Солёный зефир - Даша Art

Открываю рот, чтобы ответить, когда слышу короткий ответ:

— Нет.

Игнат.

Когда он пришел? Не знала, что Мари приглашала его. Живот стянуло. Киваю в сторону лестницы.

— Идем.

— Эй, — в проеме вырисовывается сестра, — давайте сюда.

— Нет, нам надо заниматься.

— Да ну вас, — Мари выходит вперед, протягивает мне руку. — Присоединяйтесь, будет веселее. Можем посмотреть какой-нибудь фильм.

Я не хотела. Видеть их вместе выше моих сил. Хватит того, что теперь мой неуемный мозг подкидывал мне идеи того, чем они занимались в темноте на диване.

Мари не стала дожидаться отрицательного ответа, она схватила меня за локоть, потащив за собой.

Телевизор хорошо освещал комнату. Игнат развалился в углу, его откинутая назад голова повернулась в нашу сторону. Он посмотрел на меня, а затем резко перевел недовольный взгляд на парня за моей спиной.

— Садись, — мягко командует сестра, улыбаясь Максу. Он реагирует на её доброжелательность сдвинутыми бровями. Хотя, не исключаю, что это реакция на баскетболиста. — Давайте что-нибудь посмотрим?

Макс садится, оставляя для меня место рядом с собой. Как в замедленной съемке опускаюсь на диван, чтобы тут же подпрыгнуть, когда Мари хлопнула в ладоши.

— У меня родилась идея получше. Надо сходить на двойное свидание!

— Чего?

— Правда здорово придумала?

Нет. Нет. Нет. Не замечаю, как начинаю мотать головой. Останавливаюсь, понимая, как по-детски это выглядит.

— Сходим в кино? Там как раз показывают до ужаса романтическую комедию.

Да вся моя жизнь как комедия с элементами абсурда, словно судьба издевается надо мной.

Взгляд Игната обжигал. А рука Макса, обхватывающая мою, заставляет нервные окончания напрячься. Сил хватило, только чтобы промямлить:

— Не думаю, что…

— Правда хорошая идея, — перебивает меня Макс. — Сходим на свидание?

Внутри что-то обрывается. Игнат прищуривается. Мари взвизгивает, понимая, что выиграла эту битву.

— А? — хочу проснуться, словно попала в капкан. — Ладно.

Был ли у меня выбор?

Конечно, да!

Убежать в комнату, закрыться и просидеть там до конца мироздания.

Хорошая ли это идея?

Самая лучшая!

Во всяком случае, разумнее, чем идти в кино как две парочки.

— Пошли собираться, раз все «за».

Игнат

Я провожаю ее взглядом: не могу сдержаться. Плавная походка и слегка виляющие бедра приковывают внимание, пробуждая подростковые мечты.

— Что ты здесь делаешь?

Хороший вопрос. Правильный. Но он меня злит. Потому что его тоже здесь быть не должно. Не рядом с ней.

Что происходит?

Свидание?

У них будет свидание на моих глазах?

Какого черта?

Чему он так лыбится?

Сжимаю кулаки, жаждущие зарядить по его довольной морде. Взялся из неоткуда, да еще заявляет права на мою… кого? Кто она мне?

Бросаю раздраженно:

— Сижу.

— Я не об этом.

Знаю. Я сам задаюсь этим вопросом. Так хотел увидеть Машу, что пришёл к ней домой, но не решаясь задать вопрос, застыл на диване, слушая клацанье телефона. Мари не задала ни одного вопроса, молча позволяя мне быть здесь, будто всё понимая и принимая.

— Тебя это не должно волновать. Думай о себе.

Парень шире расставляет ноги, упирается в колени локтями, устраивая мне допрос.

Один его вид раздражает: этот его стиль хорошего мальчика, сына маминой подруги, с зализанными волосами и противной гулькой. Я не нормис, но прямо сейчас неформал меня до чертиков вымораживает.

— Но меня это волнует. Как тебе хватает наглости приходить сюда?

Резко встаю, чтобы угрожающе нависнуть над придурком, решившим докопаться до меня. Но и он встает. Рост у него меньше моего, хотя упрямства не занимать.

— С чего ты взял, что можешь мне предъявлять? Мы даже не знакомы.

— Это и не нужно. Я знаю, что ты здесь из-за Маши. Держись от неё подальше.

— А то что? — Ноздри раздуваются. Я злюсь. На него за самодовольство и на себя за трусость. — Ты мне угрожаешь?

— Она достаточно плакала из-за тебя. Хватит с нее.

Хмурюсь. Делаю шаг вперед.

— Что за…

Он вскидывает голову.

— Маша теперь со мной.

Белая пелена гнева туманит взгляд. Ревность в неразбавленном виде. Мы уставились друг на друга как два барана. Никто не желал уступать.

— Она сама об этом знает?

— Да. Мы вместе. — Из груди вырывается хриплый вдох. Вместе? Одна мысль об этом вызывает жжение в горле. — И я не отдам ее тебе. Хотя, признай, она тебе и не нужна. Тешишь своё эго за счёт наивных девчонок.

Кулаки сжались так крепко, что суставы затрещали. Клацаю зубами. Всё совсем не так. Пусть я и веду себя как мудак, мои чувства к Маше не грязные или пошлые. Они такие же искренние, как и сама девушка.

— Ты ничего не знаешь о том, что между нами происходит.

— Неужели? — Издевается, а я едва сдерживаюсь, чтобы не набросится на болвана. — Это ты так думаешь. На самом деле я знаю больше, чем ты. Я видел, как она убивалась по тебе. И видел, как тебе было все равно на неё.

Озадаченно моргаю. Это еще что значит?

— Как ты мог это видеть, если тебя здесь даже не было?

Болтливый идиот явно доволен собой.

— Вот видишь, я знаю о тебе то, чего ты сам не знаешь. И я не дам ей вновь совершить эту ошибку. Маша — моя девушка. Забудь о ней.

Если бы это было возможно, я бы так и сделал… Нет, не хочу. Больше не буду даже пытаться выжигать её из своего сердца.

— Неужели твоя? — Злая усмешка тянет губы, когда я вспоминаю сцену у кабинета математике. Гордость до сих пор распирает мою грудь, но сейчас не об этом. — Что-то в школе не было похоже.

Кретин опускает подбородок, чтобы взглянуть на меня исподлобья.

— Это ты её учишь? У нее все было хорошо.

— Ага, кроме того, что приходилось таскать тяжелые коробки в архив. А за это ей даже не дали заслуженную победу. Что? — Внутренности радостно сжимаются, когда я вижу растерянность на его лице. — Думаешь, только ты один все знаешь?

— Оставь её в покое, — прошипел он.

— Не хочу. Что ты мне сделаешь?

— Если она тебе нравится, почему ты с её сестрой?

Быстро вытягиваю руку, чтобы схватить его за плечо. Он даже опомниться не успел: мои рефлексы гораздо лучше.

— За чрезмерное любопытство можно и по роже получить.

— Хочешь подраться? Это единственный способ, который тебе знаком? Быдло?

Сжимаю руку, желая услышать хруст костей. Бинт и гипс его только украсят. Но шаги на лестнице отрезвляют. Делаю шаг назад, затем смотрю на дверной проем, который как раз проходила Маша.

На ней были простые черные лосины и широкий бордовый свитер. Волосы