Ночь гнева - Андрей Александрович Васильев

чем тут дело, то после точно сообразит. Есть риск потерять его… Ну, не доверие, конечно. В Ночи никто никому никогда не доверяет не то что на сто процентов, но даже и на половину этой цифры. Скорее — некую расположенность, которая весьма выгодна обоим. Ясно, что Олегу больше, но давайте честно — за последние три года в этот клуб кроме Ровнина ни один сотрудник отдела даже не заглядывал. Опять же с местными операми, которые в обход начальника ОВД хотели Ленца выставить на деньги, тоже он вопрос решал. Ну, не сам, конечно, для подобного он погонами не вышел, при помощи Ковалева, но тем не менее. Хотя если совсем уж напрямоту, он больше себе помогал, чем Арвиду. Тот бы их просто сожрал как-нибудь ночью, да и все. А ему, Олегу, пришлось бы прикрываться словами «если не видел, то и не знаю», что неправильно. Ну да, менты с той земли сами виноваты, надо берега видеть, да и ценность их жизней несоизмерима с полезностью владельца клуба, вот только Ровнин откуда-то точно знал — если он хоть раз с самим собой такую сделку заключит, то все. Что «всё» — он не понимал, но конкретика ему была и не нужна, хватало самого ощущения близости обрыва, за которым начинается бездонная пропасть.

По ходу разговора он было окончательно решил ничего у Арвида не спрашивать, но вот, вопрос будто бы сам, без его ведома из рта выскочил. Да еще и с такой кривой формулировкой…

— Во-первых, не только ведьмы носят кольца и перстни, — показал вурдалак гостю свои руки, на которых красовалось по паре названных предметов. — Во-вторых, я не очень понял, что ты у меня узнать хочешь. Одна ведьма попросила тебя добыть для нее кольцо другой? Так?

— Да нет, — Олег неожиданно для себя самого довольно шустро расправился с круассаном, который ему очень понравился, и промокнул рот салфеткой. — Как ты себе такое вообще представляешь?

— Без особых сложностей. Что тут такого? Да, ты наверняка откажешься, но в самом предложении ничего запретного или оскорбительного нет. Или тебя никто никогда ни о чем не просил, суля за это какую-то награду?

— Бывало, — подтвердил Олег. — Но ты же знаешь…

— Знаю. И за это тебя уважаю. Хотя, признаться, не всегда понимаю и принимаю чрезмерную принципиальность как таковую.

— Это потому, что мы все разные, — подытожил Ровнин. — Так насчет украшений. Какой в них может быть прок, если одна ведьма у другой его отожмет?

— Ты про потерю силы и все прочее? — усмехнулся вурдалак. — Это все сказки. Нет, там есть какие-то родовые цацки, которые сотворены в глубине веков, но они, если не ошибаюсь, персонализированы. Впрочем, не поручусь, что все именно так обстоит. Дело в том, что я не энциклопедист, хотя мне и льстит тот факт, что ты меня, похоже, таковым считаешь.

— Ясно, — отпив чаю, кивнул Олег.

— Я бы скорее предположил, что некой гипотетической ведьме кольцо нужно в качестве трофея, — добавил Ленц. — Эти дамы не слишком щепетильны, для них не столь важно, сами они сняли приз с трупа противницы или это сделал кто-то другой. Важен факт обладания, как свидетельство того, кто оказался сильнее и хитрее.

— Интересно.

— Распространённое хобби. Среди моих собратьев такое коллекционирование тоже встречается, правда, трофеем выступают передние клыки. Это единственная часть нашей мертвой плоти, которая не становится пеплом после конечной смерти. Почему — не знаю, но вот так.

— Надо же, — удивился Ровнин.

— Сразу — у меня такого хобби нет, — закинул ногу на ногу Арвид. — А вот у Ростогцева в кабинете имеется шкафчик, в котором находится затянутая красным бархатом серебряная доска, на которой закреплены клыки тех, кто брал на себя смелость идти против него. Ну и еще пяток пустых мест на ней присутствует, пока без трофеев, но зато с именами тех, кого он бы хотел занести в свою коллекцию.

— Твое там тоже значится? — уточнил Олег, догадавшись, куда гнет собеседник.

— Прямо в первом ряду, — подтвердил Арвид не без гордости, — верхнем. Мы давненько с князинькой друг друга недолюбливаем. Лет сто, если не больше. И поверь — рано или поздно мы выясним, у кого хватка крепче и горло мягче. Может, через год, десять лет или сто, но это случится.

— Я буду болеть за тебя, — пообещал Ровнин, причем абсолютно искренне. — Мне Ростогцев никогда не нравился. Слишком хитровыдуманный. Да и Францев его не жаловал.

— Лестно слышать, — чуть склонил голову вурдалак. — Не уверен, что тебе доведется этот поединок наблюдать лично, но если вдруг звезды встанут в таком порядке, то лучшего секунданта я себе не могу пожелать.

— Принимается, — опять же без тени иронии произнес Олег. — Почту за честь. Слушай, а вот еще про эту Айзу спрошу. Ты говоришь, она опасный противник. А чем? В чем ее сила, Арвид?

Увы, но на этот вопрос он толкового ответа не получил. Причем упрекнуть Арвида в том, что тот не захотел ему что-то рассказывать или в чем-то подобном не приходилось. Он на самом деле не так много знал об этой гражданке, что неудивительно. В делах они не соприкасались, делить им было нечего, серьезная вражда меж ними никогда не лежала, так что не сильно Ленц Айзой и интересовался.

Единственное, что он упомянул, так это то, что она огненными змеями повелевает. Не здоровенными, вроде несуществующего Змея Горыныча, и не теми, которые ко вдовым женщинам по ночам шастают, а небольшими, размером со среднестатистическую гадюку. Но небольшие-то они небольшие, а в закрытом помещении, особенно таком, где есть чему гореть, бед наделать могут ого-го каких. Полыхнет так, что ни одна «пожарка» не успеет приехать, так и сгорит все до угольков. Потому тогда, три года назад, когда его приближенные по скудоумию нанесли обиду одной из подопечных Айзы, он лично ей извинения принес, чем конфликт и исчерпал.

Но в целом Олег был очень доволен. Во-первых, он получил ответ на вопрос «кто», во-вторых, унес от Арвида в клювике телефонный номер Айзы. Не мобильный, городской, но это ничего не меняло. Если есть телефон, считай, есть адрес. Нет, возможен вариант, что он уже ей не принадлежит, но все равно это зацепка, и очень неплохая.

Выйдя из кафе и подумав немного, он