Руса. Архипелаг надежды - Игорь Леонидович Гринчевский

— Значит, надо придумать, как его подтолкнуть! Есть идеи?

— А знаешь… Есть одна! — неожиданно улыбнулся Ильдар. — Пару месяцев назад мой агент ухитрился попасть в Пещеру Предков, самое священное место Храма Предков в родовой долине Еркатов. Есть в ней несколько табличек, написанных вавилонской клинописью[6]. Так, ничего особенного. Одна — повеление какого-то древнего царя «делать в месте сём доброе железо», другая — вообще перечень остатков руды, железа и зерна на складах. Зато третья… Там упоминается, что в Хураздан от врагов вывозится древняя библиотека… Нет, назвали её иначе, но это неважно. Там набор глиняных табличек со всякими «тайнами мастерства и природы». А главное — внизу таблички сказано, что место расположения тайника доверено только семье старосты.

* * *

[6] Рассказ об этой пещере и табличках есть в первой книге Цикла — «Ломоносов Бронзового века». Там упоминается, что никто не мог прочесть их текстов.

* * *

И тут шпион торжествующе посмотрел на собеседника, но тот не оправдал его надежд. «И что?» — явно спрашивал он взглядом.

— Ну как же! Эти Еркаты — все друг другу родня! Можно запустить слух, что Руса прочитал табличку, узнал у старосты секрет и потихоньку постигает тайны старой библиотеки, выдавая за свою мудрость и мистические откровения предков.

— Слушай, а может, оно и правда так обстоит? — внезапно загорелся идеей сицилийский стратег. — Представляешь, если мы эту библиотеку добудем?

— Глупости! — решительно отмёл эту версию Экбатани. — Все говорят, что Руса до своего перерождения читать вообще не умел, ни на каком языке. А клинописи вообще никто в их селе не знал. И по всей Армении таких пара человек вряд ли набралась бы. Так что, если библиотека и была, она либо пропала, либо по-прежнему лежит в тайнике.

— А жа-а-аль! — мечтательно протянул Диомед.

— Жаль! Но для нас главное в другом. Руса и весь род Еркатов очень беспокоятся о том, чтобы о них думали и говорили хорошо. А тут есть возможность сказать: «Да он — обычный вор, присвоил себе чужую славу и знания!» Многие люди не удержатся от того, чтобы мазнуть грязью преуспевшего человека. Слухи разлетятся быстро, так что он обязательно поедет.

— А если нет? — с любопытством поинтересовался Фиванец.

— Тогда мы запустим слух, что Руса Еркат испугался всплывшей правды. Придворные донесут его до царя Александра, тот заинтересуется и вызовет наместника к себе. И мы сделаем задуманное в Вавилоне, только и всего!

Увидев, что собеседника удалось убедить, перс поинтересовался:

— Кстати, а тебе какой способ больше нравится? Стрелки или заложенная бомба?

Диомед только головой покачал.

— Ты так и не понял! Убить Русу для меня сейчас — это последний шанс остановить ненавистного Македонца, нанести ему поражение. Конечно можно выбрать один способ и сосредоточиться на нём. Но зачем? В ресурсах мы не ограничены, поэтому готовь оба варианта. А ещё лучше — придумай ещё парочку, и готовь их тоже!

* * *

С прошлой главы статы пополнились паровой реактивной турбиной (эолипилом), револьвером с откидным блоком «ствол-барабан», идеями откидного барабана для ускорения перезарядки и паровой машины двукратного расширения (компаунд) с конденсатором пара.

Глава 21

«Герои живы, пока их помнят!»

Боги дали людям разные предназначения. Любой свободный мужчина обязан кормить и защищать. Работа в поле слишком тяжела, женщинам и детям трудно справиться с пахотой. А с недавних пор, уже при жизни братьев-близнецов Жирайра и Геворга, Руса Еркат дал людям, и прежде всего, — роду Еркатов двуручные пилы, чтобы валить лес и распускать брёвна на доски, и множество железных лопат, понятно для чего предназначенных. Работы стало больше, но резко выросло и количество еды, поэтому очень быстро по обоим берегам быстрой реки Хураздан начисто позабыли про голод.

А после того, как ввели трёхполье и удобрение огородов, сытно зажили даже соседи-колхи и рабы, купленные для каменоломен. Только не ленись — и будешь сыт, вечером к ужину получишь кружку пива, а на обед — дополнительную лепёшку с ломтем сыра и ложкой варенья, сваренного на глюкозном сиропе. Сыта будет и твоя семья, твой Род о ней позаботится. Сами братья к Еркатам-Речным не принадлежали, они родились в младшем роду, выращивавшем яблоки для уксуса[1], но и они выросли, не зная голода. А с семи лет попали в Школу Русы Ерката, отучились в ней по четыре года, то есть до самого выпуска. Разумеется, таких ценных кадров в родное село их не отпустили, а оставили учиться мастерству. Жирайр стал подмастерьем на производстве цветного стекла, а Геворг выучился делать бумагу, за что не только они сами, но и вся родня не прекращали благодарить богов и предков, не оставивших их без покровительства. Свою долю благодарности получали и Руса Еркат, сын Ломоносов, и брат его Тигран, и оба деда — Гайк и Тигран-старший.

Прошлой весной юноши получили не только пояса с оружием и взрослые имена, но и новое назначение. К их огромному сожалению, не на юг, в сказочную и далёкую Нубию, страну суровую, но полную чудес, плотно окружающих Русу и его семью, а на север, в Еркат-кахак, пригород Ранхополиса, постепенно становящегося столицей народа савроматов[2].

А поскольку долг свободного мужчины — не только кормить, но и защищать, на новом месте оба брата были записаны в городское ополчение, где их серьёзно учили обращаться не только с ножом и копьём, но и с пистолетами, а чуть позже, когда они проявили способности к стрельбе из порохового оружия, — и с патрульными карабинами.

Быть щитоносцами четырнадцатилетним юношам ещё рано, силёнок не хватит, несмотря на то, что благодаря регулярному сытному и разнообразному питанию оба уже переросли отца и дядьёв на полголовы. Однако места во второй линии строя им выделили, чтобы стрелять по врагу прямо из-за спин щитоносцев.

* * *

[1] Эти события относятся к первым трём книгам Цикла, хоть и впервые освещены с точки зрения членов младшего Рода, ппоставлявшего Еркатам яблочный уксус. Он упоминается в главе 4 романа «Ломоносов Бронзового века».

[2] Племя савроматов и его отношения с родом Еркатов описаны в книге «Руса. Покоритель Вавилона». Там