Палки и камни - С. Дж. Сильвис

Эван плюхается на сиденье рядом и выдергивает у меня наушник.

— Эй.

— Чего?

— Ты теперь достаточно богат, чтобы позволить собственное жилье.

Я прищуриваюсь.

— Правда?

— С учетом трастового фонда, хоккейного контракта и все такое.

Я фыркаю.

— Я хочу сказать, что заниматься громким сексом с моей сестрой средь бела дня…

— Это был единичный случай. — Я отмахиваюсь от него.

— Ну, может, вам стоит поискать себе отдельное место? Только для вас двоих. — Его лицо краснеет, и он трет затылок. — Мы с ребятами провели небольшое голосование...

— О, да ладно, блядь.

— Мы не выгоняем тебя прямо сейчас. Просто, знаешь, когда это дерьмо с отцом Рен разрешится и все немного уляжется…

Я задумываюсь об этом. Рен и я в нашем собственном пространстве — например, в однокомнатной квартире, которую мы сможем превратить в настоящий дом. Хорошая мысль. И тут до меня доходит, что у нее никогда по-настоящему не было места, которое принадлежало бы только ей. Хоккейный дом — общий, даже в спальне мы постоянно спорим, чьи вещи где лежат. А до этого она жила у Эвана.

В трейлере отца она не спала и не ела. Его сложно назвать домом.

Так что мысль о том, чтобы дать ей это, позволить ей самой обставить квартиру и делать всё, чтобы она улыбалась — и трахать ее на каждой поверхности, в каждой комнате — немного снимает груз с моих плеч.

Я хочу этого. И без Эвана я бы об этом даже не подумал.

Я хлопаю его по плечу.

— Ты абсолютно прав.

Он улыбается:

— Вот и отлично.

Когда он возвращается на свое место, я снова вставляю наушники и включаю музыку. На этот раз — «All Apologies» группы Nirvana. Я закрываю глаза и пытаюсь снова сосредоточиться на предстоящей игре. Мы разбирали записи игр Краун-Пойнта на этой неделе, так что я знаю, на что обращать внимание. Знаю, что Стил О'Брайен — защитник-говнюк. Что Грейсон Деверо может на коньках обвести половину нашей команды. А их вратарь, Майлз Уайтшоу, чертовски быстр.

Но в их обороне есть слабые места, и я планирую использовать это по полной.

Автобус с грохотом останавливается. Мы тратим пару минут, чтобы поправить парадные костюмы, затянуть галстуки, а затем выгружаемся — хватаем сумки из-под автобуса и направляемся к арене.

Волосы на затылке встают дыбом, и я оглядываюсь. Вокруг почти ничего нет — полупустая парковка на фоне покрытых лесом гор. Кроме наших менеджеров, выходящих из автобуса, ни души.

Тейлор хлопает меня по спине:

— Все нормально?

— Просто отлично, — отвечаю я, стряхиваю это чувство и следую за ним внутрь.

Тренер дает нам краткий инструктаж, а затем говорит, что в ближайший час мы предоставлены сами себе. Я достаю телефон и звоню Рен.

— Алло? — ее голос немного сбивчивый, настороженный.

— Ты уже в пути?

— С Элли, — отвечает она.

— Хорошо. — Я сглатываю. — Да… просто хотел убедиться.

— Жалеешь о том, что сказал?

Я хмурюсь:

— Ни капли. А… ты?

— Нет, — она смеется. — И теперь Элли смотрит на меня так, будто я воткнула ей нож в спину.

— Что ж, тогда тебе придется объяснить ей, что ты безнадежно влюблена в меня.

Черт возьми, я дразню ее этим. Любовь всегда казалась запретной темой. А теперь я вот так запросто подкалываю Рен.

Хотя, когда мы с ней не подкалываем друг друга?

— Ты сказал это первым, — бормочет она.

— О боже! — на фоне вопит Элли. — И ты это сказала?!

Я смеюсь:

— Пока, детка. Напишешь, когда будешь здесь.

Эван и Грант садятся напротив меня и обмениваются взглядом. Потом Грант говорит:

— Так значит… вы снова вместе?

Я ухмыляюсь:

— Ага.

— Отлично, — бурчит Эван. — Еще больше секса.

— Перерыв, если честно, был даже приятным, — соглашается Грант.

Я поднимаю командную тетрадь и швыряю в них:

— Заткнитесь, придурки.

Телефон вибрирует. Я бросаю на него взгляд — и кровь стынет в жилах. Пытаюсь скрыть выражение лица, проводя рукой по губам. Когда поднимаю глаза, Эван и Грант уже смотрят на Арчера, который делает какую-то странную растяжку в углу.

Я резко встаю и прохожу мимо них. Они не спрашивают, куда я направляюсь, но я всё равно делаю неопределенный жест в сторону телефона.

В коридоре толкутся другие парни из команды, гоняя футбольный мяч. Они окликают меня, но я качаю головой и снова поднимаю телефон.

По шее пробегает холодный пот.

Я толкаю тяжёлые металлические двери, выхожу на улицу, и делаю глубокий вдох. Затем снова смотрю на сообщение.

Мачеха-ведьма: Твой отец в больнице. Пожалуйста, позвони мне.

В груди становится тесно. Я опираюсь рукой о стену, когда земля уходит из-под ног. Дело должно быть серьезным — Марта никогда не пишет сообщения без восклицательных знаков. И тут даже нет попытки смягчить удар.

Коротко. Сухо.

Тупо.

Я крепче сжимаю телефон. Мне просто уехать? Но я в нескольких часах отсюда…

— Привет, Стоун.

Я резко выпрямляюсь и разворачиваюсь.

Передо мной стоит мужчина. На нем черное пальто поверх джинсов и темная вязаная шапка, из-под которой выбиваются чуть длинноватые волосы. Он примерно моего роста. Крепкого телосложения, хотя трудно сказать, мышцы это или просто жир. Его лицо кажется смутно знакомым... что-то в чертах...

Он улыбается.

— Тебе нужно пойти со мной.

— Нет, мой отец… — начинаю я.

— С твоим отцом все в порядке. — Он поднимает телефон. — Нынче клонировать номер проще простого. Прелести технологий. Меня зовут Джесси Дэвис. И да… я тоже не ожидал, что познакомлюсь с первой любовью моей Тыковки вот так.

Его взгляд скользит через моё плечо, и он едва заметно кивает.

Моя реакция обычно на высоте. Но даже я не успеваю увернуться от удара, который наносит человек сзади.

В голове взрывается боль, и мир погружается во тьму.

Последнее, что я помню: чьи-то руки хватают меня, прежде чем я успеваю рухнуть на асфальт.

39. РЕН

Я с шумом захлопываю тетрадь и откидываюсь на сиденье.

— Готово.

Элли на секунду отрывает взгляд от дороги:

— Рен, ты просто чертов гений.

Мое лицо вытягивается:

— Что? Нет, я вовсе не…

Она переключает внимание на переполненную парковку колледжа.

Повсюду толпятся люди, распивают пиво через пивной бонг прямо у машин, будто пришли сюда только для того, чтобы повеселиться.

— Это были явно не обычные уравнения. Ты только что превратила какую-то дикую математику в задачки на сложение для второго класса.

Я даже не пытаюсь поправить её, что на самом деле занималась химией, а не математикой — для постороннего глаза это все одно и то же.

— Откуда