Великие ученые древности. Семь греческих мудрецов, или Заря наук - Луи Фигье

и растений природа следовала общему плану и подчинила оба живые царства одним и тем же законам. По Феофрасту, в растениях все явления существования определяются жизненной силой. Он входит в подробности относительно воспроизведения растений. Он излагает древнюю систему полов у растений, насколько она была возможна во времена, когда микроскоп был не известен.

Феофраст говорит только о пятистах видах растений. В сравнении с известными ныне, это, конечно, число ничтожное. Он путешествовал только по Греции и Малой Азии. Он тщательно описывает растения стран, где бывал, стало быть, лично им виденные растения. Но с меньшей точностью говорит о небольшом числе египетских, эфиопских и индийских, которых он не мог видеть живыми, или описания которых переданы ему путешественниками и купцами, сопровождавшими Александра. Он не описывает всех называемых им растений, говорит Кап. Растения, о которых он говорит подробно, описаны в отношении их происхождения, величины, твердости, свойств, и описания эти полны.

Феофраст распределяет все растения на два класса:

1) растения, образованные из деревянистых волокон, твердого сложения, могущие жить больше века;

2) растения травянистые, ткань которых неплотна, средней твердости, которые живут два или только один год, или жизнь которых еще короче и продолжается только несколько дней.

Растения травянистые он подразделяет еще на съедобные, на злаки, сочные, или маслянистые.

Конечно, такую классификацию нельзя назвать удачной, но все-таки это хоть какая-нибудь классификация. В то время важно было простое сближение фактов ради их изучения, уменье определить их отношения и таким образом образовать непрерывный ряд, из которого могли родиться верные идеи, сравнения, а отсюда обширные, точные сведения и в заключение создаться истинная наука о растениях.

Феофраста упрекают за обнаруживаемую им доверчивость относительно врачебных свойств растений. Но, как заметил Кап, Феофраст более ботаник, чем врач, и, вероятно, приписывал второстепенное значение врачебным свойствам, о коих упоминает мимоходом. В девятой книге Истории растений Феофраст, впрочем, говорит о соках, смолах, каплях, бальзамах, благовониях, о некоторых сильнодействующих лекарствах, о некоторых растительных ядах.

«История растений, – говорит Кап, – особенно замечательна множеством разнообразных сведений; это первый и самый обширный памятник изучения растительного царства, оставшийся нам от древности»[85].

Но очень вероятно, что китайцы, обширная империя которых простирается в различных климатах, в знании растений превзошли греков. У китайцев есть огромные энциклопедии по естественной истории, о коих упоминается в Записках и письмах ученых миссионеров. Весьма бы желательно, чтобы ориенталисты обратили на это достодолжное внимание.

Оставленные Феофрастом описания пятисот растений или растительных видов не всегда достаточно ясны, чтобы их можно было узнать. Курт Шпренгель в первом томе своей Historiæ rei herbariæ приводит список описанных Феофрастом растений и соответствующие им теперешние названия видов.

Такая же работа, но с меньшим успехом была предпринята раньше Шпренгеля. Скалигер и Боде из Стапеля напечатали в 1644 году латинский перевод Истории растений Феофраста с приложением греческого текста[86]. В длинном комментарии, снабженном резанными на дереве рисунками растений, Боде из Стапеля доказывает предлагаемые им определения. Но его мнения не всегда подтверждаются Шпренгелем.

Трактат О причинах растительности (de Causis plantarum), от коего дошло до нас только шесть первых книг, был настоящим трактатом о физиологии растений. Конечно, это не единственный существовавший в древности трактат, но только он в большей своей части дошел до нас. В этом именно сочинении Феофраст показал свое несомненное искусство исследовать природу при помощи опыта и наблюдения. Все, что можно было открыть без помощи теперешних снарядов, все замечено им в растительном организме. Точность, с коей он излагает свои открытия, такова, что, по отзыву сведущих людей, новейшая ботаника более чем через двадцать веков в некоторых вопросах только подтвердила новыми опытами и наблюдениями начала физиологии растений, излагавшиеся в Афинском Лицее.

Феофраст отличает свои наблюдения от наблюдений других ботаников. Обыкновенно он говорит, откуда заимствует сведения, и называет своих предшественников в изучении растений. Вот краткое изложение его наблюдений.

Он подробно говорит о половой организации растений и об оплодотворении. Растительные семена распространяются и оплодотворение совершается, говорит он, при посредстве ветров, насекомых и воды для растений водных. Цветы у каждого рода растений являются всегда в определенное время года. За цветами следуют плоды. Известны способы увеличить объем плодов и ускорить их зрелость. Зерно есть растительное яйцо. В зерне заключаются элементы растительности; в зерне питается зародыш и образуются стебель и корень будущего растения.

Корни растения служат, во-первых, для извлечения первичных соков из лона земли; во-вторых, для их переработки и обращения в пищу растения. Форма корней разнообразна до бесконечности. Есть растения, прорастающие двумя семенными долями; другие – только одной. Стебли бывают прямые и ползучие. У листьев две стороны: верхняя всегда более темного зеленого цвета. Каждая сторона состоит из волокон и сосудов, расположенных в особой сетке и не сообщающихся с сосудами другой стороны. Растения при помощи листьев берут из воздуха вещества, нужные для их питания. Они извергают, при помощи некоторого рода выдыхания, ненужные им вещества.

Корни и кора для растения – то же, что желудок и кожа для животного. Кора бывает двух родов: одна, кожица (epidermis), которая в травянистых растениях покрывает более или менее плотную, сочную, мягкую ткань; другая собственно кора, одевающая древесные растения. Она служит для выработки питательных соков и сильно способствует нарастанию деревьев; впрочем, с некоторых деревьев, напр. с пробкового, можно, не повредив ему, снять кору. Кора виноградной лозы состоит из волокон без паренхимы (мясистого вещества или клетчатой ткани). Кора вишни возрождается довольно быстро. С яблони и платана кора спадает ежегодно пластинками.

В общей организации растений Феофраст отличает волосные, волокнистые трубки, назначенные для поглощения питательных соков. Распределение этих трубок таково, что они могут совершать свои отправления, не сливаясь одна с другою. Растительные волокна в ели и сосне имеют долевое и параллельное направление; в пробковом дереве растут во всех направлениях. Эти волокна встречаются в самых плодах и цветах.

В растениях есть сосуды большего объема, именно те, в которых круговращаются восходящий сок (березовица, кленовика), и соки, назначенные для питания. Эти объемистые сосуды соответствуют в растительном царстве кровеносным сосудам в царстве животном. Паренхима находится между волокнами и сосудами, несущими восходящий сок. Ткань эта обильна в мясистых органах и плодах и распространена во всех частях растения.

Деревья, растущие на высоких горах, говорит Феофраст, плотнее, тверже и лучшего качества против растущих в болотистых местностях. Часть дерева, прилежащая к сердцевине, самая твердая. Сердцевина, состоящая из паренхимы и воды, есть существенный орган растительной жизни. Сердцевина злаков и тростников отличается от сердцевины деревьев.

Феофраст занимался также болезнями растений. Он говорит, что