Битва темных душ - Вероника Фокс

Веларис молчит. Он смотрит на меня, и в его угольных глазах я вижу, как он взвешивает каждое моё слово.

— Его не так просто освободить, Аврора. Печать наложенная Лилит имеет отравленную магию. Ее снять может только Эбби.

— Уже хоть одна хорошая новость, — выдыхаю я.

— Но сил Эбби не хватит, чтобы в одиночку снять оковы.

— Ты в этом уверен?

— Да. Даже больше, чем хотел был.

Я замолкаю и смотрю куда-то вдаль, чтобы взвесить все «за» и «против».

— Все дело в ошейнике Эбби?

— И да, и нет, — мрачно отвечает Веларис и переводит взгляд на меня. — Я не рекомендую снимать ошейник с нее, потому что у Эбби есть старые обиды на свою сестру. И никто не знает, что она может сделать.

— Некрасиво так говорить за спиной у той, которая может быть единственным спасением.

Мы обернулись. Перед нами стояла Эбба с гордо поднятой головой.

— Но в одном ты прав, Веларис, — Эбби подошла к нам ближе. — Я держу давнюю обиду на свою сестру. Но мой правит не месть, а справедливость.

— И это говорит та, которая молча ушла и оставила на погибель целое старинное поселение?

— Война никогда не обходится без жертв, Веларис. И ты это очень хорошо знаешь.

— При всем моем уважении, — начала я, скрестив руки на груди, — было бы у нас время, я бы с удовольствием послушала бы ваши сердечные притирания, но сейчас на кону жизнь Ивви. И нам нужно поторопиться.

Эбби понравился мой настрой, а вот Веларис окинул меня неодобрительным взглядом. Я, конечно, понимаю, что Веларис долго не мог дотянуться до Эбби, и вот, дотянувшись, ему непременно хотелось бы вылить на нее все, что так долго копил в себе. Но это отняло бы огромный кусок времени, которого у нас не было.

— Аврора права, — ответила Эбби, подходят в подмосту. — Оставим наши сердечные терзания на потом.

— Как нам снять оковы с сердца Отто? — задала я вопрос Эбби.

— Веларис прав. В одиночку мне не удастся снять оковы, так же, как я не смогла бы самостоятельно высвободить его.

— Значит, — я сделала паузу, и набрала воздуха в легкие. — Если нужна моя помощь, то я готова.

— Рада это слышать, Аврора, — добавила Эбби и мягко улыбнулась.

— Тогда начнем?

* * *

Приготовление к ритуалу заняло не столько много времени, как могло было. А все благодаря Вину и Дану, которые помогали. Однако я видела, что они изрядно проголодались и, когда все было готово, я отпустила их на охоту.

Раум проводил их взглядом, потом повернулся ко мне. В его лице читалось всё, что он не говорил вслух.

— Ты уверена, что отпускать их — хорошая идея? — спросил он, стараясь звучать спокойно, но тревога всё равно проскальзывала в голосе.

— Они взрослые мальчики, как-нибудь за себя постоят, — ответила я, чуть пожав плечами. — Да и нам сейчас лишние рты ни к чему. Пусть хоть немного сытыми будут.

Он хотел ещё что-то добавить, но вовремя остановился. Раум давно понял: когда я загораюсь какой-то идеей, спорить бесполезно. Да и сейчас любые нотации были бы просто неуместны.

Я снова повернулась к Веларису. Кажется, уже в пятый или шестой раз за последние полчаса.

— Всё готово? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, а не как отчаянное нытьё.

Вождь глубоко вздохнул. Терпение у него было каменное, и я это ценила.

— Практически, — спокойно ответил он. — Ещё пара штрихов — и можно начинать.

Ритуал, по словам Эбби, казался простым: она должна была прочесть древний постулат, переданный нам эльфами, затем нам предстояло соединить наши силы — и оковы спадут. Но что произойдёт после, оставалось загадкой для всех нас. Веларис полагал, что явится астральная проекция бога Отто, тогда как Эбби уверяла, что сумеет спасти Ивви с помощью иного, менее мучительного обряда. Мне чудилось, что их взгляды на происходящее решительно расходятся, но иного плана у нас попросту не было.

Когда эльфийки завершили приготовления, мы встали в круг. Веларис принёс сердца Отто и бережно положил их на каменный постамент. Эбби первой подошла к Сердцу, но не коснулась его — лишь замерла напротив. Я пристально наблюдала, как её тень медленно ползла по камню, устремляясь к чёрным нитям, туго опутавшим янтарный шар. Не в силах оставаться безучастной, я сделала шаг вперёд.

— Оставайся на месте, — проговорила Эбби, не оборачиваясь. — Я скажу, когда ты понадобишься.

Я кивнула, хотя она и не могла этого видеть. Эбби подняла руку, её пальцы медленно раскрылись, и из-под ладоней стали вытягиваться тонкие чёрные нити — точно такие же, что оплетали Сердце.

— O cor divinum, cor naturae sacrum (О божественное сердце, священное сердце природы), — ее нити стали светиться серебряным светом, — a malo vinculo liberare te peto (молю освободить тебя от злого оков)

Нити сильней тянутся к Сердцу. Касаются чёрной паутины и Сердце вздрагивает. Глухой стон прокатывается по опушке, озанряя нас янтарным тусклым светом.

— Тише, — шепчет Эбби. — Тише…

Но паутина сопротивляется. Чёрные нити затягиваются туже и я вижу, как Эбби вздрагивает, будто паутина хватает её за собственные вены. По её запястью стекает капля крови.

— Tenebrae, recedite, vincula frangantur (Тьма, отступи, путы да разобьются), — Эбби морщится, но продолжает цедить сквозь зубы, — virtus vitae redit, lux in te maneat (сила жизни вернётся, свет да пребудет в тебе).

Их связь становится прочнее. Я переглядываюсь с Раумом. Демон пожимает плечами, а я думаю о том, что все вокруг — странное. Эбби, Раум, Веларис… Все они были сотканы из одной магией, и никто из них не знает, чем может обернуться ритуал. Пока Эбби продолжает произносить заклинание, Раум внедряется в телепатический эфир:

«— Ответы не всегда лежат на поверхности, Аврора. И чаще всего, создатель уносит их с собой в могилу»

«— Ты опять роешься в моих мыслях?»

«— Они слишком громкие для меня. Но я так же, как и ввсе вокруг, без понятия, чем может обернуться ритуал. Прости, но я не всезнающий».

Я заглушаю эфир, чтобы остаться наедине со своими мыслями и ждать указаний от Эбби.

— Per elementa terrae, aquae, ignis et venti (Через стихии земли, воды, огня и ветра), — цедит она сквозь зубы, — per mysteria antiqua, per silentium siderum (через древние тайны, через безмолвие звёзд).

Сердце начинает сильней светится янтарным светом. Нити, которые тянутся в ладоням Эбби, становятся прочнее и я вижу, что ей очень больно. Ведьма издает