Ненужная жена красного дракона - Виолетта Весна

ваши стражники не догадаются даже вовремя подать ей тёплые чулки, не говоря уже о том, чтобы заметить, когда она врёт, что хорошо себя чувствует.

Райгар молчал.

Элиана тоже.

Айрис, кажется, сама поняла, что только что сказала князю Красного Пламени, и слегка качнулась.

Райгар посмотрел на Элиану.

— Она всегда такая?

— Нет. Обычно гораздо почтительнее. Вы плохо на неё влияете.

— Я?

— Во дворце все стали слишком смелыми с тех пор, как я вышла за вас.

Он долго смотрел на неё.

Потом сказал:

— Хорошо. Айрис едет. Но она будет держаться рядом с вами и выполнять распоряжения охраны.

Айрис выдохнула.

— Да, ваша светлость.

— И не спорить с драконами.

— Постараюсь.

— Это было не предложение.

— Тогда да, ваша светлость.

Князь повернулся к Элиане.

— Вы готовы?

Она взяла со стола клочок ткани с гербом Вейр и осторожно сложила его.

— Нет.

Он ничего не сказал.

Элиана подняла взгляд.

— Но это не меняет дела.

Райгар кивнул.

— Тогда идёмте.

Во дворе их ждали молча.

Десять стражников в тёмных дорожных плащах стояли у северных ворот. Кайрен сидел на каменном парапете и чистил яблоко маленьким ножом с таким видом, будто они собирались на приятную прогулку, а не в место, где древний храм, возможно, хотел решить, кто из них сгорит первым.

Увидев Элиану, он поднял яблоко в знак приветствия.

— Княгиня. Вы выглядите так, будто готовы убить любого, кто пожелает вам доброго утра.

— Доброе утро, Кайрен.

— Вот видите? Уже угрожающе.

Айрис, державшая небольшой дорожный мешок, посмотрела на него с неодобрением.

— Вам обязательно шутить перед опасной дорогой?

— Нет. Но если я перестану, все начнут понимать, насколько всё плохо.

— Все и так понимают.

— Да, но со мной понимают веселее.

Райгар прошёл мимо брата.

— Слезь.

— Как тепло ты заботишься о моей безопасности.

— Кайрен.

— Уже слезаю. Боги, никакого уважения к человеку с яблоком.

Элиана оглядела двор.

Мирены не было.

Она не знала, рада этому или нет.

Зато у арки стоял Ольвен. Судя по выражению лица, запереть его в библиотеке не удалось или удалось ненадолго. В руках он держал серую книгу, прижатую к груди, как ребёнка, которого не хотят отдавать в чужие руки.

— Я всё ещё считаю, что должен ехать, — сказал он, когда Элиана подошла.

— Вы едва стоите.

— Наглая ложь.

— Наблюдение.

— Я стар, но не бесполезен.

— Именно поэтому вы останетесь здесь, — сказала она мягче.

— Если мы не вернёмся, кому-то нужно будет знать, что делать дальше.

Ольвен побледнел.

— Не говорите так.

— Вы же сами не любите мягкую ложь.

Старик сжал губы.

Потом протянул ей маленький амулет — серый камень в серебряной оправе. Внутри камня будто клубился дым.

— Это осколок храмовой печати. Он был у Айлины Вейр. Если храм откликнется, камень нагреется. Если почернеет — уходите.

— Просто уходить?

— Бегите.

Элиана взяла амулет.

Камень оказался тёплым.

— А если он расколется?

Ольвен посмотрел на Райгара, потом снова на неё.

— Тогда не доверяйте никому, кто говорит голосом мёртвых.

Кайрен застыл с яблоком в руке.

— Прекрасно. Великолепно. Просто замечательное напутствие в дорогу. Может, ещё добавите что-нибудь о кровавом снеге и костях под храмом?

Ольвен сухо ответил:

— Кости там почти наверняка есть.

— Я ненавижу учёных.

Райгар поднялся по ступеням к воротам.

— Выдвигаемся.

Элиана ожидала лошадей.

Вместо этого у северной площадки стояли