История виноторговли в России - Александр Владимирович Ставцев

символической ежегодной платой за десятину в 4 рубля и правом получения земли в собственность после разведения виноградника. Таким путем получил землю и сам Пенчул. Кроме того, в начале 1870-х годов для желавших развести виноградники бесплатно выписывались виноградные лозы из опытных питомников, заложенных еще Михаилом Воронцовым, а также за государственный счет содержался агроном, «который безвозмездно, а главное – с большой охотой, давал хозяевам указания и советы».

К 1880-м годам такую практику город прекратил, и дальше восьми сравнительно небольших хозяйств развитие в Мысхако не пошло, хотя потенциально виноградники в урочище могли занимать до 500 гектаров (и заняли, но только значительно позже – уже во второй половине XX века).

С продажей вина у небольших виноделен в Мысхако, очевидно, никаких проблем не возникало. Из восьми хозяйств небольшого региона только сам Михаил Федорович занимался длительной выдержкой вина, остальные владельцы продавали вино молодым, сразу после завершения винодельческого сезона. Отчасти это было вызвано недостатком собственного капитала и необходимостью поскорее вернуть средства, вложенные в виноградник в течение года. Сам Пенчул давал такую характеристику молодым винам из Мысхако: «Несмотря на то, что они смешивают все сорта вместе, вина их покупаются охотно и пьются с удовольствием; они могут быть отнесены к хорошим обыкновенным столовым винам».

Надо отметить, что похожая практика использовалась по всему российскому югу, и Кубанская область с Черноморским округом здесь не исключения. У небольших виноделен были собственные «магазины» или, скорее, небольшие винные лавочки в Новороссийске, Темрюке, Анапе, работавшие сезонно. Большая часть вина скупалась виноторговцами для дальнейшей «фабрикации» и продажи уже в крупных городах. Таким же образом работали винные негоцианты во всех винодельческих странах того времени. Собственную марку и более высокие цены имели только удельные имения и отдельные частные хозяйства, среди которых в Черноморском округе были имения Пиленко, а также имение «Шесхарис», основанное инженером Валерианом Осинским в восточной части Цемесской бухты, имение «Любань» Любови Фирсовой в районе Геленджика и несколько других.

Блокнот путешественника

Хороший гид по Новороссийску и сегодня сможет показать место расположения имения «Шесхарис», от которого остался винный подвал и часть системы ирригации виноградников. Сейчас Шесхарис – это нефтеналивная гавань и часть крупнейшего в России торгового порта, а в начале XX века это было процветающее имение с виноградниками на склонах Маркотхского хребта. После смерти Валериана Осинского, заложившего имение и первый подвал «тоннельного типа», «Шесхарис» поменял несколько арендаторов и был продан наследниками основателя крупной компании, владевшей цементным заводом в Новороссийске. Новые владельцы перестроили подвал из железобетона и проложили оросительные каналы – также бетонные. Эти капитальные сооружения целы и сейчас. Сохранился до наших дней и подвал Любови Фирсовой, который расположен в Геленджике на Тонком мысу. Основательное сооружение элегантной архитектуры, характерной для винных подвалов конца XIX века, до недавнего времени использовалось по своему прямому назначению – подвал входил в состав винзавода «Геленджик».

Михаил Пенчул так описывал портрет своего покупателя: «Вина из моего виноградника, выдержанные в моем подвале два года и поступающие в продажу только по третьему году, должны быть отнесены к тонким столовым винам. Потребители его, – люди состоятельные, выросшие на хороших Французских винах, ценят его очень высоко, главным образом, за его букет и абсолютную натуральность. Вина эти фигурировали на Кавказской выставке в 1889 году и я удостоен большой серебряной медали, полученной мной из Императорского Вольно-Экономического Общества».

Порт Новороссийска на месте имения «Шесхарис»

Естественные ворота бухты: мыс Тонкий и мыс Толстый. С древних времен эти ориентиры помогали кораблям безопасно войти в Геленджикскую гавань

Собственная марка и награды на выставках за выдержанные вина позволяли держать куда более высокие цены на вино. Небольшие хозяйства в Мысхако по завершении винодельческого сезона продавали свои вина по ценам от 3 до 4,5 рубля за ведро прямо от виноградника виноторговцам из Новороссийска. Цены на вина Михаила Пенчула были втрое выше.

«У меня продается исключительно двухлетнее вино, по преимуществу частным потребителям, выписывающим его непосредственно от меня из разных мест России. Местные виноторговцы также требуют его. Отпуск производится исключительно в бутылках со штемпелеванной пробкой и моей этикеткой; цена – 12 рублей за ведро (17 бутылок), без посуды и укупорки. Серия каждого года обыкновенно распродается в течение года. Я оставляю, для дальнейшей выдержки, по 10 ведер каждого сорта и должен сказать, что старое вино, по сравнению с двухлетним, неузнаваемо, до того оно улучшается как относительно чистоты, так и букета. Бутылка семилетнего моего красного вина, без этикета, была раз предложена проезжему французу-виноделу. Он не хотел верить, что это местное вино, а не настоящее французское. Продается оно любителям, конечно не в Новороссийске, по 2 р. за бутылку», – отписывает свою ценовую политику основатель виноделия в Мысхако.

«…Гарантированные лабораторным исследованием»

Наибольших успехов в продвижении своих вин за пределами домашнего региона виноделам Черноморской губернии (в которую был преобразован Черноморский округ Кубанской области) удалось достичь, создав совместными усилиями собственную торговую компанию. Условия для ее создания сложились, как это уже случалось в истории региона, благодаря генералу Пиленко.

В 1883 году Дмитрий Васильевич, бывший начальник Черноморского округа, вышел в отставку с военной службы в чине генерал-майора и поселился в имении Хан-Чокрак (позже имение было переименовано в Юровку – в честь сына), где занялся садом, виноградником и своим винным погребом, вина которого начали получать медали престижных выставок. Еще до отставки, в 1882 году, Пиленко купил участок земли на окраине Анапы, который считался «неудобьем» из-за песчаных почв. Там был заложен виноградник Джемете, вина которого (как и имения Хан-Чокрак в Юровке) успешно продавались не только на местном рынке, но и находили сбыт в Москве, Риге и других крупных городах. К примеру, ведро Рислинга у Пиленко стоило 4 рубля за ведро (вдвое дороже, чем Рислинги немецких колонистов из Михаэльсфельда).

В 1896 году вина Пиленко получили Большую золотую медаль на Всероссийской промышленно-художественной выставке в Нижнем Новгороде, где они на равных состязались с винами императорского Удельного ведомства. К сожалению, Дмитрий Васильевич до триумфа своих вин не дожил, он умер за год до этого, но его дело развивали сын Юрий Дмитриевич и другие члены большой семьи. Во второй половине 1890-х годов Юрий Дмитриевич продолжал за собственный счет распространять саженцы винограда в казачьи станицы, удаленные от побережья, – Гостагаевскую, Титаровку, Закубань и другие. Масштабы отпуска саженцев в казачьи хозяйства доходили до 45 тысяч лоз в год. Пиленко также стал одним из инициаторов создания Анапского опытного поля по виноградарству – питомника саженцев, на современной для того времени научной основе (эта Анапская зональная опытная станция работает и сейчас).

В 1909 году племянником генерала Пиленко, главой Анапы Владимиром Илларионовичем, а также вдовой генерала Софьей