Джордж Харрисон. Битл поневоле - Филип Норман

Ринго для его коллекции, и секта замышляет вернуть кольцо с его пальца, в случае необходимости отрубив Ринго руку. Главные роли индусов исполняют белые британские актеры в коричневом гриме, комически имитирующие напевные индийские голоса.

Среди экзотических зарубежных локаций фильма были и Багамы – по той единственной причине, что это сулило определенные налоговые выгоды для Брайана. В феврале – это случайно совпало с двадцать вторым днем рождения Джорджа, – у Beatles были там натурные съемки, когда нечто подлинно индийское вторглось в их балаган: внезапно появился свами в оранжевых одеждах и подарил каждому из них экземпляр “Иллюстрированной книги йоги” с автографом.

Это был Свами Вишнудевананда, ведущий мировой учитель хатха-йоги, системы “внутреннего телесного очищения”, насчитывающей сотни лет. Это могло стать для Джорджа моментом откровения, меняющего жизнь – но сначала должно было случиться другое открытие.

Уже некоторое время и Джордж, и остальные слышали и читали о некой наркотической новинке из Америки под названием диэтиламид лизергиновой кислоты, сокращенно LSD (этой же аббревиатурой до перехода на десятичную денежную систему обозначались британские фунты, шиллинги и пенсы). В отличие от травки, это был не растительный, а синтетический препарат, обладающий галлюциногенными свойствами; говорили, что он “расширяет сознание”. Всем им было любопытно попробовать, что это такое, даже несмотря на то – и это, конечно, слегка расхолаживало, – что новое вещество, в отличие от травки, было в те времена совершенно легальным.

Первыми, кто получил опыт LSD, была постоянная четверка: Джон, Джордж, Синтия и Патти, причем их накормили буквально с ложечки. Во время одного из перерывов в съемках Help! они отправились ужинать в Бейсуотер, в гости к Джону Райли, дантисту Джона и Джорджа. У Райли было немало и других знаменитых пациентов, и он считался достаточно близким другом, чтобы ему было позволено навещать их во время съемок на Багамах. После ужина они собирались в клуб Pickwick на дебютное выступление новой группы Брайана – трио под названием Paddy, Klaus and Gibson.

Они понятия не имели – хотя на каминной полке заранее были церемонно выложены четыре кусочка сахара, – что хозяин приготовил им дополнительное угощение. После десерта Джон и Джордж собрались уходить, потому что Klaus из трио, которое они собирались послушать, был их старым гамбургским приятелем Клаусом Форманом и они не могли опоздать на его выступление. Райли, однако, настоял, чтобы они перед уходом выпили кофе и подложил по кусочку сахара в каждую чашку.

Джон сообразил первым: “Мы только что приняли ЛСД”, – сказал он Джорджу. Райли тоже “съел” вещество впервые и, очевидно, повторил ошибку Боба Дилана, предположив, что у четверки уже есть предыдущий опыт. Итак, никто из них не знал, что последнее, что следует делать, когда у вас начинается кислотный трип, – это отправиться на вечеринку в лондонский Вест-Энд.

Первой поддалась галлюцинациям Синтия Леннон: ей казалось, что столовая расширилась и стала гигантской, а их хозяин превратился в свирепое чудовище (впрочем, многие люди без всяких наркотиков воспринимают стоматологов именно так). Джорджа и Джона больше беспокоило, что он попытается затеять сексуальную оргию. Когда они отъезжали от дома, втиснувшись в Mini Cooper Джорджа, Райли побежал следом, поскольку боялся за них, но в общем приступе паранойи, который их охватил, им показалось, что он им угрожает, так что они испытали облегчение, когда Райли наконец отстал.

Продолжая упрямо настаивать, что они “не должны пропустить Клауса”, Джордж проигнорировал все кратчайшие маршруты в Ковент-Гарден и поехал по Оксфорд-стрит, где Патти, обычно такую благовоспитанную, охватило внезапное желание выпрыгнуть из машины и перебить витрины в каком-то универмаге.

После всего этого посещение клуба Pickwick прошло в тумане (если они вообще там были), и они проехали еще немного до клуба Ad Lib, где их ждал Ринго в компании Мика Джаггера и его подружки Марианны Фейтфулл. В клуб надо было подниматься на лифте, и во время этого короткого подъема они испытали общую галлюцинацию, что лифт охвачен огнем. Все четверо оставались в клубе до рассвета, косноязычно болтая с трезвыми в тот вечер и все больше недоумевающими Ринго, Миком и Марианной, а потом Джордж отвез их к себе в Эшер “со скоростью около восемнадцати миль в час”. Особенностью трипа в его конкретном случае было то, что “половину времени все казалось нормальным, а потом снова возвращался этот бред”.

Джон и Синтия провели остаток ночи в “Кинфонсе”, и никто из них не мог ни заснуть, ни промыть желудок, ни каким-то другим способом облегчить свое состояние, пока LSD наконец не выветрился, оставив после себя мрачную, бездонную пустоту. Как позже признавался Джордж, этот опыт должен был бы предостеречь его: никогда больше не прикасайся к этой дряни.

Как и в случае большинства фильмов, последними по очереди в Help! снимали эпизоды в интерьерах, в том числе в индийском ресторане с настоящими индийскими музыкантами, которые между дублями оставляли свои инструменты на съемочной площадке. Однажды Джордж взял в руки ситар – этого дальнего восточного родственника гитары с корпусом в форме луковицы и гораздо более длинным и широким грифом – и немного побренчал на нем, но лишь из праздного любопытства.

Пока что было слишком много других забот. Работая в условиях привычного стресса, Beatles параллельно со съемками фильма записывали альбом-саундтрек, который должен был выйти в августе, одновременно с премьерой фильма в присутствии членов королевской семьи (снова ожидались принцесса Маргарет и лорд Сноудон), после чего сразу начинался тур по Европе, а затем и по Северной Америке.

Заглавный трек, написанный Джоном, был, казалось, вполне в духе безумной клоунады фильма – не более чем пузырек из уст мультяшного персонажа, которого он изобразил на экране. Никто в то время не распознал здесь настоящий крик о помощи, о которой молит автор, задыхающийся в своем псевдотюдоровском особняке, закованный в железную маску милого и улыбчивого имиджа Beatles. В духе их обычного соперничества Пол ответил Джону песней “I’m Down” – своего рода упражнением в алхимическом процессе претворения самых негативных мыслей в радость.

Что касается Джорджа, то у него впервые было целых две собственные композиции на альбоме. В песне “You Like Me Too Much” чувствуется тот же привкус раздраженности, что и в “Don’t Bother Me” – возможно, это подсознательное послание поклонницам, пикетирующим бесполезные ворота “Кинфонса”. С другой стороны, Пол и Джордж Мартин впервые проявили к его песне хоть какой-то интерес, в четыре руки сыграв для нее фортепианное вступление на рояле Steinway.

Вторая композиция, “I Need You”, демонстрировала совсем другой уровень: это был уже не просто отзвук творчества Джона или Пола, но песня с собственным характером, одновременно тоскующая и укоризненная. В фильме это единственная песня, в которой