Великие ученые древности. Семь греческих мудрецов, или Заря наук - Луи Фигье

В древности целью воспитания было гармоническое развитие всех человеческих способностей, образование человека в полном смысле слова, в нравственном, умственном и физическом отношениях. Тогда не ограничивались обучением какой-либо специальности, не пренебрегали физическим развитием. Тогда не старались развить один ум; деятельность человека не считали ограниченной одним мышлением. И такое мнение справедливо. Славный анатом Биша показал, что безмерное развитие одного органа производится всегда на счет другого и часто разрушает в жизненной экономии условия и отношения физиологического равновесия.

Отсюда видно все преимущество греческого воспитания; у греков в продолжение довольно долгого периода вследствие этого являлись люди сильные телом и в то же время гениальные и возвышенные по характеру. В древней истории часто встречаются люди, с равной умелостью исправляющие различные должности и обязанности. Один и тот же человек является искусным полководцем и затем великим оратором, потом государственным человеком, и занимается по очереди финансовыми, коммерческими, социальными и политическими вопросами; наконец в старости, удалившись от деятельной жизни, он пишет отличные сочинения по различным наукам, истории или философии.

Возвратимся теперь к Феофрасту. Число больших и малых приписываемых ему сочинений огромно. Насчитывают всего до двухсот двадцати семи. Одни заглавия его сочинений, по каталогу Диогена Лаэртия, занимают несколько страниц. Самые разнообразные предметы его сочинений, без сомнения, входили в курс, который он преподавал в Лицее. В этот курс, судя по трактатам Феофраста, входили: грамматика, поэзия, музыка, логика, риторика, физика, политическая экономия, законоведение, философия, естественные науки, математика и существовавшие тогда зачатки химии (трактаты О различных солях нитра и квасцов, О гниении и свойствах камней), физика (трактаты О тепле и холоде, О метеорологии, О ветрах, О движении), наконец, медицина (трактаты О влагах, О цвете кожи и мясе, О падучей, О головокружениях, Об обмороках, О пище, О телесной слабости, О заразительных болезнях, О параличе, Об удушье, О безумстве и т. д.). Феофрасту, без сомнения, были известны сочинения Гиппократа, а потому он мог иметь о медицине здравые понятия.

Многих читателей, без сомнения, удивит значительное число и необычайное разнообразие предметов 227 сочинений Феофраста. Действительно, таков один из самых укоренившихся предрассудков нашего времени. Все, привыкшие придерживаться общего мнения, вооружены против энциклопедизма. Им кажется невозможным для человека, как бы он ни был гениален, написать даже посредственные сочинения, если он занимается разными предметами, из которых одного хватило бы изучать на целую жизнь. Повторяем, это один из наиболее достойных сожаления предрассудков. Обратитесь к истории, и вы увидите, что в новые времена, как и в древности, и в Средние века, лучшие ученые и писатели были почти все энциклопедисты. У греков, начиная с Пифагора до Александрийской школы, все почти были энциклопедисты. В Средние века: Авиценна, Разес, Гебер, Альберт Великий, Рожер Бэкон, Винцент де Бове и проч. В новые времена Кеплер, Декарт, Ньютон, Лейбниц, Вольтер – все были более или менее энциклопедисты. Рассмотрите любую отрасль знаний, например математику, и исследуйте в истории этой науки, кто были вообще величайшие геометры: между ними вы почти не встретите того, что называется специалистами. Платон был поэт и философ, но это не мешало ему одному из первых решить задачи об удвоении куба и разделении угла на три части. Его главнейшие ученики были весьма искусные геометры. Аполлоний Пергский, автор трактата О конических сечениях, был между первыми ораторами, философами, поэтами и музыкантами своего времени. В новые времена Декарт и Лейбниц занялись математикой поздно и, так сказать, мимоходом, и, тем не менее, Декарт открыл ученую теорию приложения алгебры к геометрии, а Лейбниц оспаривал у Ньютона изобретение дифференциального счисления. Чистая специальность может привести только к открытию какой-нибудь подробности, потому что плодоносные теории и великие открытия требуют совокупного знания наук ради сближения идей и фактов, добытых различными отраслями человеческого знания.

Засим мы можем перейти к рассмотрению сочинений Феофраста.

Обзор этот, впрочем, будет короток. Время уничтожило почти все сочинения знаменитого лесбосского энциклопедиста.

От всех сочинений Феофраста по физике, философии и истории остались только отрывки. Таковы отрывки, по коим весьма трудно составить понятие о целом, отрывки, которые переводились и комментировались несколько столетий под заглавием Характеры.

От множества научных сочинений Феофраста остались также только отрывки. От Истории растений до нас дошло только девять книг и часть десятой. Также сохранились шесть первых книг трактата О причинах растительности, а их считалось восемь; наконец несколько отрывков о физических науках.

Книга О характерах, сколь она ни неполна, ибо осталось только несколько глав целого сочинения, довольно известна. Приведем мнение о ней Лабрюера, изложенное в его Речи о Феофрасте:

«Феофраст, – говорит Лабрюер, – почерпнул свой трактат О характерах в Ифике и Большой Ифике Аристотеля, которого он был учеником. Прекрасные определения, находящиеся в начале каждой главы, основаны на мыслях и началах этого великого философа, и основа описанных характеров почерпнута из того же источника. Правда, он делает их совершенно своеобразными, распространяя их и выводя из них остроумную сатиру, против пороков греков и особенно афинян.

Эту книгу, впрочем, должно рассматривать только за начало более обширного сочинения, предпринятого Феофрастом. Целью философа, как явствует из предисловия, было очертить все добродетели и пороки.

Итак, это сочинение есть только отрывок, но все-таки это драгоценный остаток древности и памятник живости ума и твердости суждений Феофраста. В самом деле, его всегда считали образцовым в своем роде сочинением; нигде так ясно не виден аттический вкус, нигде так не блещет греческое изящество, как в этой, прозванной золотою, книге. Ученые, замечая разнообразие очерченных в ней нравов и ту наивность, с какою изображены все характеры, и далее сравнивая ее с книгой поэта Менандра, ученика Феофрастова, бывшего образцом для Теренция, которому столь удачно подражали в наши дни, признали это небольшое сочинение за первичный источник комического; разумеется, того комического, которое очищено от острот, сальностей, двусмысленностей, которое взято из природы и заставляет смеяться мудрых и добродетельных».

Перейдем теперь к научным сочинениям того же писателя.

Система физиологии растений и ботаническое учение Феофраста были изложены в труде, составляющем часть Записок парижского Линнеевского общества[83], и в сочинении Капа под заглавием Нistoire de la pharmacie et de la matière medicale[84].

Феофраст положил правила для наблюдения и опыта в ботанике; он произвел совершенный переворот в этой отрасли знаний. При основании новейшей классификации многое заимствовано у него без указания источников. Подобно Аристотелю, Феофраст в общих и существенных свойствах растений находит соотношения с системой, управляющей жизнью животных. Он говорит, что относительно организации, развития, питания и воспроизведения животных