Зимняя романтика. Адвент-календарь историй о любви - Коллектив авторов

стены, чтобы прикинуть, откуда стоит начать вешать провода и как их лучше расположить, я охнула, когда уперлась в кого-то спиной. Обернувшись и задрав голову, уткнулась в колючий взгляд серых глаз.

Несколько долгих мгновений я настороженно смотрела на Ваню, боясь пошевелиться или сделать что-то не так. Мы в первый раз находились так близко друг к другу. Я поймала себя на мысли, что от Краснова очень приятно пахнет. Кока-колой и мятой.

Парень вопросительно изогнул бровь.

– Чего вылупилась?

Его голос заставил меня очнуться и вспомнить, с кем я имею дело. Запах, завораживающие глаза, дерзко приподнятые уголки губ и образовавшаяся на щеке ямочка – это все были части одного целого под названием «Моя личная порция проблем».

Я насупилась и выхватила у Вани из рук распутанную гирлянду.

– Будешь держать стремянку, – скомандовала я и, прежде чем отвернуться, успела заметить странный блеск в глазах Краснова.

Забравшись на лестницу, я принялась аккуратно пристраивать провода и прикреплять их к стене скотчем. Когда я поняла, что отрезанная клейкая лента заканчивается, я посмотрела вниз и вновь столкнулась с буравящими меня темно-серыми глазами. Судорожно сглотнула, порадовавшись, что на мне были джинсы. Но все равно мысль о том, что Краснову снизу открывался весьма прелюбопытный вид, теперь прочно засела в моей голове до тех самых пор, пока я не слезу со стремянки.

– Принеси скотч, пожалуйста, – бросила я, отводя взгляд. Какого черта он так смотрит? Продумывает, как мне насолить в следующий раз? Ладно, хотя бы в зале я пока в безопасности – здесь и другие ученики, и завуч…

Краснов молча отпустил стремянку и отошел за скотчем. Без его поддержки я сразу же почувствовала, насколько лестница была неустойчивой, – она очень опасно зашаталась.

Как назло, именно в этот момент в ноздрях засвербило из-за летающей под потолком пыли. Для устойчивости я уперлась ладонями в стену и наморщила нос, чтобы сдержать чих. Но удача сегодня была явно не на моей стороне. Почувствовав, что чихания не избежать, я еще плотнее прижала ладони к стене и напряглась, чтобы постараться остаться максимально неподвижной. Когда сдерживаться стало уже невозможно, я…

– А-а-апчхи!

Наверное, эхо моего чиха разнеслось не только по актовому залу, но и по всему этажу. Но это оказалось не самым страшным. Самым страшным было то, что я дернулась, и древняя стремянка дернулась вместе со мной. Когда я в панике попыталась удержать равновесие, стало еще хуже, лестница заходила ходуном и накренилась. С испуганным визгом я полетела с трехметровой высоты, но ожидаемого удара об пол так и не произошло. Падение оказалось жестким, но безболезненным. Не сразу придя в себя, я обнаружила, что снова – СНОВА – оказалась под взглядом этих проклятых серых глаз. В этот раз недовольным и даже вроде как обеспокоенным. Краснов держал меня на руках.

Я заметила, как один из кусочков скотча с моей руки отлепился при падении и повис у Вани на кончике носа. Парень, нахмурив брови и сведя глаза к переносице, попытался сдуть его, но поняв, что это бессмысленно, снова сосредоточил внимание на мне. Это было так странно. Он больше не выглядел раздраженным или пугающим. Он выглядел нормально и даже немного мило, особенно с этим куском клейкой ленты на носу.

«Краснов меня спас», – пульсировало в голове.

– С-спасибо, – прошептала я.

Парень нахмурился еще сильнее.

– Я уж подумал, онемела. Жить будешь, – пробормотал он, осторожно поставил меня на ноги и поспешно отлепил скотч с носа.

Краем глаза я заметила бегущих к нам ребят и Бойко.

– Лена! Господи! – запричитала Кристина Олеговна. – С тобой все в порядке?

Я с трудом оторвала взгляд от Краснова, который продолжал напряженно следить за мной исподлобья.

– Ваня, я же просила помочь Лене! – укоризненно произнесла завуч.

– Он и помогал. – Мне самой не верилось, что эти слова вылетают из моего рта. – Он держал стремянку, а потом пошел за скотчем. А потом я не удержалась и… – Я робко покосилась на Краснова, снова прячущего руки в карманах кофты. – Он меня поймал.

Возможно, это разыгралось воображение, но мне померещилось, что у Вани дернулся в улыбке уголок губ.

– Ладно, – примирительно выдохнула Бойко. – Главное, все живы-здоровы. К черту эту гирлянду. Светомузыку на стену направим, и красиво будет.

– Но я уже начала… – Не то чтобы я испытывала желание вновь лезть на верхотуру, тем более что, судя по состоянию рухнувшей стремянки, забираться наверх теперь будет проблематично, но все же начало снежинке было положено.

Кристина Олеговна махнула рукой и обратилась к крепкому одиннадцатикласснику Рыбкину, стоявшему рядом:

– Глеб, можешь принести парту из пятого кабинета? Снимите тогда эту гирлянду, чтобы никто не пострадал.

– Я помогу, – вызвался Краснов и под моим пристальным взглядом вышел из зала вслед за Рыбкиным.

Спустя десять минут я вновь сидела на старом месте и перебирала игрушки. И снова время от времени поглядывала за Ваней, теперь помогавшим Глебу снимать гирлянду.

У меня не укладывалось в голове, как после нескольких месяцев подначиваний и провокаций Краснов вдруг решил меня спасти. Ведь, судя по всему, ему доставило бы гораздо больше удовольствия, если бы я свернула себе шею.

– Как дела? – Завуч отвлекла меня от раздумий. – Хватит нам украсить елку?

Я улыбнулась и указала ей на здоровую коробку, в которую откладывала хорошие игрушки:

– Вполне.

Кристина Олеговна удовлетворенно кивнула.

– Идите тогда начинайте наряжать. Наверх не лезьте! – Пригрозила она. – Я потом завхоза попрошу кого-нибудь прислать.

Я только успела подняться и хотела взять коробку с игрушками, как ее уже подхватил очутившийся рядом Краснов. Не глядя на меня, он понес ее к елке, стоявшей в противоположной от сцены части зала. Я поплелась следом.

К радости многих учеников, в этом году к новогоднему балу установили живую елку. Сколько я себя помнила, все время до этого была искусственная, но она уже так поистрепалась, что руководство школы приняло решение от нее избавиться. Приблизившись к зеленой красавице, я глубоко вдохнула, наслаждаясь хвойным запахом. Тут же захотелось мандаринов и мешок шоколадных конфет.

Краснов времени даром не терял: принес стул, поставил на него коробку с игрушками и принялся наряжать дерево.

Я не слишком уверенно подошла к нему и стала помогать.

Когда мы оказались практически наедине, с другой от ребят стороны елки, я негромко произнесла:

– Вань.

Парень