Льюис Хэмилтон. Шестикратный чемпион мира - Фрэнк Уоррэлл

третьим, и списал неудачу на пару ошибок. Но мы-то видели, что последнее, на чем перед стартом задержался взгляд пилота, – это пятый номер Николь. Участница конкурса, который проводит наша газета, представляла Льюиса как пит-герл, тогда-то он ее и приметил».

Интерес прессы был ярчайшим подтверждением, что теперь от Льюиса Хэмилтона, ставшего суперзвездой, ждали невероятно многого. После Сильверстоуна гонщик подтвердил: он был не просто удивлен, а поражен, что теперь у него столько фанатов. И вне трека популярность Льюиса постоянно росла – его то и дело фотографировали на тусовках с певцами и моделями. Более того, почти каждый босс команды и бывший или действующий пилот считал своим долгом похвалить Хэмилтона. Сэр Фрэнк Уильямс, например, назвал его «сверхчеловеком». И Льюис сказал: «Привыкнуть к такому очень сложно – думаю, что у меня пока не получилось. Все это в новинку, все это волнует, и я надеюсь, что так и будет продолжаться, хотя справляться трудно. Но я слышу комплименты от таких людей, как сэр Фрэнк Уильямс, от всех в мире «Формулы-1», и это, конечно потрясающе.

Цель моих выступлений в спорте всегда – качественная работа. Я ощущал давление с самого первого дня, но негативных комментариев было совсем немного, поэтому я сохранил заряд положительной энергии. Слышать такие приятные вещи, конечно, здорово, но мой мир перевернулся с ног на голову… Мне повезло, что я достаточно разумный и здравомыслящий человек, чтобы продолжать жить своей жизнью».

Британия традиционно любит создавать себе кумиров… а потом с таким же рвением сбрасывать их с пьедестала. Неужели и Льюиса ожидало нечто подобное? Кое-кто из экспертов уже открыто заговорил о том, что для вундеркинда такое выступление – фактически конец сезона, что теперь все пойдет по наклонной. Возможно, в основе таких рассуждений, во всей их жестокости и разрушительности, лежали зависть и ревность. Так давайте же вернемся на несколько дней назад и поподробнее посмотрим, как Льюис провел свой первый в «Формуле-1» Гран-при Великобритании…

В преддверии уик-энда стало очевидно: на своих мускулистых плечах Льюис несет надежды всей нации. Каждый день в газетах появлялись статьи о его возможной победе в дебютной гонке в Сильверстоуне в рамках «Формулы-1» и о том, как он справляется с грузом обрушившейся на него славы. За 24 часа до начала активной подготовки к гоночному уик-энду Льюис признался, что популярность резко изменила его жизнь: «В воскресенье вечером меня пригласили на мероприятие в память о принцессе Диане (после посвященного ей концерта на Уэмбли), но я не успевал. Я мог бы поехать на афтепати, но слишком устал, поэтому лег спать сразу после ужина.

В понедельник, когда я играл в гольф в Уокинге на девятой лунке, мне позвонили и сообщили, что Пи Дидди пригласил меня на ужин в узком кругу. Еще там были Фаррелл [Уильямс] и Наташа [Бедингфилд]; потом мы сели в машину Фаррелла и поехали на афтепати. Уильямс вышел первым, а я вторым и, как нормальный мужчина, подал Наташе руку и помог выйти из машины. А потом начались какие-то разговоры, и через минуту это уже во всех новостях, а я даже почти не знаю эту девушку!»

Хэмилтон сказал, что хорошо выдерживает груз популярности и рад здесь гоняться: «Конечно, Гран-при Великобритании – самая важная для меня гонка, ведь это домашний этап. И мой очередной дебют; надеюсь, атмосфера будет невероятная. С нетерпением жду гонки перед домашними трибунами».

Льюис попросил болельщиков, чья армия все росла, не торопить события, но пообещал: он сделает все возможное, чтобы выиграть дома. «Победить здесь было бы потрясающе, но не надо витать в облаках, – напомнил Хэмилтон, – это одна гонка из 17, и, как и на каждом Гран-при, я буду стараться изо всех сил, чтобы выиграть для болельщиков. Но главное, чтобы они – вне зависимости от результата – получили удовольствие от всего уик-энда».

Также Льюис поделился тем, как ему удается оставаться простым парнем, трезво оценивать происходящее и как умение переключаться на что-то другое помогает ему, когда приходит время снова браться за дело. В интервью Daily Telegraph Хэмилтон искренне рассказал об этом Рори Россу, талантливому внештатному журналисту, освещающему автогонки: «Думаю, в принципе, я обычный парень. Очень люблю проводить время с семьей – не только с самыми близкими, но и со всеми родственниками – с тетками, дядьями, кузенами. Мы каждый год выбираемся куда-нибудь все вместе на уик-энд и классно отдыхаем. Много времени я провожу со своим братом – он мой лучший друг. Семья и друзья невероятно заряжают меня энергией. Людей, которым я действительно доверяю, очень мало, поэтому я убежден, что доверие нужно заслужить. Могу пересчитать своих друзей на пальцах одной руки – я поддерживаю отношения только с самыми дорогими мне людьми».

Но вернемся к гонке: в четверг Льюис ночевал в Сильверстоуне, смотрел трассу и перебрасывался предстартовыми шутками с семьей и парнями из McLaren. На следующий день ему уже предстояла первая проверка – свободные заезды. В тот четверг о шумихе вокруг Хэмилтона – о «льюисмании» – спросили Дженсона Баттона. Британец ответил: «Льюис заслужил весь этот ажиотаж вокруг себя. Хэмилтон отлично выступает – в своем первом сезоне он лидирует в чемпионате с отрывом в 14 очков. Вы можете возразить: мол, дело лишь в том, что у него лучшая машина, – и это действительно так. Но Льюис обыгрывает и своего напарника тоже, поэтому – да, он выглядит отлично и заслуживает похвалы».

Вдобавок ко всему, что должен был выдержать Хэмилтон, в преддверии его домашнего дебюта разразился и так называемый «шпионский скандал», потрясший мир «Формулы-1». Руководящий орган автоспорта, FIA, объявил, что они начинают расследование утверждений, согласно которым инженер Ferrari Найджел Степни сообщал секретные данные о машинах главному конструктору McLaren Майку Кохлену. Говорили, что именно Льюис окажется одним из тех, кого этот скандал заденет больше других, если обвинения будут доказаны. Берни Экклстоун старался убедить всех, что Хэмилтон не пострадает, хотя очки у McLaren, возможно, отберут: «Это никак не связано с пилотами. Они [FIA] должны доказать, во-первых, что какая-то информация была предоставлена инженерами Ferrari, во-вторых, что она была использована, и, в-третьих, если она была использована, выяснить, позволила ли она каким-то образом усовершенствовать машину – и если да, то каким. Если все это будет доказано, то в Кубке конструкторов у команды могут отобрать очки. Но гонщиков это никак не коснется».

Репутацию своей команды поспешил защитить босс McLaren, Рон Деннис. «Я дорожу своей честью, – сказал он, – а честь моей команды для меня еще важнее.