Соткана солью - Полина Раевская

Что в таком человеке, как я, может нравиться? Это же сплошной геморрой! Допускаю неприступность, как вызов, но и та пала, так что наши встречи явно теперь ненадолго. Богдану наскучит. Не может не наскучить. Я рядом с ним, словно неподвижный камень на берегу несущейся реки. Мне никогда не угнаться и не удержаться рядом, только упасть на дно и больше не всплыть. Поэтому, не считая еще десятка причин, я ответила ему отказом прийти сегодня на бой и на предложение Мамочки Доу тоже.

Мимолетный роман не повод сходить с ума и изменять многолетним привычкам.

– Ну, и зря, я бы подобрала твой божественный медный, и ты смогла бы вернуться к себе родненькой, – сокрушается Мамочка, царапая что-то внутри этой, будто нарочно подобранной фразой. Однако, разбить лагерь археологических раскопок, выуживая из недр души окаменевшие чувства и переживания, не позволяет, меняя тему.

Позже мне пишет Богдан:

“Не передумала?”

“К сожалению, нет. Я бы очень хотела тебя поддержать, но для меня это стресс. Да и не хочу светиться, прости!” – стараюсь я всеми силами смягчить отказ, приводя вполне себе значимые аргументы и добавляя вдогонку:

“Уверена, ты победишь!”

“А если нет? Утешительный приз полагается?)”

“Хочешь сказать, я гожусь лишь, как утешение?”

“Заметь, ты сама это сказала. А вообще мне бежать уже надо, Капустка. Целую, позвоню, как выиграю свой долгожданный приз))”

“Мастерски сливаешься)) И приз не такой уж долгожданный – всего неделя”

“Для кого-то может и “всего”, а для моей руки – “уже”))”

Улыбнувшись, пишу прощальное смс с пожеланием удачи и таки обещанием приза. В конце концов, самой нетерпится. Мамочка Доу отмечает мою довольную моську и немного посмеивается, но мне слишком хорошо. Быть желанной – прекрасно, даже, если причины не внушают доверия.

Однако звонок Анри, с которым мне всю неделю благодаря ассистентки успешно удавалось не пересекаться, возвращает с небес. И это так бесит, что решаю больше не тянуть кота за причинное место, а претворить в жизнь наш с Надей план, тем более, что Красавин сегодня занят будет до ночи, значит время есть.

Поговорив немного о делах, приглашаю французика на ужин, а потом жалуюсь Мамочке Доу на свое щекотливое положение, пока она окрашивает мои рыжие корни в привычный каштановый.

Ближе к вечеру начинает нарастать волнение. Я смотрю на часы, до боя минут десять, и меня начинает потряхивать от страха.

А вдруг что-то случится: сотрясение, переломы, разрывы? Ведь это не шутки.

Не выдержав, включаю телевизор и немного выдыхаю. Ринг еще пустой, за кадром заливается соловьем ведущий, под стрекотание которого начинаю собираться на ужин.

Уже одетая стою в дверях, когда объявляют выход Красавина.

Все внутри обмирает при виде него в царском образе: с короной на голове времен Ивана Грозного и в красной, парчовой шубе на голое тело, он выглядит запредельно горячо, будто слепок всех влажных, женских фантазий. Моих в том числе.

Я смотрю и не верю, что этот мужчина, смотрящий на всех свысока, сидел на коленях у моих ног. В это мгновение он совершенно не похож на того парня. Взгляд – скипетр и держава, усмешка дерзкая, вызывающая и уверенная походка победителя.

Хоть Красавина и окружила плотным кольцом собственная команда, и лезущие чуть ли не в лицо фанаты, он не сбивается ни на шаг, заставляя толпу одной своей мощной энергетикой расступаться перед ним, как Красное море перед Моисеем. От этого бросает в дрожь и трепет. Я зависаю, не дыша, и не сразу замечаю идущую рядом какую-то известную рэпершу в ультракоротких шортах и корсете, стилизованных под образ Богдана. Она что-то там читает дерзкое под гул толпы, прижимаясь своим сочным, молодым телом к Красавину.

И все бы ничего, но когда они заходят на ринг, и Богдан проходит в свой угол, она бросает микрофон и, поклонившись, с чувством целует его руку, давая понять, кто тут ставит на колени.

Красавин весело усмехнувшись, покровительственно проводит большим пальцем по ее щеке и похлопав, игриво подмигивает, касаясь ее нижней губы, как часто касается моей. У меня внутри все каменеет. А когда рэперша, поднявшись, обнимает его и, целуя в шею, что-то шепчет, на что он кивает головой и целует в ответ, я с холодной усмешкой убеждаюсь, почему “отношения” нам заказаны.

Глава 39

Весь ужин я сижу, как на иголках. Надя, привычно опаздывает, и приходится изо всех сил удерживать беседу в нейтральном русле.

Получается у меня из рук вон плохо, ибо мысли все там – на залитом софитами и вспышками фотокамер ринге, где мне в очередной раз было показано, что я не особенная, не важная, легкозаменяемая, одна из…

И нет, я не дурочка, не наивняк, понимаю, что в такой сфере имидж, образ, шоу, в конце концов, основа основ, но даже у этой основы есть грань. Грань, которую Красавин явно умышленно пересёк своим небрежным мазком по губам рэперши. И я бы хотела ошибиться, мол, он без задней мысли. Но интуиция уверяет в обратном. Посыл есть и он однозначный – можешь не приходить, детка, я не сильно расстроился.

Понятно, что Богдана задело, обидело, он ведь живой человек, импульсивный к тому же, молодой, у которого тоже есть эго.

Эго, которое я постоянно жалю. Само собой, никаких нервов не хватит вечно быть в принятии и понимании. Негатив накапливается, и хочется лупануть в ответ, чтоб тоже ощущалось, свербело и дергало.

И оно дёргает да так сильно, что перед глазами как не репите кадры с этой рэпершей только уже в деталях. И эти детали явно не в мою пользу: упругое, смуглое тело мексиканочки, пышущее молодостью и здоровым аппетитом без идиотских загонов, раскованность в каждом движении и обещание во взгляде.

Я не хочу думать, о чем они там с Красавиным договорились, но не думать не могу.

В груди печёт, сжигает нервы напалмом и травит удушливым, едким дымом предположений.

Я представляю, как Красавин касается этой девочки, ласкает ее, как меня, целует и наверняка думает, какой он дурак! Ведь столько времяни потратил на какую-то иссохшуюся невротичку и ее придурь. Понятно, что я накручиваю, но легче от этого понимания не становится, только мучительно стыдно, и в то же время зло берет.

Зло, прежде всего, на себя! За то, что прошла всего неделя, а я уже