Холмс. Гарольд Холмс - Miledit

Кроссовки выглядели так, будто их купили в прошлом веке — потертые, с засохшей грязью на подошвах. Шерлок осмотрел их, передал Гарольду, и следующие полчаса они провели в полном молчании, изучая каждую нитку, каждую пылинку, каждое пятнышко.

— Нужна лаборатория, — наконец сказал Шерлок. — Бартс.

В лаборатории Бартса Молли хлопотала у стола, но, едва завидев визитеров, засуетилась больше обычного — поправила халат, пригладила волосы, бросила быстрый взгляд в зеркальце, висящее на шкафчике. Джон давно заметил, как она относится к его соседу, и каждый раз это зрелище вызывало у него смесь жалости и восхищения — надо же так долго и безнадежно любить человека, который в лучшем случае воспринимает тебя как полезный инструмент.

— Шерлок, — начала она.

Шерлок, уже разместившийся за столом, поднял голову. В этот момент дверь открылась, и в лабораторию вошел молодой человек. Ватсон окинул его взглядом: средний рост, худощавый, острые черты лица. Он улыбался — широко, открыто, но что-то в этой улыбке показалось Джону странным. Молли взбодрилась.

— Познакомьтесь, — гордо объявила она. — Это Джим. Работает в сфере информационных технологий. У нас… Ну, знаете, служебный роман, что-то типа того.

Джим шагнул вперед, пожимая руки по очереди — сначала Джону, потом Шерлоку. Рукопожатие было уверенным, но чуть затянутым.

— Очень приятно, — сказал он. — Молли столько о вас рассказывала. Особенно о вас, мистер Холмс.

— Обо мне или о моих методах работы? — уточнил Шерлок. Его взгляд задержался на лице Джима чуть дольше необходимого — сканировал, анализировал, раскладывал по полочкам.

— И о том, и о другом, — легко ответил Джим. — Говорят, вы гений.

— Люди часто злоупотребляют этим словом.

Гарольд, который до этого момента изучал какие-то данные на спектрометре, вдруг поднял голову и внимательно посмотрел на вошедшего. Джим перехватил этот взгляд и улыбнулся мальчику отдельно — чуть теплее.

— А это, должно быть, Гарольд, — сказал он. — Тоже наслышан. Говорят, ты отцу помогаешь?

— Помогаю, когда никто не мешает, — коротко кивнул мальчик и снова уткнулся в прибор.

Джим задержался еще на пару минут, обменялся с Молли ничего не значащими фразами и ушел, пообещав увидеться вечером. Холмсы переглянулись.

— Ну что? — спросила Молли с надеждой в голосе. — Правда, он милый?

Шерлок поднял бровь. Гарольд деликатно кашлянул. Джон почувствовал, что сейчас произойдет что-то неизбежное и, скорее всего, катастрофическое.

— Конечно, — согласно кивнул Шерлок. — Очень милый. Но, к твоему сожалению, абсолютный, стопроцентный, не подлежащий сомнению гей.

Молли Хупер побледнела. Джон открыл рот, чтобы вмешаться, но Шерлок уже развивал мысль:

— Очень специфическая одежда, едва различимые следы макияжа, взгляд, частицы крема в складках кожи.

— А еще он оставил Шерлоку номер телефона, — добавил Гарольд. — Так что — неа. Никакого романтического интереса к тебе, Молли, у него нет.

— Я… мне нужно работать, — выдавила Хупер и отошла к другому столу, отвернувшись.

Джон перевел взгляд на Шерлока и Гарольда. Они уже забыли о ней, склонившись над кроссовками, перебрасываясь терминами: пыльца из Сассекса, следы крема от экземы. Ни тени сожаления. Ни капли понимания. Холмсы были Холмсами — гениальными в дедукции и абсолютно слепыми в том, что касалось человеческих чувств.

— Вы оба невыносимы, — сказал Джон, но они его уже не слышали.

К вечеру ребус был разгадан. Карл Пауэрс. Мальчик, который утонул двадцать лет назад. Официальная версия — несчастный случай во время купания. А на самом деле его отравили. Яд подмешали в лекарство от экземы. Кроссовки исчезли с места преступления, а ведь на шнурках сохранились такие важные следы! Ботулинический токсин! И вот теперь кроссовки внезапно нашлись. Спустя двадцать лет.

Шерлок опубликовал ответ на своем сайте, и через полчаса розовый телефон зазвонил снова. Женщина, все такая же испуганная, продиктовала адрес. Полиция нашла ее — живую, обмотанную проводами, но живую.

Когда они вернулись на Бейкер-стрит, Ватсон думал, что на этом все и закончится. Что можно будет выдохнуть, выпить чаю и забыть этот день как страшный сон.

Шерлок рухнул в кресло и довольно потянулся.

— Элегантно, — сказал он.

— Что? — не понял Джон.

— Вся ситуация. Элегантно.

— Шерлок, ее могли убить! — возмутился Ватсон.

— Но не убили. Потому что я разгадал загадку, — Шерлок посмотрел на него с легким недоумением. — Не могу же я быть единственным, кому скучно. Кто-то решил составить мне компанию.

Джон перевел взгляд на Гарольда. Мальчик сидел на подлокотнике кресла и кивал, полностью соглашаясь с отцом.

— И ты тоже так считаешь? — спросил Джон.

— С точки зрения архитектуры преступления — безусловно, — пожал плечами Гарольд. — Многоходовка, рассчитанная на конкретного получателя. Учитывает его психологический профиль, его знания, его методы. Это не просто убийство — это диалог.

Джон вздохнул. Иногда ему казалось, что он живет на другой планете.

Следующие два дня превратились в бесконечную череду сигналов, загадок и спасенных жизней.

Биип. Биип. Биип. Биип. — еще одна фотография, еще один звонок, еще один заложник. Тридцатого марта это был заброшенный спортивный автомобиль и мужчина с бомбой. Шерлок разобрался за несколько часов: простая афера со страховкой, инсценировка смерти, любовница, аэропорт. Человека нашли в центре Лондона.

— Мориарти, — сказал Джон, когда они ехали обратно. — Я слышал это имя. Может, преступник — это он?

Глаза Шерлока вспыхнули.

— Мориарти, — повторил он, смакуя каждый слог.

Биип. Биип. Биип. — тридцать первого марта настала очередь Конни Принс, умершей якобы от столбняка. Немногим ранее, до того, как поступило новое сообщение с очередным ребусом, еще одно дельце подкинул Майкрофт, но сейчас Шерлок не особо хотел им заниматься — были задачи и поинтереснее. Внутренняя безопасность Британии или игра с неизвестным подрывником? Действительно, глупый вопрос! Итак, Конни Принс.

— Столбняк, — задумчиво повторил Холмс. — В наше время. С прививками и антибиотиками. Крайне маловероятно.

— Зачем он дает нам подсказки? — спросил Ватсон.

— Добрый самаритянин, — пожал плечами Шерлок.

— Который снаряжает живые бомбы?!

— Скверный самаритянин, — Холмс усмехнулся.

Джон поехал к брату покойной, Кенни Принсу, а Шерлок с Гарольдом остались дома, обшаривая форумы и базы данных. К вечеру они уже знали все: передозировка ботокса, симптомы идентичные столбняку, нанятый слуга, исчезнувший сразу после смерти хозяйки. Заказчик — куратор галереи, где Конни собиралась разоблачить подделку ценной картины.

Шерлок опубликовал ответ.

И снова — звонок. Но на этот раз женщина на том конце провода сделала фатальную ошибку: вместо того, чтобы просто назвать адрес, она начала описывать человека, который за всем этим стоял.

Взрыв. Даже через телефонную трубку он прозвучал оглушительно. Тем вечером где-то в Глазго погибло двенадцать человек.

— Двенадцать человек, — заметил Ватсон. — Из-за твоей игры погибли двенадцать человек. Тебя это хоть как-то