Так себе жертва - Яна Каляева

Без трех минут полночь.

— Почему ты ничего не ешь? — спросил вдруг Игорь.

Я опустила клинок, держа перед собой, и прошептала:

— Нервничаю. Мне… страшно.

Лучшая ложь — всегда отчасти правда. Ничего не происходило — а я дышала часто и тяжело, словно после километрового забега.

«Ну, давай!» — мысленно прокричала я Игорю. — Давай, скажи, что не хочешь вот так, скажи, что отпускаешь меня и Рейку! Тогда я остановлю штурм, тогда я не стану тебя убивать, тогда… может, тогда я даже останусь. Сама. Я останусь, и вместе мы найдем способ снять проклятье с твоего рода. Только не принуждай меня силой, которой у тебя на самом деле даже и нет!'

Но он произнес другое:

— Я понимаю. Ты боишься, это естественно. Но я наблюдал за тобой, анализировал, как Лешуконье на тебя реагирует. В тебе течет северная кровь — кровь владетелей и кровь народа, который издавна жил в этих местах. И ты сильна как телом, так и духом. Быть может, бояться нечего, это место примет тебя, ты сделаешься его частью. Иди ко мне.

Я быстро вдыхаю и медленно выдыхаю, сжимая рукоять меча потными ладонями.

Что бы я ни думала — этот человек угрожал моей сестре.

Что бы я ни чувствовала — он силой вынудил меня вступить в брак, который может меня убить.

А главное — это я проговорила про себя очень четко, тщательно фиксируя в памяти — он возводил поклеп на династию Грозных, а значит, он враг Престола и Государства!

Поэтому я убью его.

— Знаешь, Гая, — тихо сказал Игорь. — Ты напомнила мне, каким я когда-то был… Не бойся. Это совсем не обязательно будет черный брак.

Я подошла, держа клинок в опущенной руке, и посмотрела ему прямо в глаза:

— Обязательно.

— Что? — не понял Игорь.

— Это обязательно будет черный брак.

Клинок взмыл вверх, описав дугу к его горлу. Недостаточно быстро! Игорь успел вскинуть руку, и между нами выросла стена прозрачного льда. Лезвие уперлось в щит, высекая сноп искр, но лишь оставило трещину.

— Зачем? — Игорь непонимающе хмурится. — Гая, ты же не…

Не слушая, я отступила на шаг, перехватила клинок и ударила снова. Теперь в стену — в основание, где лед тоньше, и трещина от первого удара еще светится. Клинок вошел в щит, я навалилась всем телом…

Лед затрещал, но выдержал.

— Очень глупо, ты могла бы еще пожить, — холодно сказал Игорь и снова вскинул руку, формируя ледяную стрелу, которая полетела мне в грудь…

Нет, осколками осыпалась к моим ногам.

Игорь согнулся пополам, схватился за сведенное судорогой горло. Нейросхема работала! Я бросилась на щит, ударила ледяную стену всем телом — и она обрушилась. Не прерывая движения, я перекатилась через обломки, вскочила — и вонзила клинок Игорю в грудь. В середину, прямо в сердце.

Хлынула кровь, заливая мне лицо, руки, белое платье.

Игорь рухнул на колени, посмотрел прямо на меня и отчетливо произнес:

— Аглая.

Ртуть в глазах остыла и замерла, тело обмякло и осело на пол.

Однако даже в таких обстоятельствах немного обидно, когда твой муж умирает с именем другой женщины на устах!

Но да сейчас не до уязвленной девичьей гордости. Ведь я убила не просто погрязшего в семейных проблемах гляциолога. Я пресекла древнейший и самый могущественный род Севера, сотни лет обрекавший женщин на смерть, детей на увечья, а мужчин на одиночество.

Зато родители земского пацана Гришки будут получать жалованье, и ему не придется лазить по чужим сумкам.

Интересно, этот подземный дворец не рухнет сейчас мне на голову? Я нервно огляделась — но стены стояли смирно. А, ну да, ведь кое-кто из Лешуконских жив и здравствует, и это, собственно говоря, я.

Однако, как я уже усвоила, чтобы получить владение, убить владетеля необходимо, но недостаточно. Де-юре проблем в этот раз не должно возникнуть — я вдова и законная наследница. Но примут ли это другие владетели, признают ли мой статус? Все они знали, что прибыли на черную свадьбу, но едва ли многие готовы к тому, что… ну так себе из меня жертва.

Табор Караша уже штурмует замок, без магии Лешуконского любые преграды им — на один зуб. Гости еще пируют, обычай не велит им расходиться раньше утра. Я должна сделать что-то такое, что они с гарантией запомнят и никогда не смогут игнорировать.

Если мой поступок не укладывается в старые северные легенды, значит, надо создать новую. Есть время для планов развития и инвестиционных проектов — и время для создания леденящих душу историй, которые многие поколения будут пересказывать со смесью восторга и ужаса. Чтоб каждый запомнил, что случается с теми, кто поднимает руку на Пинегиных!

Клинок, который я все еще сжимала в руке, сам подсказал мне решение — больно уж он легкий и острый, позволяет творить чудеса даже дилетанту. Вообще-то чисто, одним ударом отрубить человеку голову — задачка не для новичка, воины и палачи тренируются годами. Но это артефактное оружие сделает все, считай, само.

Я наклонилась к телу несостоявшегося мужа, намотала на кулак его роскошные длинные волосы, рванула вверх, сказала в спокойное мертвое лицо:

— Извини, что… отказалась побыть героиней второго плана в трагическом спектакле твоей жизни. Надеюсь, все это никогда больше не повторится. Одного рода, обреченного на сотни лет одиночества, для Тверди более чем достаточно.

Одним движением я рассекла шею и отрезала голову. Теперь мне есть с чем выйти к дорогим гостям.

Игорь ведь сам сказал, что мертвым все уже безразлично.

Запоздало забеспокоилась, что потеряюсь в ледяных лабиринтах, но опасение оказалось напрасным: едва выйдя из спальни, я узнала парадную галерею. Видимо, дверь была звукоизолирующей, потому что галерею наполняло эхо выстрелов и криков. Я улыбнулась — надеюсь, ребята сейчас развлекаются не хуже, чем я. Все правильно, свадьба должна быть веселым и радостным праздником для всех!

По пути я наткнулась на тела двух служителей: одно с раной от карда, другое — прошитое автоматной очередью. Подол платья испачкался кровью, но на этом этапе такие мелочи мой светлый облик уже нисколечко не портили.

В этот раз двери зала приемов сами передо мной не распахнулись — пришлось пнуть ногой. Получилось шумно, взоры пирующих обратились на меня. Как и давеча днем, я прошествовала к праздничному столу неспешно. На ходу я раскручивала голову Игоря, как пращу. Все-таки длинные волосы у мужчины — это не только красиво, но и удобно, хоть и не для него самого, конечно.