Шахматистка. Выжить на Арене Смерти - Лина Деева

Для разнообразия, на Арену нас провели не через привычный индивидуальный вход, а через распахнутые главные ворота, из которых доносился подобный шуму океана гул множества голосов. Украшавшие створки изображения шахматных фигур и магические символы нестерпимо сверкали золотом; слева от входа стояла великанская скульптура девы в похожем на греческое платье и короне принцессы, справа — мужчина в лёгких доспехах и с широкой маршальской лентой через плечо.

«Так величественно и красиво, — подумала я, невольно притормаживая, — и ради кого? Проекций на трибунах? Немногочисленных живых зрителей? Должно быть, демиурги получают серьёзную отдачу от этого фарса, коль уж не поскупились на декорации. Или для них создать подобное — и не труд вовсе?»

Мы как раз проходили между скульптурами, и я задрала голову, рассматривая их. Лица каменных истуканов были сделаны столь искусно, что на миг показалось, будто гигантская принцесса скосила глаза, глядя в ответ, а маршал свёл на переносице густые брови. Но стоило моргнуть, и наваждение пропало… если это, конечно, было наваждением.

«От этого места можно ждать чего угодно», — сумрачно напомнила я себе и прибавила шаг, чтобы не отстать от своих.

Уж они-то точно были настоящими.

Глава 71

Чтобы добраться до отгороженного участка трибуны, нам пришлось пройти по широкому проходу между рядами, занятыми проекциями болельщиков. И хотя части меня было любопытно посмотреть на эту иллюзию вблизи, общее впечатление всё же сложилось жутковатое. Причём я сама не сразу поняла, в чём причина: проекции вели себя совершенно по-человечески. Смотрели на нас с интересом, улыбались, махали руками, кто-то даже крикнул: «Элиум вперёд!» То, что это подделки, можно было понять, лишь догадавшись взглянуть на них боковым зрением. Вот тогда становилось заметно, что черты лиц странно искажались, на руках исчезали или наоборот отрастали пальцы, шеи вытягивались или становились ненормально короткими.

«Опять какой-то долбаный ужастик», — с невольным содроганием подумала я и внезапно ощутила огромное желание взять кого-нибудь из парней за руку. Просто чтобы убедиться: среди фальшивок есть и настоящее.

К счастью, мы были избавлены от возможности хотя бы случайно увидеть поддельных болельщиков во время партии. Эрра привела нас практически в VIP-ложу — на места, отделённые от остальных не только проходами, но и невысокими стенками. Вместо широких скамеек здесь стояли обитые гобеленовой тканью кресла, камень пола покрывал тонкий ковёр кофейного цвета, а вид на шахматное поле Арены открывался просто шикарный.

И всё бы ничего, если бы эта ложа не располагалась аккурат напротив балкона судейской коллегии. Потому было совсем неудивительно, что, осматриваясь, я, вопреки расстоянию, зацепилась взглядом за восседавшего на месте председателя Кракеном. Было слишком далеко, чтобы подробно рассмотреть выражение его лица, но ответный взгляд ощущался, как будто мы стояли носом к носу.

Больше инстинктивно, чем осознанно дёрнулась вбок, прячась за спиной Фулаха. Думала, мой манёвр пройдёт незамеченным, однако Орм, Ричи и Ли, не сговариваясь, перегруппировались, заслонив меня от председателя. Один Хант остался в стороне — впрочем, я серьёзно удивилась бы, поступи он иначе.

— Спокойно, — вполголоса осадил нас Фулах. — Я слежу за магическими потоками. Рассаживайтесь, как удобно — только Картер пусть займёт место рядом со мной.

Парни послушались — заметно, что без желания. Я же, продолжая чувствовать на себе холодящий взгляд демиурга, скованно села в указанное кресло. Поняла, что снова сжимаю амулет до боли в ладони, и вздрогнула от глухого звука рядом. Резко обернулась: фух! Всего лишь тренер придвинул своё кресло ближе.

— Ты опять слишком нервничаешь, — без осуждения констатировал он, опускаясь на гобеленовое сиденье. — Да, внимание председателя несколько… неприятно, однако опасности не несёт. Постарайся успокоиться и следи за игрой. Твоя цель: оценить потенциальных противников, а не отвлекаться на мелочи.

«Угу, мелочи, — не без обиды подумала я. — Его бы в межмирье закинули, причём предварительно лишив магии! Посмотрела бы я, нервничал он после этого или нет».

По левую сторону от меня тоже приглушённо стукнули ножки кресла, и в него сел Орм — как обычно, способный потягаться спокойствием с железобетонным блоком.

— Видели? — светски обратился он к нам с Фулахом. — Тарбриндцы тоже пришли посмотреть на игру.

Заставляя себя отвлечься от Кракена, я посмотрела на трибуны в правой части Арены. Действительно, в похожей на нашу ложе царственно восседали пятеро «эльфов».

— И Даркейн, — хладнокровно прибавил Фулах. — Влево посмотрите.

Мы с Ормом синхронно повернули головы: так и есть. В ещё одной VIP-ложе одиноко сидели двое: очевидно, тренер и гроссмейстер Даркейна.

«Остальные отлёживаются после недавней партии и почти наверняка в лазарете», — предположила я, стараясь не обращать внимания на то, что под ложечкой тоскливо засосало.

Пусть потенциальные противники присутствовали далеко не в полном составе, и одни, и вторые казались (по крайней мере, издалека) ужасно уверенными в себе. А я после партии с Вариором и чудом доставшейся победы, оценивала свои способности более чем трезво.

— Игра начинается, — заметил Фулах, отвлекая меня от очередного приступа упаднического настроения.

В унисон с его словами над Ареной поплыл первый удар гонга, приглашающий команды на поле.

«Представь, что это запись в визионаруме, — строго сказала я себе, пытаясь отключить эмоции. — Дела давно минувших столетий. И тебе до этой игры — чисто научный интерес».

Второй сигнал возвестил о начале партии, и игравший белыми гроссмейстер Маппета сделал первый ход на d5.

Я наблюдала за игрой, стараясь полностью погрузиться в неё. Однако неприятное сосущее чувство никак не проходило — причём вовсе не из-за крутизны сражавшихся команд. Наоборот, едва ли не впервые я отчётливо видела логику партии и могла не просто предсказать следующий ход, но и не ошибиться в этом предсказании. И говорило это отнюдь не о моём внезапно возросшем уровне, а об уровне игравших гроссмейстеров.

«Как их вообще взяли на Тысячелетний турнир? — недоумевала я, видя, как гроссмейстер Ллира совершает очевиднейшую ошибку, подставляя своего рыцаря под удар. — Такой косяк ожидаем от меня, а не от опытных игроков. Или эти две команды здесь чисто для массовки? Потому демиурги и поставили их друг против друга, как примерно равных? Тот же Тарбринд разорвал бы любую из них в клочья за пять ходов».

Солнечный свет немного потускнел, словно ослепительный диск закрыло облачко. И я чуть рот не приоткрыла, неожиданно увидев…

Дымок, разноцветные струйки дыма поднимались над каждым из игроков на Арене. Скручивались в жгуты и дружно устремлялись к судейской ложе, будто затягиваемые невидимым пылесосом.

Или будто демиурги как спагетти втягивали в себя этот странный дым.

«Что за хрень?» —