыбнулась, давая понять, что наша маленькая светская беседа окончена. — Наслаждайтесь лешуконским гостеприимством.

Праздник в самом деле был организован с размахом. Я старалась не смотреть в сторону богато накрытых столов, чтобы не провоцировать желудок на не соответствующее торжественному моменту бурчание. Решила поститься — надо уж выдержать, благо осталось по-любому недолго. Все разрешится в первую брачную ночь так или иначе — и как же хочется, чтоб вышло так, а не иначе! Вдруг мой новоиспеченный супруг уже понял, что нейроинженерная схема была взломана и инвертирована? Для этого ему надо всего лишь попытаться причинить мне вред, причем попытку сделать это физически я бы заметила, а вот если он воздействовал магией… Я вроде повода не давала, но как знать, что варится в этой породистой длинноволосой башке?

Следующей поздравить счастливую невесту подошла Арина Чижгорина. По случаю свадьбы она явилась не в резиновых сапогах и телогрейке, а во вполне пристойном шерстяном платье, и это ей чрезвычайно шло. Я светски улыбнулась:

— Как вам нравится наш праздник?

— Восхитительно, — скривилась Арина. — Из тебя вышла такая сладкая невеста! Хорошенькая, точно куколка. И не скажешь, что неделю назад держала два владения, одно из них взятое с боя, а теперь стала бесплатным приложением к приданому.

Хах, если мне подфартит, к утру я буду держать уже три владения! Но говорить этого вслух сейчас нельзя. Я опустила густо накрашенные ресницы:

— Фортуна переменчива, Арина Егоровна. Кто-то теряет, кто-то находит. Самое худшее, что можно потерять — это голову, не правда ли?

— А ты чего не жрешь ни хрена? — сменила тему Чижгорина. — Напугать меня хочешь до усрачки?

Я доверительно улыбнулась:

— У меня же пять слоев штукатурки на морде. Одно неосторожное движение — и макияж размажется в кашу. Девушке следует быть чрезвычайно осмотрительной в наши дни. Не беспокойтесь ни о чем, Арина Егоровна, наслаждайтесь праздником. Вот увидите, мы еще взорвем этот танцпол — да так, что чертям в аду тошно станет.

Пожалуй, даже таких намеков делать не стоило… Со следующими поздравляющими я держала восторженно-нейтральный тон, тем более что почти никого из них и не знала, однако это не мешало беседовать с ними как с лучшими друзьями. Заказывали хозяйку — получайте хозяйку, хрюли.

Краем глаза заметила, что Леха Соянский приехал на праздник с опозданием — все прочие прибыли вовремя, не решились гневить Лешуконского… А Леха даже не приоделся,