Магазин волшебных питомцев 5 - Сергей Шиленко

Я откинулся на спинку стула и уставился в потолок.

Мана-фабрика. Живая, пушистая, самозаряжающаяся мана-фабрика, которая работает от воздуха и сна. Подвесь его на дерево в зоне с высоким магическим фоном — а Сокольники буквально через дорогу, там аномалия и маны как грязи, — и через несколько часов получай полностью заряженную друзу. Перекачай из друзы в браслет-накопитель. Жди перезарядки. Повтори.

— Назову тебя Ватт, — я посмотрел на ленивца и почесал его между ушами.

Ленивец зевнул так широко, что я увидел все его мелкие зубы-колышки, и снова погрузился в дрёму. Кристаллы на спине играли, заряжаясь прямо сейчас, из воздуха магазина, пропитанного рассеянной маной дюжины магических существ.

— Электростанция! — подытожил Архимед. — Батар-р-рейка! Вечный двигатель! Энер-р-ргокризис отменяется! Птичку в долю!

Глава 14

Юбилей

Навигатор «Рунофона» уверенно вёл меня по Новорижскому шоссе, мимо сосновых посадок и глухих заборов из тёсаного камня, за каждым из которых пряталось чьё-нибудь скромное гнёздышко размером с авианосец.

Белый «Форд Транзит» с заклеенными гербами Шуваловых смотрелся на этой дороге примерно так же органично, как Пых на ледяном катке. Мимо проносились чёрные седаны с тонированными стёклами и переливающимися рунами на капотах, один раз обогнал сверкающий аэрокар, беззвучно скользивший в десятке метров над разделительной полосой. А я тарахтел на своём честном дизеле, и ветер задувал через приоткрытое окно.

Зато костюм на мне сидел безупречно.

Угольно-чёрная ткань строгой «Тени Монолита» обнимала плечи как влитая. Шерсть с добавлением теневого шёлка смотрелась на пятёрочку, а мана-плетение в волокнах давало едва ощутимый эффект: костюм-тройка сам регулировал температуру и отталкивал грязь. Графитовая сорочка, лаконичные обсидиановые запонки и классические туфли из чёрной матовой кожи, которые я заказал в довесок уже после ухода Стаси, чтобы избежать очередной лекции о модных трендах. Я даже побрился. Дважды.

И это можно считать настоящим подвигом, учитывая, как именно я провёл вчерашний вечер. Пришлось экстренно арендовать просторный пустой склад в промзоне, чтобы спокойно разобраться с возможностями бывшего ослика и научить его паре команд. Провозились до трёх часов ночи.

Архимед участвовал в тренировке в качестве болельщика и звуковой помехи. Сейчас он сидел на подголовнике пассажирского кресла, вцепившись когтями в кожзам, и с утра пребывал в состоянии крайнего возбуждения. На его шее красовался крошечный галстук-бабочка чёрного бархата — Стася прислала вчера с курьером, в подарочной коробочке, с запиской: «Для самого элегантного джентльмена».

— Аристокр-р-рат! — какаду повернулся к зеркалу заднего вида и полюбовался собой. — Лорд! Сэр Архимед! Перворазрядная птица! Подать кар-р-рету!

— Карета у нас вот, — я кивнул на приборную панель. — На случай, если кому-то на этом празднике жизни срочно понадобится доставка тонны кошачьего наполнителя.

— Позор-р-р! — попугай возмущённо щёлкнул клювом. — Олигарх-грузчик! Стыд и ср-р-рам! Нужен лимузин! С шофёром! И фуражкой!

— Олигарх из меня примерно такой же, как балерина из Фурии. Сиди тихо и помни, о чём договаривались: говорить мало, есть аккуратно, не материться, не клянчить еду и не называть никого «дураком». Особенно хозяина дома.

— Дипломатия! — согласился Архимед. — Этикет! Реверанс! Птичка — шёлк!

Навигатор пискнул: «Вы прибыли к месту назначения».

Я свернул на подъездную аллею, обсаженную стрижеными туями, и мой фургон проехал мимо массивных столбов ворот. Охранник в строгом костюме с руной безопасности на лацкане проверил приглашение — электронный код на экране «Рунофона». Скользнул равнодушным взглядом по кузову и махнул рукой: проезжай.

Дорога закончилась, и я увидел поместье.

Трёхэтажный особняк из светлого камня с колоннадой и высокими окнами. По обе стороны от парадной лестницы — ухоженные клумбы с какими-то экзотическими цветами, которые точно не растут в Подмосковье. Да и температура воздуха, который ударил мне в лицо, стоило приоткрыть дверцу, была градусов двадцать пять, с лёгким ароматом цветущей магнолии. На улице, между прочим, конец апреля и по прогнозу — плюс одиннадцать с порывистым ветром.

Климатический купол. Я присвистнул. Такие штуки делают артефакторы А-ранга, и жрут они в день столько маны, сколько Ватт не произведёт за всю жизнь. Это говорит о масштабах состояния Хмельниковых красноречивее любых слов.

Я припарковал «Форд» в дальнем углу площадки, между чёрным «Мерседес-Люциусом» и перламутровым «Кайен-Магнумом» с парящими руническими дисками вместо колёс. Мой фургон между ними выглядел как бродячий пёс между двумя выставочными пуделями.

— Пр-р-рибыли! — Архимед перемахнул на моё плечо и вцепился когтями в ткань пиджака. Я поморщился, мысленно надеясь, что мана-плетение защитит от дыр. — Бал! Высший свет! Птичка готова покор-р-рять!

Я вышел, одёрнул пиджак, проверил запонки и направился к парадной лестнице.

Территория вокруг особняка дышала тем видом роскоши, который достигается не напоказ, а по привычке. Ровный изумрудный газон. Бассейн с прозрачной водой и шезлонгами из тикового дерева. Правее, под кронами декоративных клёнов, официанты в белых перчатках расставляли на длинных столах хромированные этажерки с закусками. Хрустальные бокалы с чем-то искрящимся и золотистым — системная оценка подсказала, что это магический тоник из грушевого нектара с пузырьками, которые меняли цвет от прикосновения губ.

Гостей набралось уже человек сорок. Мужчины в дорогих костюмах, женщины в платьях, которые стоили больше моего месячного оборота. У ног некоторых послушно сидели питомцы: тёмный мейн-кун с рунами на ушах, карликовый феникс-колибри, крутившийся над плечом дамы в шляпке, парочка одинаковых белоснежных левреток с тонкими золотистыми ошейниками.

Я поймал на себе несколько любопытных взглядов. Молодой парень в хорошем, но явно не пошитом на заказ костюме, с говорящим какаду на плече. Чужак среди своих. Многообещающая мизансцена.

— Спина пр-р-рямо! — шепнул Архимед мне в ухо. — Подбородок выше! Ты — главный! Они все — зр-р-рители!

Птица, конечно, права. Когда входишь в комнату, полную людей, которые богаче тебя на три порядка, есть два варианта: сжаться или расправиться. Отставные майоры не горбятся.

Елену Борисовну я заметил у фонтана. Хмельникова порхала среди гостей в платье цвета чайной розы, с Пушком на руках. Крылатый кролорог выглядел как живой аксессуар: белоснежная шерсть, сложенные крылышки, золотой рог мягко переливался на солнце. При виде меня женщина обрадовалась и замахала рукой.

— Денис Валерьевич! Наконец-то! Идите сюда, я вас представлю!

Она подхватила меня под локоть и повлекла к мужчине, который стоял чуть поодаль, в окружении троих собеседников. Борис Олегович Хмельников оказался крупным мужчиной пятидесяти лет с коротко стриженными седеющими волосами и загорелым лицом.

Костюм антрацитового цвета сидел на нём с той естественностью, с какой шкура на медведе. На безымянном пальце