Солёный зефир - Даша Art

Прижимаюсь лбом к ее лбу.

Маша вздыхает:

— Что нам теперь делать?

— С Мари расстанусь.

— А как же баскетбол?

С этим будет сложнее, но я не передумаю.

— Я все решу, не переживай, — оставляю мягкий поцелуй на её лбу. — Без тебя все равно не получается.

— Идем в мою комнату? — предлагает девушка, а я едва не подпрыгиваю от переизбытка радости и тестостерона. — Не хочу, чтобы ты уходил.

Нутро падает в пятки, когда я вспоминаю о своих планах.

— Я тоже не хочу уходить, но у меня рейс.

— Что? — Маша деревенеет в моих руках. — Улетаешь?

— Да, к маме.

Она расслабляется, но все равно словно отдаляется.

— Оу… эм… хорошо.

Душу скребнули кошки.

— Я не полечу. — Наклоняюсь, чтобы заглянуть в красивое личико. Моими стараниями косметика немного смазалась, а губы распухли и покраснели. — Не хочу оставлять тебя одну.

— Одну? — хмыкает. — Не слышишь, что происходит в соседней комнате?

Компания шумела, но мы будто оказалась в другом мире, где не было места посторонним. Я не обращал на звуки никакого внимания, пока Маша не указала на них.

— Одну — значит без меня.

Покрываю поцелуями её макушку, вдыхая сладкий аромат волос.

— Через сколько у тебя вылет?

— Если сейчас полночь, то через четыре часа.

— Но тебе уже надо ехать в аэропорт.

— Не поеду.

— Конечно, поедешь.

Девушка выбирается из моих рук. Я тянусь к ней, но Маша ускользает, улыбаясь.

— Я собирался уехать, чтобы оставить тебя в покое. Ситуация изменилась.

— Но твоя мама будет тебя ждать. Она, наверное, соскучилась.

— Мне страшно оставлять тебя. Кажется, что если я уйду хоть на минуту, то все вернется в исходную позицию.

— Мне стоит тебя ждать? — как-то странно спрашивает Маша.

Ловлю девушку, чтобы вновь зажать ее между своим телом и шкафом.

— Это я буду ждать тебя.

Сердце трепещет, качая больше крови, чем было нужно. Эйфория кружит голову. Вместо того, чтобы вызывать такси, я дарю себе еще один поцелуй.

А затем еще один…

Глава 31

Маша

Первый учебный день после праздников выдался нервозным и одновременно… будним. Знаете, словно ничего не изменилось, но при этом ощущалось иначе. Я предвкушала его, но не получила того, на что рассчитывала. Хотя, спроси меня, чего я ждала, сама не отвечу на этот вопрос. Запутанно и неловко.

Игнат до сих пор не вернулся. У него вдруг появились дела, которые нужно было срочно решить. Это помешало ему прилететь пораньше. Он отказался сообщать мне подробности, а я и не настаивала.

Меня больше тревожило странное поведение Мари, обнаружившееся на утро после вечеринки. Она будто поникла: не улыбалась, отвечала односложно, мало ела и отсиживалась в своей комнате. Я много раз пыталась с ней поговорить, но сестра каждый раз замыкалась, отказываясь что-либо объяснять.

Вот и сейчас Мари сидела со своей танцевальной группой, но не обедала, лишь замкнуто смотрела в свою тарелку.

— Что это с ней? — Софа цокает, языком выковыривая кислую карамель с зубов.

Вздыхаю, затем неуверенно добавляю:

— Не знаю.

Я боялась думать, что это из-за меня. Возможно, Игнат уже сказал. Может, быть он ошибся, и у нее есть к нему чувства? Она меня возненавидела.

— Заболела? — тревожится Алиса, оглядываясь.

— Пф, — фыркает Софа в своей манере, — просто забыла накраситься.

Алиса закатывает глаза.

— Фу, ты злюка.

В ответ подруга стреляет глазами в угол столовой.

— На повестке дня тема поинтереснее.

— Есть веская причина, почему Максим сидит за другим столом? — Алиса едва заметно толкает меня в бок, привлекая внимание.

— Я отказалась с ним встречаться.

— Правда? — пискнула Алиса. Одновременно с ней хмыкнула Софа:

— Наконец-то.

Первая хмурится.

— Ты знала, не так ли? Откуда ты вечно все знаешь?

Вторая откинулась на спинку стула, как всегда делала, когда собиралась просвещать невежд.

— Это было очевидно. — Софа поправила очки. — Наша Маня сохнет по баскетболисту.

— У него есть имя, — надуваю губы.

— Мне без разницы, как его зовут. Меня волнует, долго ты еще будешь рвать себе сердце из-за какого придурка?

— Он не придурок, и я не рву себе сердце. Игнат… он… мы… — подбираю слова, но так и не могу решить, как рассказать подругам о том, что произошло в первые минуты нового года.

— Что вы? — недоумевает Алиса.

Я же опускаю подбородок, покраснев до корней волос. Проницательная Софа, естественно, считывает все по моему лицу.

— Не-е-е-т, — протянула она, — подавшись вперед. — Я же ошибаюсь, да? Он снова запудрил тебе мозги? Снова был пьян?

— Все не так!

— Что случилось? — Алиса растерянно моргает, в то время как мы с Софой играем в гляделки. На одном дыхании произношу:

— Мы целовались на вечеринке у нас дома.

— Что? — восклицает Алиса. — И что теперь?

— Хочешь я скажу, что теперь будет? — ехидничает подруга.

— Не хочу, — процедила я. — И ты не права. В этот раз все было иначе. И нет, он не был пьян. Я ему нравлюсь.

— А как же Мари?

— Расстанется, — пикирую в словесной дуэли. Софи напирала с таким усердием, что мне приходилось отбиваться.

— Зачем вообще с ней встречался?

— На то была причина.

— Ты ему веришь?

— Да.

Алиса мотала головой от меня к Софе. Я даже испугалась, что она у нее оторвется.

— Когда ты ему расскажешь о вашем первом свидании, после которого ты сохнешь по нему уже год?

— Никогда.

— Боишься ранить его чувства? Серьезно?

— Он все равно не помнит.

— Погодите, — решила подытожить Алиса, — я не могу понять. Вы теперь встречаетесь?

Софа скептически приподняла одну бровь:

— Это вряд ли.

— Да-да, наверное, — запнулась, понимая, насколько шатко мое положение. — Я пока не знаю, мы это не обсуждали. Игнат улетел на все выходные. Перестань, — одергиваю Софу, — в этот раз будет иначе. Вот увидишь.

За столом воцарилась тишина. Никто больше не хотел делиться позицией по поводу сложившейся ситуации, но каждый остался при своем мнении.

Еще утром я была уверена в парне, в себе, и в том, что все наладится. Но Софе хватило пары колких фраз, чтобы пошатнуть мою решительность.

Проклиная подругу, я резко остановилась у своей парты, заметив на ней странный предмет. Одноклассники зашептались, стоило мне подойти ближе.

Предметом оказался большой букет невероятной красоты в розовой обертке. Такой нежный и воздушный — я не сразу поняла, что он из зефира. Его выдал аромат ванили и фруктов. Сердце трепетно сдалось, а живот потянуло в предвкушении. Он вернулся?

Я протянула руку к букету, но вдруг остановилась. Страх взялся из глубины сознания, неожиданно заморозив мышцы.

Рядом лежала записка. Таким же