Важность знаний - Хайдарали Мирзоевич Усманов

несли сети, гарпуны, длинные арбалеты с болтами, обработанными ядом, и специальные сосуды для хранения духовного ядра. Их целью было лесное озеро в глубине Древнего леса. То самое место, где, по донесениям разведчиков, обитала Древняя Горная обезьяна. Это существо было не просто зверем. Поговаривали, что его рост превосходил три человеческих роста, а тело было покрыто костяными пластинами, наслоившимися друг на друга, словно каменные глыбы, вырастающие прямо из плоти. Эти пластины не просто защищали — они накапливали духовную силу Стихии Земли. Каждый удар такого зверя был подобен падению валуна с горной вершины. Но истинной целью был не панцирь, не клыки и не сухожилия, из которых кузнецы могли бы выковать оружие.

Они пришли за ядром зверя. Духовное ядро Горной обезьяны, впитавшее в себя столетия, а может и тысячелетия энергии Стихии Земли, стоило целого состояния. Оно могло стать основой для прорыва на новую ступень культивации. Или усилить защитный массив клана. Или послужить сердцем редкого артефакта. Сун Ляньчжоу всё просчитал. Но лес… Древний лес просчитать было просто невозможно.

Первый крик раздался спустя всего час пути. Один из охотников, молодой парень по имени Юй Фан, резко вскрикнул и выронил арбалет. Его рука дёрнулась, будто её обожгло раскалённым железом. На тыльной стороне ладони, которой он панически размахивал, быстро вздувалась чёрная припухлость.

— Насекомые! Берегитесь! — прошипел он, пытаясь стряхнуть что-то невидимое.

Но это было не обычное насекомое. Сун Мэйлин мгновенно оказалась рядом. Её пальцы, окутанные тонкой голубоватой дымкой духовной энергии, сжали запястье охотника.

— Не двигайся.

Из кожи, прямо из центра опухоли, медленно выползло существо размером с ноготь. Оно напоминало жука, но его панцирь был полупрозрачным, а внутри, как в крошечном сосуде, клубилась тёмная энергия. Сун Кай среагировал мгновенно — наконечник копья вспыхнул, и тонкая струя пламени испепелила насекомое.

Но уже было слишком поздно. Чёрная припухлость начала расползаться по венам, словно чернила в воде. Вены на руке Юй Фана потемнели, и кожа покрылась сеткой тёмных линий. Сун Чжэнь опустился рядом, положил ладонь на плечо юноши и направил в него плотный поток духовной энергии Стихии Земли, пытаясь вытеснить из его тела яд. И, после его усилий, из раны потекла густая, почти чёрная кровь.

— Это не обычный яд. — Тихо произнёс старик. — В нём есть духовная составляющая.

Сун Ляньчжоу нахмурился, но приказал продолжать путь. Одного пострадавшего можно было нести. Однако это было лишь начало. Спустя ещё полчаса два охотника закричали почти одновременно. Один схватился за шею — крошечные крылатые твари, едва заметные в тумане, впились в кожу под воротником. Второй упал на колени, а его лицо практически мгновенно покрылось волдырями. И снова — чёрные прожилки под кожей. Мэйлин подняла ладонь, и вокруг отряда развернулся тонкий барьер водной энергии. Он мерцал, отталкивая мелких насекомых, но это требовало постоянной концентрации.

— Лес напитан чьей-то волей… — произнесла она, не отрывая взгляда от окружающих кустов. — Здесь действительно обитает кто-то очень сильный…

И тогда случилось ещё хуже. Один из воинов, продвигаясь вперёд, оттолкнул ветвь невысокого куста с мелкими белыми цветами. Ветвь выглядела безобидной — нежной, и даже хрупкой. Но в следующий миг раздался глухой щелчок. Изнутри ветви выстрелили тончайшие, почти невидимые шипы — длинные, как иглы, с прозрачными кончиками. Три шипа впились в бедро и живот воина, пробив не только одежду, но даже кожаный нагрудник. Пострадавший даже не сразу понял, что именно с ним произошло. Только спустя несколько вдохов его ноги подкосились. Кожа вокруг ран начала сереть, словно каменея. Сун Кай рассёк куст одним ударом копья. Срезанные ветви ещё некоторое время подрагивали, и из их срезов сочилась мутная жидкость. Сун Чжэнь вырвал шипы из тела раненого. Кончики игл были полыми — яд уже ушёл в кровь. Вены на теле воина начали вздуваться, а все его мышцы сводило судорогой.

— Это паралитический яд с элементом Стихии Земли. — Сказал старик. — Он блокирует циркуляцию ци, и разлагает плоть.

Сун Ляньчжоу впервые почувствовал холодок раздражения. Этот проклятый лес словно испытывал их. К полудню пятеро охотников и двое воинов уже не могли идти самостоятельно. Укусы, шипы, скрытые в мху мелкие жала, которые впивались в стопы через подошвы сапог — всё это происходило слишком систематично.

Это не было хаосом. Это было предупреждение. Мастера — культиваторы Дао Цзы усилили защиту, их ауры развернулись шире, подавляя мелких тварей. Но чем глубже они заходили, тем гуще становился туман, тем тяжелее — воздух.

В какой-то момент Сун Ляньчжоу остановился. Перед ними открывалась просека, за которой начиналось понижение рельефа — туда, где, по расчётам, находилось лесное озеро. Оттуда тянуло холодом. Не обычной прохладой воды. А тяжёлым, каменным дыханием чего-то, что наблюдало.

Глава клана Сун немного нервно сжал рукоять меча. Он понял, что в данном месте та самая Древняя Горная обезьяна — не единственная угроза. И что, возможно, они уже вошли в пределы территории существа, которое не нуждалось в грубой силе, чтобы ослабить врага. Лес работал за него.

А впереди, в тумане, раздался едва слышный глухой удар — будто огромная ладонь опустилась на камень. И земля под ногами мастеров Дао Цзы едва заметно содрогнулась. Они остановились на границе понижения, где почва из мягкой лесной подстилки постепенно переходила в плотный, утрамбованный временем ил. Сун Ляньчжоу медленно поднял руку. И отряд охотников тут же замер на месте. Даже раненые, которых поддерживали под руки, перестали стонать. В Древнем лесу каждый звук был опасным врагом. Здесь каждое неосторожное движение отзывалось шорохом, который мог разнестись слишком далеко.

Сун Мэйлин шагнула вперёд первой. Её ладони мягко скользнули по воздуху, и вокруг ближайших воинов опустилась тонкая, почти невидимая влага — покров водной ци. Он приглушал запахи крови и человеческого пота, скрадывал тепло тел, смягчал трение ткани о ткань.

Сун Чжэнь опустился на одно колено и приложил ладонь к земле. Глаза его закрылись. Плотная энергия земли медленно растеклась от него кругами, уходя вперёд, в сторону озера. Старик не вторгался — он слушал. Он искал отзвук. Ритм. Тяжесть. И услышал. Медленный, редкий гул. Не звук. Не дыхание.

Словно под толщей земли с равными интервалами оседала многотонная масса. Сун Кай, стоявший чуть позади, аккуратно перевёл копьё в горизонтальное положение, чтобы наконечник не цеплялся за ветви. Он глубоко втянул воздух через нос и начал замедлять дыхание — вдох на шесть ударов сердца, пауза, выдох на восемь. Его внутренний огонь не должен