Древний Рим в биографиях - Генрих Вильгельм Штоль

из весьма знатного рода, уделяла большое внимание воспитанию сына, который относился к ней с любовью до самой ее смерти в 54 году. Под наблюдением этой прекрасной женщины богатые способности мальчика получили превосходное развитие; при необыкновенной восприимчивости и сильном прилежании, он быстро усвоил многие знания. Одним из его учителей был грамматик Марк Антоний Гнифон, под руководством которого сформировалась та красота слога, которая проявляется в речах и сочинениях Цезаря. Его юношеские годы пришлись на Марсийскую войну и начало борьбы между Марием и Суллой. Марий, женатый на сестре отца Цезаря, сделал его, еще тринадцатилетнего мальчика, в 87 году, после своей победы над Суллой, жрецом Юпитера. Таким образом, Цезарь вступил в общественную жизнь; но расположение, оказываемое ему Марием, не побудило стать на его сторону. Так же мало сочувствовал он и противоположной партии, к которой принадлежали знатнейшие из его родственников.

После того как Сулла сделался властителем Рима (82 год), молодой Цезарь оказался в опасном положении уже потому, что был родственником Мария, но он еще более раздражил всемогущего диктатора, дерзнув нарушить его волю. Марк Пизон, по воле властителя, развелся с вдовой Цинны — Линией, Помпей — с Антистией. Сулла потребовал, чтобы и Цезарь развелся с Корнелией, дочерью Цинны, на которой он женился год тому назад по любви. Но Цезарь отказался исполнить это требование; он был готов подвергнуться преследованиям, чем совершить недостойный поступок. Его объявили вне закона, лишили должности жреца Юпитера и имений. Больной лихорадкой, в чужой одежде, изгнанник был вынужден блуждать по сабинской земле и в конце концов попался в руки соглядатаев, но выкупил свою жизнь за два таланта. По просьбе весталок и родственников Сулла его все-таки помиловал, но при этом заметил, что в Цезаре сидит не один Марий и его следует остерегаться.

Цезарь поступил на военную службу и отправился в Азию, где отличился при осаде Митилены, отошедшей от Рима во время войны с Митридатом. Затем он поступил во флот, чтобы сражаться с пиратами, но тут пришло известие о смерти Суллы, и он поспешил возвратиться в Рим. Здесь консул Марк Лепид предложил ему участвовать в свержении правительства, учрежденного Суллой, но Цезарь ответил отказом, предвидев, что удача окажется не на стороне Лепида. Зимой 76 года Цезарь отправился на остров Родос, где собирался совершенствоваться в ораторском искусстве под руководством знаменитого ритора Молона, но по пути попал в плен к киликийским пиратам. Рассказывают, что в продолжение тридцати восьми или сорока дней, проведенных на пиратском корабле, он вел себя не как пленник, а как господин пиратов; когда ему хотелось спать, он приказывал им соблюдать тишину; когда они недостаточно хвалили его стихи, которые он читал для препровождения времени, он шутя бранил их, называя грубыми варварами, и грозил, что велит всех их распять. Пираты потребовали с него двадцать талантов выкупа, а он, говорят, обещал им пятьдесят, потому что за такого человека, как он, двадцать талантов слишком мало. Когда жители Милета доставили выкуп и Цезарь был высажен на берег, он в следующую же ночь собрал корабли, захватил пиратов и велел распять их в Пергаме, как и обещал.

В последующие годы Цезарь мало участвовал в общественных делах, но поддерживал расположение народа к себе щедрой раздачей денег и хлеба. Его враги утешались надеждой, что он в конце концов растратит свое имущество. Но Цезарь, нисколько не беспокоясь, делал долги за долгами, в твердой уверенности, что расположение народа поможет ему достигнуть должностей, на которых он поправит свои расстроенные дела. Когда Помпей возвратился из Испании после войны с Серторием, Цезарь был уже влиятельнейшим главой народной партии. Но когда во время своего консульства в 70 году Помпей уничтожил конституцию Суллы, Цезарь, душа всего этого дела, скромно стоял на заднем плане.

В 68 году Цезарь стал квестором — должность, открывавшая путь к высшим постам. В этом году умерли сестра его отца, старая Юлия, вдова Мария, и его собственная супруга Корнелия, дочь Цинны. Потеря жены была для него прискорбна, но он воспользовался смертью ее и Юлии, чтобы воззвать к теням Мария и Цинны. Он сказал обеим женщинам надгробные речи на форуме, которые были скорее похвальными речами Марию и Цинне. Партия аристократов впала в раздражение, но тем больше было одобрение народа.

Постепенно он ближе сошелся с Помпеем, женился на его родственнице Помпее, дочери Квинта Помпея Руфа и внучке Суллы, и поддержал законопроекты Габиния и Манилия, которыми Помпею поручалось начальство в войне с морскими разбойниками и с Митридатом. Должность эдила, принятая им в 65 году, предоставила ему удобный случай укрепить популярность в народе. Обремененный долгами Цезарь устраивал очень дорогие игры, во время которых форум, базилики, Капитолий были украшены с неумеренной роскошью. Сенат пытался заставить его ограничить число гладиаторов, но Цезарь все-таки вывел на арену 320 пар в серебряных доспехах.

Его противники еще не продолжали пересуды, когда произошло событие, вызвавшее у них бурю возмущения. В свое время Сулла приказал разрушить находившиеся в Капитолии статую Мария и трофеи, взятые им в Югуртинской и Кимврской войнах. Но однажды утром статуя и трофеи снова оказались на прежнем месте. Народ с радостными криками повалил в Капитолий, и все прославляли Цезаря, ибо все это было сделано по его приказу. Испуганный сенат поспешил собраться и горячо обсуждал происшедшее; впрочем, из страха перед народом статую и трофеи решили не трогать.

Не обращая внимания на выпады сенатской партии, Цезарь продолжил борьбу с законами Суллы. По одному из этих законов были освобождены от наказания все те, кто во время проскрипций принимали участие в убийствах. Но Цезарь, председательствуя в суде, разбиравшем дела об убийствах, привлек к ответственности и осудил Луция Лусция и Луция Беллиена, которые во времена Суллы убивали людей, попавших в опалу. Затем, в 63 году, он возбудил преследование против Гая Рабирия, убившего 36 лет тому назад народного трибуна Луция Апулея Сатурнина. Он не испытывал к престарелому Рабирию личной вражды; осуждением его он хотел возвысить значение трибуната и напугать сенат.

В том же году, после смерти Квинта Метелла Пия, освободилась должность верховного жреца, и Цезарь объявил себя соискателем. Другими двумя претендентами были вожди сенаторской партии Квинт Лутаций Катул и Публий Серви-лий Исаврийский. Обе партии не жалели денег, чтобы завербовать побольше сторонников. Цезарь потратил так много, что, отправляясь на выборы и вспоминая о своих долгах, сказал матери: «Ты увидишь меня или верховным жрецом, или беглецом!» Впрочем, его избрали огромным большинством голосов. Гордый Катул, считавший