Глазарий языка. Энциклопедия русского языка, меняющая представление о справочной литературе - Сергей Игоревич Монахов

dummkopf, dummy, dunce, dunderhead, idiot, fathead, gander, golem, goof, goon, half-wit, hammerhead, hardhead, ignoramus, imbecile, jackass, know-nothing, knucklehead, lamebrain, loggerhead, loon, lump, lunkhead, meathead, mome, moron, mug, mutt, natural, nincompoop, ninny, nin-nyhammer, nit, nitwit, noddy, noodle, numskull (or numbskull), oaf, pinhead, prat, saphead, shlub, simpleton, stock, stupe, stupid, thickhead, turkey, woodenhead, yahoo, yo-yo.

(= 83 синонима)

[Merriam-Webster Dictionary]

День 5

О том, как важен в науке выбор метафоры

Всем известно понятие «маятника Чижевского». Эта метафора используется для обозначения предложенной Дмитрием Ивановичем Чижевским, одним из крупнейших филологов и семиотиков XX века, схемы чередования в истории культуры двух противоположных стилистических типов.

На одном полюсе в этой схеме располагаются стили, ориентированные на «содержание», или «ясность» (объективные), на другом – ориентированные на «форму», или «сложность» (субъективные). По логике Чижевского, именно этим чередованием определяются типологические сходства следующих пар: ренессанс и барокко, классицизм и романтизм, реализм и модернизм.

При этом, как отмечает В.Г. Власов, очевидно, что дистанция между членами каждой следующей пары увеличивается: «Ренессанс и барокко различны, но между ними существует тесное взаимодействие и множество переходных форм. Классицизм и романтизм в истории европейской культуры означают два почти непримиримых полюса мировоззрения, а между реализмом и модернизмом лежит настоящая пропасть» (http://archvuz.ru/2015_l/l).

В общем, теория, как видите, интересная. Но давайте задумаемся: а пользовалась бы она таким же грандиозным успехом, если бы в качестве брендирующей метафоры использовался не «маятник», а, скажем, «аккордеон». Или – того пуще – «баян». «Баян Чижевского». Ой, вряд ли.

День 6

Маргариновая заметка

«Маргариновый вопрос, наконец-то, затронут и в Москве», – читаем мы в одном медицинском журнале конца XIX века. А в другом, университетском, издании того же времени встречаем, например, такое: «Маргариновый вопрос волновал и до сих пор не перестает волновать Западную Европу и Россию…»

Что это за «маргариновый вопрос»? После изобретения в 1870-х годах маргарина его производство и продажа приобрели довольно широкий размах по всему миру, прежде всего в США, что, в свою очередь, вызвало ответную реакцию: общественное, а затем и правительственное обсуждение целого ряда аспектов производства и распространения маргарина: главным образом санитарно-медицинского и коммерческого. В дореволюционной России, например, в результате такого обсуждения производство и продажа маргарина были формально разрешены, но при этом обставлены значительным количеством крайне стеснительных условий (маргарин, в частности, запрещалось не только окрашивать в желтый цвет, чтобы уподобить его маслу, но и продавать в тех местах, где торгуют молочной продукцией).

Вся эта история любопытна для нас тем, что очень быстро после распространения маргарина, уже в 1880-х годах, в русском языке появляется переносное значение слова «маргариновый» – «ненастоящий», «поддельный», иначе говоря – «липовый», или по-современному – «фейковый».

Примеры такого употребления многочисленны: «маргариновый либерализм» (из газет, 1889), «маргариновый сентиментализм» (Л.Д. Троцкий, 1912–1914), «считал новую власть маргариновой» (Д.А. Фурманов, 1924), «маргариновая республика заменяется маргариновым королевством» (Б.А. Лавренев, 1925), «инженер он был маргариновый» (Р.В. Иванов-Разумник, 1934–1944).

Один пример, яркий и отчасти актуальный, приведем почти полностью: «по-моему, ученая степень, полученная от союза русских ученых-эмигрантов, всё-таки какая-то маргариновая, и из-за нее не стоит портить себе кровь» (Я.С. Трубецкой – Р.О. Якобсону, 1923).

Подобное переносное значение отмечено и у самого производящего существительного: «А сентиментальность – это маргарин чувства. Люди добрые бывают часто грубы в своей доброте, – люди сентиментальные чаще других жестоки» (В.А. Дорошевич, 1903).

Во второй половине XX века переносное употребление слова «маргариновый» сходит на нет и переходит в разряд «устаревшее». Трудно сказать, что стало тому причиной: то ли маргарин стал более высокого качества, то ли и маргарина в магазинах не стало и образ потерял жизненность.

Ведь писал же С.Д. Довлатов:

«– Живи у меня, – сказал Кузин, – а бабу я в деревню отправлю. На Псковщину, в Усохи. Там маргарина с лета не видели…»

День 7

Неуверенный Пушкин

Я вас любил. Любовь еще, быть может,

Как кажется, угасла не совсем;

Допустим, вас она не потревожит;

Не опечалю – вроде – вас ничем.

Я, видимо, любил вас безнадежно,

Вполне возможно, робостью томим;

Я, может статься, вас любил так нежно,

Как быть (не быть?) любимой вам другим.

28 неделя

День 1

В балладе А.К. Толстого «Гакон слепой» изображена битва, в которой предводитель варяжской дружины Якун (он же Гакон) сослепу начинает рубить воинов князя Ярослава, на стороне которого выступал. Известно, что этот лжесюжет родился из-за ошибки переписчика в поздних списках летописи. На самом деле Гакон был не слеп, а очень даже красив и носил златотканый плащ. Вопрос: каким образом писцу удалось сделать варяга-щеголя калекой?

Ответ:

«Неточности и искажения были обычны при переписке текстов древнерусских произведений. Один из таких случаев неправильного прочтения текста позднейшими переписчиками положил начало поэтической легенде. В „Повести временных лет“ под 1024 годом рассказывается о битве дружины киевского князя Ярослава с войсками его брата, князя Мстислава Черниговского. Предводителем варяжской дружины, призванной на помощь Ярославу из-за моря через Новгород, был некий Якун. Об этом начальнике варягов в „Повести временных лет“ было сказано: „и бѣ Якун сь лѣпъ, и луда у него золотомъ истькана“, т. е. Якун был красив и носил плащ, вытканный золотом. В поздних списках „Начальной летописи“ фраза исказилась, благодаря отпадению конечного редуцированного в местоимении „сь“. Получилось: „бѣ Якун слѣпъ“. Из такого неправильного чтения возникает пересказ этого эпизода в памятнике XIII века, „Киево-Печерском патерике“: „бысть в земли Варяжьской князь Африкан, брат Якуна Слѣпаго, иже… биася полком по Ярославле“. Красавец и щеголь варяг был превращен таким образом в незрячего калеку. А отсюда ведет начало поэтическое переосмысление, совершившееся уже в литературе XIX века. Баллада А.К. Толстого, посвященная этому летописному эпизоду, озаглавлена „Гакон слепой". Герой битвы, не видя ничего вокруг себя, „молотит по русским щитам и броням", бьет чужих и своих» (Н.А. Мещерский. Язык собственно литературных памятников киевского периода).

День 2

Об алкоголизме

«Теперь мне даже странно вспомнить, как сердило меня на первых порах нынешнее словосочетание: сто грамм. «Не сто грамм, а сто граммов!» – с негодованием выкрикивал я. Но мало-помалу привык, обтерпелся, и теперь эта новая форма кажется мне совершенно нормальной».

(К. Чуковский)

День 3

Мерзкие палочки

А.П. Сумароков в трактате «О Правописанiи» ругался: «Мало