Бесстрашные и отважные. От Балаклеи до Сватово - Михаил Иванович Федоров

– Который сам пришел без лампас…

– Короче, я мамлей…

Младший лейтенант.

Я выругался, и тут же:

– Извини, там, наверно, девочки сидят…

Услышал смех жены.

– Да эта девочка такого пережила. Ей звонили, говорили: «Ты за „Казака“ не колотись». А то она чуть-чуть труханула. «У него башка, нога, – говорят. – А так он еще почти живой».

Не колготись.

16

В Очхой-Мортане. В «Шервудском» лесу

– А где бои, ну, где кукан…

Роман:

– Где кукан? На Кавказе было такое, что кукан. В Очхой-Мортане когда мы были, брали Очхой-Мортанку, попали в засаду. Мы заходили тремя отделениями.

– 30 человек, получается.

– Ну, почти 30. Добились до того, что нас осталось в строю, кто еще может стрелять, хотя мы сами «трехсотые» были, три человека. И у нас реально на брата в рожках было у кого 15, у кого 10 патронов. Мы по патрону выщелкнули, в зубы зажали, ну и бились до последнего. У нас за спиной наши ребята раненые лежат. Ну, как бог даст. И когда уже, как в фильме: и тут из-за горы выплыли вертушки, это был такой кайф!

– На самом деле вертушки или ребята подошли?

– Вышли вертушки. Мы их ждали сколько! Они часа на полтора опоздали, но они все-таки пришли. Они отработали соседнюю сопку, духов отогнали. А хохма в том, что мы так, последний патрон в зубах жали, у меня до сих пор спереди на лице щербинка. То есть… У нас всё. По 10–15 патронов, и за спиной лежат пацаны раненые, которые стрелять не могут. Мы с них все сняли, все бк, уже ни гранат, ни подствольников, ничего нету. И тут вертушки пришли, это… Было такое…

Я слушал, боясь прервать.

– А в 2022 году, в Шервуде. «Шервудский» лес…

– Где это? Я знаю Серебрянский лес, где бои…

Позывной «Казак»:

– Нет, Серебрянка – это Серебрянка, это еще мягко сказано. А вот Шервуд… Это лес чудес. Туда зашел, считай, что ты… – засмеялся. И прочитал стишок:

– Таких не видел я чудес.

Но, с… а, так бывает:

На час ты в Шервуд,

б… дь, залез,

Лишь чрез неделю выполз.

– Что за Шервуд? – спросил.

– Это «Шервудский» лес.

Вмешалась жена:

– Это прикол. Шервудский лес[55] в Англии. Это они так прозвали.

Роман:

– Мы там воевали. Вот еще стишок:

– И тем страшнее, тут мехвод,

Что курят тут в сторонке.

Ну, посудите сами: «Безумный»,

«Бобчик», «Сатана», «Якут»,

«Казак» и «Змей».

И вот такой вот зоопарк

Летает над землей.

У нас там приколюха. Можно на армейском языке буду рассказывать? Только маркировки сами делайте. Мы зашли в Шервуд. Повоевали. Ходили на стелу, она при входе в село, как ориентир, привязка к местности. Взяли. Откатились назад. Все. Все красиво, все это. Тут комбат: «„Казак“, твоей ватаге есть работа». Я говорю: «В смысле, мы только со стелы, туда-сюда». Он говорит: «Рожки поменять успели?» – «Да успели». – «Заряжайте, и пошел». Я говорю: «Смысл в чем задачи?» Короче, ходили разведчики, видели движение, ничего не нашли, но надо проверить: есть там позиция аль нет. Я говорю: «П… ц, комбат, ну глянь „Бритва“, елы-палы, есть какие-нибудь точные вводные? Ты можешь точно сказать, что нас ждет. Как это, вообще во что мы ввязываемся». – «Там ничего нет, но надо проверить». – «Ладно, хрен с ним». Я к своим пацанам. А перед нами был второй взвод, вот как раз «Есенина».

– Который 31 декабря под «Бабу-ягу» попал.

– Да. Его тоже во все дырки совали, во все «жопы». Взвод мотыляло. Потом я стал взводником. И нас гоняли во все дырки. Где ни «жопа» (затор), там мы. «Короче, так, пацаны, – говорю. – Работа хер его знает чего, короче, нагружаемся. Бк берем по полной». Нам единственно в чем повезло, у нас РАФ был с соседями совмещенный. Хранение артиллерийских фугасных снарядов. В общем, где находится бк. Там патроны, гранаты, «мухи»… Ямка, где ну РАФ. И у соседей там «мухи» и «шмели» были. Я не знаю, на фига им выдали, а у нас не было. Короче, мы залезли к соседям, набрали этих «мух», набрали «шмелей», нагрузились. Мне ставят задачу, мне дают карту, так и так, по этому маршруту надо двигаться. Там надо проверить. Я говорю: «Там точно никого нет, или готовиться к „жопе“?» – «Нет…» Просто пройти и вернуться. Мы уже ходили в лес, уже знаем, что и как. Я говорю: «По ходу, „жопа“, грузимся по полной, как ишачки». Бк брали по самую задницу. Ладно, вышли мы на маршрут. Где-то часа два-три мы протопали вообще без проблем. Потом вышли на необозначенное минное поле, там прорубили проход. Черт его знает, кто его ставил, наши или хохлы. Честно говорю, врать даже не буду. Прорубились, на карте у себя отметил. И, получается, выходим к одной из полянок, и запах дыма.

– Костер где-то.

– Не то что костер, а все равно запах дыма. Где-то что-то горит. Ты даже дыма не видишь, огня не видишь, но запашок в воздухе…

– Потянул…

Роман:

– Что-то не то… «Ребята, поосторожнее. Поползли». Поползли. Поползли. Подползаем к овражку, а там система окопов и блиндажей. Вот. «Жопу» немножко прижали. Посидим, послушаем. Мало ли, бывает такое, отправляешься, а там, оказывается, наши сидят. Присели, а там «фишки-пышки, пушку-ляшку». Опа, поляки! Хорошо. Двух человек посылаю в дозор, те приходят: «Да, поляки. Они там, по ходу, обедать сели». И получается, что эти садятся обедать, мы тут лазаем, наш маршрут, наша территория, отмечено, что наши позиции.

Я в который раз смеялся.

«Казак»:

– А тут, оказывается, поляки сидят.

– Кушают.

– Связи нет, ничего нет, чего хочешь, то и делай. Можно просто отойти, найти связь, сообщить, либо люляторов навесить. Пацаны: «Да пошли они все на х… давай п… ы вломим!» Я говорю: «Да я, в принципе, за. Давай». Ну подползли поближе – на 8 выстрелов разложили. То есть, получается, сидят мои четыре человека, нас было всего тринадцать. Стоят четыре человека – «мухи», «шмели». То есть сидят четыре человека на выстреле и по человеку на плечо просто подкидывают, взводят и подкидывают. Отползли, все. Отмашку даю. И маленький артналет: отрабатываем «шмели», отрабатываем «мухи». С диким воплем: «Сейчас всех порву!» врываемся в окоп. Повеселились. Выбили с окопов,