Системный тактик 5 - Максим Игоревич Крынов

пластину с таким хрустом, что я невольно подаюсь вперёд. На серой поверхности возникает длинная трещина, из-под края сочится мутная жидкость. Тварь дёргается, и удар второго наставника проходит над уходящим панцирем. Тот сразу возвращает оружие перед собой, не позволяя ей проскользнуть вдоль стены.

Щитоносцы подтягиваются ближе к ученикам. Панцирник снова зажат, только теперь перед ним снова стоят люди со щитами.

— Ближе не подходить, — предупреждает Ренн. — Следующий выпад принимаем мы. Стрелять можно, когда за целью пусто; если кто-то из нас шагнул вперёд, жезлы сразу опустили. И не теснитесь у канавы, там край осыпается! Морланд, держите своих возле корыта!

Альден отводит нас чуть назад. Делле по-прежнему видна задняя половина бока, но выстрел туда сейчас только обожжёт ещё одну пластину.

Я предлагаю снова ждать, пока откроется сочленение. Срочность исчезла: наставники перекрыли выход, охрана держит учеников, и бросаться в атаку просто потому, что предыдущая не удалась, совершенно незачем.

Оуэн слушается, хотя по тому, как он сжимает копьё, видно: парню хочется стоять рядом с тварью и колоть ее вдоволь. Только вот у нас здесь не пошаговая стратегия, приходится сдерживать в узде души прекрасные порывы.

Из рассечённого бока панцирника медленно выдавливается густая жидкость, собирается под пластиной и тяжело падает на камень. Ренн не наступает. Он чуть подаёт вперёд клинок, поворачивает остриё, заставляя тварь смотреть на движение, и отступает ровно настолько, чтобы между ними снова появилось место для броска.

Тварь подбирает лапы. Ренн предупреждает, что сейчас та пойдёт на него, и успевает уйти ещё до того, как крючья достигают его. С нашей стороны открывается щель. Делла уже берёт прицел, Оуэн ждёт рядом, не загораживая жезл. Я даю сигнал — и заряд снова проходит мимо, ударяя в грязь перед ногой панцирника. Девушка стискивает зубы, но второй раз не стреляет: копейщик уже вышел из-за щита.

На этот раз он попадает. Наконечник исчезает под пластиной; Оуэн подаётся вперёд, чувствует сопротивление и сразу вытягивает оружие. До глубокой раны далеко, зато на стали остаётся тягучая серая слизь. Парень отступает под прикрытие Лиссы, не оглядываясь на дело своих рук. Тевен убирает шест и снова закрывает им подход, когда товарищ проходит мимо.

— Хорошо, Оуэн. Теперь за щитом оставайся, не тянись за ним, — говорит Альден. Голос у него ровный, а костяшки на рукояти клинка совсем белые. Делла проверяет жезл, проводит большим пальцем по управляющей руне и вновь поднимает оружие. Ей хочется исправить промах не меньше, чем только что хотелось копейщику.

Панцирник больше не переступает с прежней плавностью. Переднюю лапу ставит осторожно, едва касается камня и тут же переносит вес назад. Из прокола тянется серо-жёлтый ихор, липнет к суставу, размазывается по нижней пластине. Дождь разгоняет его по лужам мутными нитями. В боку под бронёй открываются узкие щели; оттуда доносится прерывистый свист, которого раньше не было. Тварь поворачивает голову то к Ренну, то к другому наставнику, потом снова ищет проход между сараями.

Похоже, ей страшно. Выход закрыт, сзади летят болезненные заряды, с боков лезут копья, а привычная броня почему-то уже не спасает.

А еще теперь его движения иные. Раньше он опускал голову, отводил лапы, а затем вытягивался всем телом. Сейчас раненая конечность едва держит вес. Бросаться так же ему будет трудно. Я собираюсь предупредить Альдена, когда Ренн поднимает свободную руку.

— Дистанцию держать, он ещё может достать! Морланд, левее не смещайтесь, пусть у вас останется…

Наставник не успевает договорить. Панцирник резко заваливается на здоровую сторону и бросается наискось. Голова почти не опускается. Раненая лапа вместо опоры делает широкий взмах, и крюк идёт сбоку, значительно выше прежних ударов.

Ренн уходит от челюстей, но лапу пропустить не успевает. Ткань у пояса лопается с коротким треском. Наставник отшатывается, упирается ладонью в стену; между пальцами другой руки, на мгновение прижатой к боку, проступает кровь.

У меня внутри всё неприятно сжимается, будто я примерил эту рану к себе. До сих пор взрослые двигались так уверенно, что я уверился: эти не ошибаются, эти в любом случае вытащат!

— Всем стоять! Не подходить! — рявкает Ренн. Он всё ещё на ногах, и передняя линия не распалась: второй наставник уже смещается между ним и головой твари. Но панцирник подбирается для следующего броска, не давая спокойно отойти.

Я замечаю, как Кейл Вард, гвардеец, вынимает клинок и делает полшага вперёд.

Дальше ему двигаться не приходится.

На лице Ренна появляется такая злая, неподвижная складка возле рта, какой я у него ещё не видел. Он отталкивается от стены и оказывается сбоку от морды прежде, чем тварь успевает сомкнуть челюсти. Рывок я узнаю сразу — Вард в доме Деллы двигался очень похоже. Следом идёт Перехват: клинок подхватывает сгиб поднятой лапы и уводит её наружу. Панцирник пытается довернуть корпус, но Ренн уже упирает оружие поперёк толстой передней пластины.

На мгновение кажется, что он просто толкает эту громадину руками. Затем сапог наставника вдавливается в щель между камнями, плечи резко подаются вперёд, и срабатывает Напор.

Тварь теряет опору. Не летит через двор, не переворачивается — её тяжело сдвигает боком на полшага, заставляя здоровую переднюю лапу встать поперёк раненой. Этого хватает. Панцирник заваливается к корыту, с грохотом ломает его край и замирает, судорожно передвигает лапами, пытается встать.

Три навыка Полевого бойца подряд. Довольно много от пожилого полного человека, который большую часть времени раздражённо переставляет фишки на учебной карте. Только что мы с тремя группами ждали, пока передняя лапа любезно вытянется для удара, а наставник взял и сам поставил тварь как требовалось.

Теперь особенно хорошо видно, насколько сдерживались взрослые. Если бы Ренн с самого начала бил и двигался в полную силу, занятие, наверное, закончилось бы сразу. И всё-таки даже ему успели разодрать бок. Запомнить стоит обе вещи.

— Я займусь, Ренн. Отойдите к стене, держите рану, — говорит второй наставник, занимая освободившееся место.

Щитоносец подходит к нему сбоку. Ренн не спорит: отступает, сохраняя клинок перед собой, и прижимает к поясу свободную руку. Сухощавый преподаватель бросает быстрый взгляд на нас?

— Морланд, стоите на месте. Стрелку приготовиться!

Панцирник скрежещет челюстями и пытается броситься на нового противника. Но ноги стоят неудобно: передняя раненая цепляется крюком за обломок корыта, здоровая вынуждена переступить через неё. Тяжёлый корпус приподнимается, пластины расходятся. Я уже хочу крикнуть Делле — и удерживаю слово. Оуэн смотрит на щель, Лисса подаёт щит вперёд, только сама ещё не успела упереться здоровой ногой. Если выпустить копейщика сейчас, он окажется сбоку от неё в тот самый миг, когда туша качнётся обратно.

— Лисса, целишься? — спрашиваю я. Она переставляет сапог, проверяет камень и