Сердце Молнии - Йона

То ли от тихого участия в её голосе, то ли от прямоты, Оин почувствовал, как внутри что-то болезненно шевельнулось. Он прикрыл ладонью кулон на груди, словно Рэйна могла разглядеть за ним зияющую пустоту.

— Прошлое, — сказал он и отвёл взгляд.

Рэйна кивнула. Без жалости в глазах, скорее с пониманием. Она сама потеряла брата.

— Расскажи мне про неё. Про свою мать.

Оин замер.

— И рад бы, — сказал он после паузы. — Но без теневой это невыносимо.

— Может, потому что ты вспоминаешь только плохое?

— Может, — он слабо улыбнулся, глядя на высаженные под окнами орхидеи. — Знаешь… иногда мне кажется, что я так и не выбрался из того дома.

Он сразу пожалел о сказанном, ощутив себя как-то по-детски. Слабаком. Столько лет прошло, а он всё топтался на одном месте, не способный перелистнуть ту старую страницу жизни.

Пока Рэйна молчала, дождь громче зашуршал по земле и карнизам.

— Расскажи мне, — наконец произнесла она.

Оин медленно выдохнул. И вдруг подумал, что может поделиться с ней. Что-то подстегнуло его. Возможно, эль или её мягкое требование в её голосе.

И он рассказал ей о матери. О том, как всё случилось. Как он потерял её.

Впервые, произнеся это вслух.

Глава 15. Испытание

Оин уронил голову на стойку администрации, ожидая, пока немолодая женщина в окне подготовит для него документы. Время поджимало, но он был бессилен что-либо поделать.

Наконец, раздался глухой стук печати.

— Держите, господин Сприт.

Администратор пихнула ему под локоть заверенные копии и бланк для допуска на экзамен, требующий заполнения. Тяжело оторвав голову от локтя, Оин взял бумаги.

— Также вам потребуются: свиток для заклинаний, конверт с тестовыми заданиями, люксаровые чернила, перо и намиды, — отчеканила женщина.

— И где мне всё это взять? — хрипло поинтересовался он.

— В аудитории, разумеется. С вас четыре лури.

— Какой-то грабёж, — проворчал он, копошась в кармане.

Женщина поджала губы, так что подтянулись жилы на шее, туго стянутой серой манишкой, и всерьёз завела речь о налогах. Спеша отделаться от лекции, Оин вывалил на стойку монеты, схватил чек, бумаги и направился к аудиториям.

Академия Чёрного Тиса располагалась в пределах Пеоны, но казалась отдельным городом, протянувшим к небу свои острые шпили и угловатые башни. Центральный портал, ведущий из главного корпуса к остальным кампусам, украшала крупная надпись, выбитая в камне: «Корни знаний уходят глубже тьмы веков и открываются лишь тем, кто осмелится возжелать пламени истины». Она забавляла Оина, поскольку академия вплоть до начала прошлого века оставалась закрытым клубом для одной группы привилегированных лиц. Конечно же — мару. Нао к учёбе долго не допускались. Считалось, что простой человек не способен постичь всех тонкостей обращения с магическими материями. Так продолжалось ровно до тех пор, пока Ардагар, соседнее к югу государство, не преуспел в изучении айнских трактатов и не вернул миру магию, доступную не по крови, а по умению. Ивейской элите ничего не оставалось, как приспособиться к современным реалиям, чтобы королевство не отстало от прогресса.

Массивная арка вывела Оина в просторный внутренний двор с идеально ровным газоном, до боли слепившим на ярком солнце. Снаружи стоял первый по-настоящему жаркий день щедрого сезона, накрыв город спрессованной духотой. Оин сразу взмок, ощущая, как горло саднит от сухости. Идея заливать проблемы элем, не казалась теперь столь удачной. Голова после ночи в питейной трещала так, будто сам Гром, бог-любимец всех истарцев, приложил к ней свой могучий молот. Даже гадкий эликсир, которым Дэйзи отчаянно отпаивала его с утра, не смог унять хмельную тяжесть. Зато избавил его от позорного синяка.

В тени колоннады неподалёку располагался питьевой фонтанчик. Оин проследовал прямиком к нему, потеснив группку магистрантов, и припал к слабой струйке воды, втягивая её, как иссохший сорняк. Живительная прохлада стекала по горлу, смывая с нёба остатки вчерашней горечи.

— Глазам не верю! — мелодичный голос, прозвучавший над ухом, вызвал у Оина оторопь.

Он утёр рот, выпрямился и тут же столкнулся взглядом с одной из магистранток — стройной девушкой, с длинными гладкими волосами и изогнутыми ресницами. Каждая черта её была идеально выверена. Как окрас ядовитой змеи.

— Давно не виделись, Оин, — на лице Дэллы растянулась хищная улыбка. — И каким клятым ветром тебя сюда занесло?

— Вот уж точно — клятым, — отозвался он и поводил глазами у неё за спиной в поисках её приятеля Рэнмара. К счастью, того не оказалось поблизости.

Меньше всего он желал в этот день попасть в сети Дэллы Шарк, своей бывшей сокурсницы и неудачного любовного интереса, чтобы она вот так разглядывала его с ног до головы, словно экспонат на выставке уродств. Заметь он её чуть раньше, обошёл бы за милю, пусть это и сулило бы ему смерть от жажды.

Группа магистрантов с начищенными до блеска шевронами, в одинаковых сизых мантиях, метущих полами землю, обратила на них внимание и обступила со всех сторон подобно стае бесшумных морских та́машей. Только вместо щупалец жалили они любопытством. Оин отметил парочку знакомых лиц.

— Это что — Сприт? — подал голос Лойг — высокомерный выскочка с соломой вместо волос. — Пришёл поглазеть на преуспевающих заклинателей?

Он небрежно повёл рукой, вызвав в воздухе тонкое кольцо послушного пламени в дешёвой демонстрации превосходства, и отправил его прямиком к Оину, заставив пламя угаснуть лишь в опасной близости от его лица. Магистранты за его спиной усмехнулись.

Оин не повёл бровью.

— Ты удивишься, но в этот раз я решил пополнить ряды, — сказал он и невозмутимо указал на свой потёртый шеврон на оттянутом кармане рубашки.

Лойг гнусно осклабился:

— Не слышал, чтобы в академии был курс для крысоловов.

Толпа вокруг оценила его остроумие — в воздухе раздались неприятные смешки и фырканье. Оин покрепче взялся за ремень сумки, перекинутой через плечо, полагая, что будет идиотизмом снова вылететь из академии за чей-то разбитый нос, так и не дойдя до экзамена.

— Ты у нас тут знаменитость, в курсе? — подхватила Делла. — Мы зачитывались статьями, пока шёл твой амбарный суд. Шедевральные заголовки! «Очистим грязь под ногтями Пеоны!» или «Из Тени — в Суд, из Суда — в ничто!» — с выражением процитировала она, не отводя от Оина гипнотического взгляда.

Он устало усмехнулся:

— Как лестно, Дел, что ты помнишь их наизусть.

Почувствовав давление в висках, лёгкое и знакомое, он с удивлением обнаружил, что она пытается влезть ему в голову, как любила делать раньше. Что ей там понадобилось? Подогреть его стыд или