На северо-западных рубежах. Противостояние с Финляндией и Эстонией. 1917-1956 - Михаил Юрьевич Васьков

Белоэстонцы (пожалуй, лучше называть противостоящую сторону так – и по сложившейся исторической традиции, и по сути, да и нарукавные повязки и ленты поперек папах и сами папахи у белоэстонцев и белофиннов, у белоказаков и т. п. были белые, в отличие от красных лент у красных) в качестве контраргумента привели гораздо более весомые цифры. Проведя буквально за две недели сначала добровольный набор, а потом и мобилизацию, они смогли довести численность ЭНА до 75 тысяч штыков, прибавим сюда и 14-тысячное ополчение «Союза обороны» («Kaitseliit») (нечто среднее между финским «Шюцкором» и советским Осавиахимом-ДОСААФ). Когда был школьником, удивлялся, откуда набралось столько народа? Как это эстонские крестьяне пошли защищать интересы «эксплуататорских классов»? Советские учебники ответа на это не давали…

Всё оказалось довольно просто, как три царские медные копейки: Эстонское Временное правительство пообещало всем вступившим в ЭНА крестьянам землю, при проведении последующей за победой земельной реформы! Умно! Вместо идей гипотетического «светлого будущего», «свободы, равенства и братства» в «единой семье народов Земли», предлагались совершенно конкретные земельные наделы, которые намеревались (и сделали потом это!) экспроприировать у остзейских баронов-помещиков!

На стороне эстонского «буржуазного» (читай – «белого») правительства сражались также финские, шведские и датские добровольцы общим числом до 3–4 тыс. человек, немало этнических русских, особенно жителей Причудья, Принаровья и Сетумаа – Печорского края (Петсеримаа), не желавших жить под властью большевиков. Хотя Антанта впрямую (несмотря, кстати, на запрос Ревеля-Таллина) свои войска посылать в Эстонию не стала, но, как мы помним, в полной мере поддержала новообразованное государство. Королевский ВМФ Великобритании, в частности, обеспечивал прикрытие прибрежных операций белоэстонцев корабельной артиллерией и даже высаживал десанты в тыл красноармейцам! Командующий английской эскадрой адмирал Синклер взял на себя и координацию всеми боевыми операциями, проводимыми ЭНА.

В результате, в январе 1919 года белоэстонцы перешли в контрнаступление по всему фронту, и к 24 февраля, то есть к первой годовщине самопровозглашения, получивший к тому времени чин генерал-майора Лайдонер доложил руководству республики о том, что вся ее территория де очищена от противника. Это, конечно, было преувеличением (во все времена и везде, получается, начальству докладывают то, что оно хочет слышать…), поскольку, пусть и небольшие, но целые очаги сопротивления красных эстонцев еще сохранялись. В частности, на юге Эстонии почти до конца мая. Хотя, в принципе, общей картины это не меняло. Белые в Эстонии победили красных…

Не обошлось и без белого террора. По оценкам советских историков, было убито до 2000 пленных красных и сочувствовавших им мирных жителей. Отмечалось, в т. ч. и западными исследователями, что особо зверствовали финские добровольцы, которые имели с Гражданской войны в Финляндии свои счеты с красными. Косвенным свидетельством тому прозвище, которые, вслед за красными финнами, дали белофинским «специалистам» даже просто нейтральные эстонские обыватели – «лахтари» (рус. – «мясники»). Остается только добавить, что окончательно красные эстонцы были выбиты с территории провозглашенной ЭР к началу июня 1919 года. 5 июня Совет Эстляндской Трудовой Коммуны в этой связи объявил о самороспуске.

Между тем в апреле 1919 года в Эстонии прошли выборы в местное Учредительное собрание, которое подтвердило обещание Эстонского Временного правительства на землю ветеранам и приступило к изъятию поместий, земельных угодий и лесов у остзейских баронов. Это вызвало воодушевление в обществе. В результате, численность ЭНА увеличилась до 86 тысяч штыков, а в «Кайтселийт» записалось аж под 100 тысяч человек!

Перенесемся чуть южнее. Здесь красная группировка, наступавшая на Лифляндию, оказалась более успешной, чем группировка, наступавшая на Эстляндию. Подразделения РККА, которые, напомним, большей частью состояли из красных латышских стрелков, 3–4 января 1919 года даже взяли Ригу, установив номинально провозглашенную еще 4 декабря 1918 года советскую власть в виде Латвийской Советской Социалистической Республики.

Однако лидер тамошних красных, предсовнаркома ЛССР Петерис Стучка не решился раздать конфискованные у немцев земли в частные руки и стал организовывать вместо этого… совхозы, к чему местное население явно не было готово. Это вызвало уныние и у чрезвычайно ожидавших получения своих наделов латышских красных стрелков. Боевой дух и боеспособность их упала, чем не преминул воспользоваться остзейский Ландесвер. 22 мая 1919 года ландесверовцы (за помощью к ним, к слову, обратилось белолатышское Временное правительство во главе с Карлисом Ульманисом, существовавшее параллельно с СНК ЛССР), отбили у красных Ригу, натурально вырезал там после этого сторонников советской власти, и вскоре выдавили из большей части Латвии остальные подразделения РККА.

Отвоевав свои, как считали остзейские немцы, земли в Курляндии и Лифляндии, они повели наступление на Эстляндию-Эстонию, стремясь также вернуть конфискованные поместья и угодья. Бои между Ландесвером и ЭНА шли в мае – июне 1919 года, и завершились победой эстонских национальных частей, обладавших, надо отметить, значительным численным перевесом. Окончательно остзейские немцы были разбиты 23 июня в ходе сражения у ныне латышского города Цессис (эст. назв. Вынну).

С тех пор именно эта дата стала праздноваться в независимой Эстонии как День Победы, что в первой республике, что во второй. (Любопытно, что праздник был установлен все-таки не в честь какой-нибудь победы над эстонскими красногвардейцами или русскими красноармейцами, а именно над немцами, «железными людьми» – вековечными врагами эстов…) После разгрома под Цессисом беспорядочно отступавших ландесверовцев гнали аж до самой Риги. От физического уничтожения их спасло лишь вмешательство Антанты. Белоэстонцам и также белолатышам, разорвавшим союз и начавшим сражаться с Ландесвером, дали указание (напомним, британский Королевский ВМФ стоял и на рижском рейде) остудить победный пыл. Но и остзейцам никакого Балтийского герцогства уже было не видать – из Курляндии, Латгалии и южной части Лифляндии слепили государственное новообразование – буржуазную Латвийскую Республику «демократического» толка. Впрочем, что там происходило в дальнейшем, не является предметом нашего маленького исследования.

…На Советском фронте ЭНА участвовала весной – летом и осенью 1919 года в двух наступлениях Северо-Западной армии генерала Юденича на Петроград (см. выше). Нам, в контексте характеристики Лайдонера, пожалуй, интересен тот факт, что эстонский главком в обоих случаях, поддержав русских белогвардейцев несколькими дивизиями, одновременно отдал своим подчиненным приказ далее Ямбурга и Пскова «не ходить». Непосредственно во взятии Петрограда белоэстонцам было разрешено участвовать только в случае признания русскими белыми независимости Эстонии…

Все перипетии той военной кампании мы уже разобрали в предыдущих главах. Поэтому отметим лишь, что военно-политическое противостояние Ревеля-Таллина и Москвы окончилось 2 февраля 1920 года компромиссным, но взаимовыгодным Юрьевским (Тартуским) мирным договором. Получивший свою порцию славы герой нашего очерка Йохан Лайдонер в марте стал генерал-лейтенантом, после чего буквально сразу же подал