Занимательная история Древней Церкви. От гонений к триумфу - Владимир Соколов

Вскоре в результате мятежа Магненция умер главный защитник Афанасия, западный император Констант. Констанций сумел разбить мятежников и в 351 году стал единодержавным императором Востока и Запада. В том же году в городе Арелате Афанасий был снова осужден, но остался на кафедре, несмотря на то что его пытались выгнать оттуда силой и посланный властями нотарий Диоген несколько месяцев осаждал церковь. Постепенно все защитники Афанасия на Западе и Востоке были низложены и сосланы. В 356 году Констанций отправил в Александрию дукса Сириана, который с нескольким легионами вошел в город и оцепил церковь, где Афанасий в это время совершал всенощное бдение. Из уважения к священнодействию солдаты не вошли внутрь, а стали ждать снаружи. Когда народ стал с пением расходиться из церкви, Афанасий незамеченным вышел вместе с остальными, что впоследствии было воспринято как чудо. Солдаты ворвались в храм, обыскали все помещения, объявили розыск по городу и по всему Египту, но Афанасий исчез бесследно. Есть легенда, что все это время он жил в доме у некой христианской девы, которая его кормила и поддерживала, пока он писал свои богословские труды.

Торжествующие ариане составили новую формулу веры, уже чисто арианскую по сути, которую подписал даже ярый защитник Никейского символа Осий Кордубский. В этой формуле объявлялось, что Бог один, и это — Бог Отец; что касается Сына, то никто не может судить о том, как Он соотносится с Отцом, потому что это выше человеческого разумения. Следовательно, разговор об этом следует оставить, а слова «единосущный» и «подобосущный» не употреблять, тем более что таких выражений нет в Священном Писании. О том же, что Отец больше Сына, ясно из слов Самого Сына, Который сказал: «Отец Мой более Меня» (Ин. XIV, 28). Победа ариан была утверждена и римским папой Либерием, который, попав в опалу и оказавшись в ссылке, вынужденно подписал арианское вероисповедание.

Вся эта тягостная и малопродуктивная борьба осложнялась тем, что после Никейского собора христиане далеко не сразу разделились на «чистых» и «нечистых». Никейцы и ариане продолжали находиться в общении друг с другом. Например, Дианий, епископ Кесарии Каппадокийской, который всю жизнь был ярым арианином и возглавлял Антиохийский собор 338 года, низложивший Афанасия Великого, оставался личным другом православного Василия Великого. Василий отзывался о нем с большим уважением и симпатией и негодовал, когда ему приписали факт низложении Диания, назвав это «бесстыдной клеветой». Когда уже перед самой смертью Дианий подписал очередное арианское изложение веры, принятое в Константинополе, Василий огорчился из-за его слабости и на время прекратил к нему визиты, но дело тем и ограничилось.

Другой арианин, Леонтий Антиохийский, приглашал в свою церковь известных православных проповедников Диодора и Флавиана, и те охотно принимали его приглашения. Между тем Леонтий умело лавировал между двумя сторонами и даже заключительное славословие в православных молитвах произносил так тихо, что никто не мог расслышать, что именно он говорит: «Слава Отцу через Сына во Св. Духе», как полагалось арианину, или «Слава Отцу и Сыну и Св. Духу», как делали православные. Зато в заключение он громко добавлял: «И во веки веков». Леонтий сам прекрасно понимал, что пытается сидеть на двух стульях, и, показывая на свою седую голову, говорил: «Когда этот снег растает, будет много грязи».

Читайте в приложении: Течения арианства

Глава третья

Констанций и Юлиан

«С тех пор как императоры стали христианами, дела Церкви стали от них зависеть», — написал в IV веке историк Сократ Схоластик. Биография правителей, их характер, склонности, личные вкусы и политика превратились в важный фактор церковной жизни. Поэтому здесь и дальше нам придется много говорить об императорах — по-византийски «басилевсах» — и перемешивать церковную историю со светской.

После смерти Константина Великого империя была разделена между тремя его сыновьями. Старшему, Константину Второму, которому исполнилось 21, досталась западная часть с Галлией, Испанией и Британией. Второй сын, 16-летний Констанций, получил весь Восток вместе Константинополем. Третий брат, Констант, на год его младше, встал во главе средней части империи, включавшей Италию, Африку и территорию вокруг Дуная. Остальные претенденты на престол были убиты, чтобы не создавать смуту в государстве. Устранили двух родных братьев Константина, Далмация и Юлия Констанция, и их детей. В живых остались только два сына последнего — 12-летний Галл и шестилетний Юлиан, будущий Юлиан Отступник.

Вскоре Константин Второй и Констант вступили в междоусобную войну, в ходе которой Константин был убит и Констант оказался единовластным правителем Запада, а Констанций — Востока. Позже на Западе произошло восстание, узурпатор Магненций убил Константа и вступил в борьбу с Констанцием. После изнурительной войны Констанций победил и стал императором единой империи, как и его отец.

У нового правителя было немало военных и административных талантов. Он удачно воевал с персами, алеманнами и мятежником Сильваном. Ему удалось реформировать армию, заковав всю кавалерию в гибкие чешуйчатые кольчуги, а лошадей — в стальные тяжелые попоны. Он провел тюремную реформу, в частности, запретил держать арестованных больше месяца без суда и следствия и сажать в одну камеру мужчин и женщин. Ему были не чужды науки и искусства, представления о достоинстве властителя, справедливости и благе государства. Преисполненный высокого мнения о своем величии, во время торжественных процессий император всегда ехал один, неподвижно сидя на коне и глядя в одну точку.

В то же время в лице Констанция империя получила богослова на троне, которого церковные дела волновали едва ли не больше, чем государственные. В отличие от мягкого отца, Констанций был агрессивен, деспотичен, но слаб характером; он любил действовать коварно, исподтишка и отличался мстительностью. Если Константин стремился всехпримирить и умиротворить, то Констанций прямо выступил против язычества. Он запретил все языческие культы и общества, в которых приносились кровавые жертвы. Однако общество в то время оставалось еще по преимуществу языческим, и царские указы часто не выполнялись. Тем более что и сам Констанций, оказавшись в Риме, с восхищением смотрел на языческие храмы.

Еще более ревностно император боролся с еретиками. Афанасия Великого он