Паутина магии 5. Убийца архимагов - Дмитрий Геннадьевич Мазуров

— А если он поймёт, что это ловушка? — спросил Шей, и в его голосе послышалась тревога. — Если он ожидает подвох?

— Тогда нам придётся импровизировать, — ответил я. — Но вряд ли. Он слишком самоуверен. Он думает, что я прячусь. Что я боюсь его. Он не поверит, что я могу устроить ему западню. А даже если и поверит, будет абсолютно уверен в своей неуязвимости. Всё же он архимаг…

— А архимаги тоже смертны — кивнул Шей.

Шей не стал спорить. Он знал, что я прав — Вэнс был слишком горд, чтобы подозревать меня в такой дерзости.

— Что с остальными? — спросил он, меняя тему.

— Астрид и Ренар будут ждать в лесу. Они отсекут сопровождающих, если Вэнс кого-то возьмёт с собой. Тишина будет со мной. Остальные наши люди перекроют дорогу, чтобы никто не ушёл.

— Хорошо, — кивнул Шей. — Я подготовлю всё к утру.

Он поднялся, но я остановил его.

— Шей.

— Да?

— Если что-то пойдёт не так, — сказал я, глядя ему прямо в глаза, — если я не вернусь, ты знаешь, что делать. Забирай всех, кто остался, и уходи в подполье. Не пытайся мстить. Не пытайся спасать меня. Просто исчезни. Гильдия важнее одного человека.

Шей замер. Его лицо побледнело, а пальцы сжались в кулаки.

— Не говори так, — сказал он, и его голос дрогнул. — Ты вернёшься. Ты всегда возвращаешься.

— Обещай мне, — настаивал я. — Если я не вернусь, ты уйдёшь. Ты сохранишь Гильдию. Это важнее всего.

Он молчал несколько секунд, затем медленно кивнул.

— Обещаю, — сказал он, и в его голосе послышалась боль. — Но ты вернёшься. Иначе я никогда тебе этого не прощу.

Я усмехнулся, чувствуя, как напряжение немного отпускает.

— Договорились.

Но Шей не ушёл. Он стоял, глядя на меня, и в его глазах я видел что-то, чего не замечал раньше — сомнение. Настоящее, глубокое сомнение.

— Фауст, — сказал он, и его голос был тихим. — Я должен сказать тебе кое-что. То, о чём я думал последние дни, но не решался произнести вслух.

— Говори.

— Это безумие, — сказал он, и в его голосе послышалась боль. — То, что ты собираешься сделать — это чистое безумие. Ты идёшь в бой против архимага. Против Вальдемара Вэнса, человека, который пережил века.

Я молчал, давая ему выговориться.

— Ты не Кроу, — продолжил Шей, и его голос дрогнул. — Ты силён. Очень силён. Но ты не архимаг. Ты не можешь сравниться с Вэнсом в прямой схватке. Он раздавит тебя. Он просто раздавит тебя, и всё, что мы построили, рухнет.

— Знаю, — ответил я, и мой голос был спокойным. — Я всё это знаю.

— Тогда зачем? — Шей подался вперёд, и в его глазах горела боль. — Зачем ты идёшь на верную смерть? Мы могли бы найти другой способ. Мы могли бы отравить его. Подослать убийц. Скомпрометировать. Но ты выбрал самый опасный путь.

— Потому что другого пути нет, — ответил я, глядя ему прямо в глаза. — Вэнс — архимаг. Он не умрёт от яда. Он не попадётся на убийц. Его нельзя скомпрометировать, потому что он никого не боится. Единственный способ уничтожить его — заманить в ловушку и убить своими руками. И для этого мне нужно быть там. Лично.

— Но ты не сможешь его убить, — возразил Шей. — Он сильнее тебя. Намного сильнее.

— В прямой схватке — да, — согласился я. — Но я не собираюсь сражаться по его правилам. У меня есть план.

Шей смотрел на меня долгим взглядом. В его глазах боролись страх и надежда.

Я подошёл к столу и развернул карту форта. На ней были отмечены позиции наших людей, пути подхода, места засад. И в центре — небольшая область, которую я отметил красным.

— Я уже всё подготовил, — сказал я, проводя пальцем по стенам. — Это смертельная ловушка даже для архимага. Когда Вэнс войдёт внутрь, он окажется в замкнутом пространстве. Я активирую артефакты, которые лишат его преимущества. Он не сможет использовать всю свою силу.

— Никогда не слышал, чтобы можно было ограничить силу архимага, — покачал головой Шей.

— Это разработки Кроу, — ответил я. — И я тоже помогал ему. Он обучал меня тому, как работают архимаги. Как они используют ману. Как видят мир. И я знаю их слабое место.

— Какое?

— Они привыкли, что их сила абсолютна, — сказал я, и в моём голосе появилась сталь. — Они привыкли, что никто не может им противостоять, кроме равных им. Они не ожидают, что кто-то сможет лишить их преимущества.

Шей молчал. Я видел, как он переваривает мои слова, как взвешивает риски. Наконец он медленно кивнул.

— Ты уверен, что это сработает? — спросил он, и в его голосе уже не было сомнения — только усталая покорность.

— Нет, — честно ответил я. — Но это единственный шанс. И я собираюсь его использовать.

Шей вздохнул и поднялся.

— Хорошо, — сказал он. — Я подготовлю всё к утру. Но помни — если ты не вернёшься, я никогда тебе этого не прощу.

— Договорились, — ответил я, и в моём голосе не было сомнений.

Шей вышел, оставляя меня одного. Я снова посмотрел на карту, чувствуя, как внутри разгорается то самое чувство, которое я знал слишком хорошо — предвкушение боя. Это была опасная игра, но у нас не было выбора. Вэнс должен был умереть.

Вечером ко мне пришла Астрид. Я сидел в своей комнате, проверяя клинки, когда услышал стук в дверь. Она вошла без приглашения, как всегда, и её лицо было задумчивым.

— Шей сказал, что ты готовишь ловушку для Вэнса, — сказала она, садясь в кресло напротив. — И что ты собираешься быть приманкой.

— Да, — ответил я, не отрываясь от клинков. — Это единственный способ.

— Это опасно, — сказала она, и в её голосе послышалась тревога. — Вэнс — архимаг. Даже если мы устроим ловушку, он может уничтожить нас всех.

— Может, — согласился я. — Но у нас нет выбора. Пока он жив, Гильдия не будет в безопасности. И ты это знаешь лучше, чем кто-либо.

Астрид молчала. Я видел, как её пальцы сжимают край платья, как она борется с собой. Она ненавидела Вэнса. Но она также боялась за меня. И это было неожиданно.

— Ты не должен рисковать собой, — сказала она наконец. — Ты — глава Гильдии. Если ты погибнешь, всё, что мы построили,