Любовь великих. Истории знаменитых пар - Наталья Ярошенко

В октябре 1950 года на лекции в Барселоне Дали сделал сенсационное заявление, что отныне он исповедует католический мистицизм и считает, что художники должны обратить свой взгляд вспять, к традициям Веласкеса. В конце выступления для наглядности Сальвадор достал двузубую вилку и, манерно показывая на один ее зуб, торжественно произнес: «Это Дали 20-х годов. Бунтарь и богохульник». Затем он многозначительно указал на второй зуб вилки и медленно изрек: «А это я нынешний. Католик и мистик».

Возникает вопрос: как Гала относилась к таким радикальным изменениям взглядов мужа? Все очень просто: она их будто не замечала. Жена как никто понимала психическое состояние мужа и для того, чтобы нервные срывы и эмоционально изменчивые взгляды не мешали зарабатыванию денег, умело подстраивалась под его безумие. Когда необходимо было заставить его трудиться, Гала, как строгая мама, жестко приказывала, а в другое время лаской выводила его из приступов. Неизменным было лишь одно: она постоянно внушала нуждающемуся в поддержке супругу, что он самый талантливый и самый потрясающий художник в мире.

Если бы на жизненном пути Сальвадора не встретилась умная и циничная муза, идеально сумевшая сочетать функции психолога и арт-менеджера, возможно, он и стал бы ярким художником, но рано завершил свою жизнь в психиатрической клинике.

Почти все психотерапевты, тщательно изучающие поведение Дали, диагностировали у него серьезные психические расстройства, такие как склонность к аутоэротическим фантазиям и параноидальным галлюцинациям, некоторые специалисты даже характеризовали его как полиморфного извращенца. Гала, скорее всего, сознательно манипулировала поведением мужа и делала это с очень тонкой подстройкой к его необычной психике. Странные выходки Дали и фантасмагоричные картины приносили семье очень солидный доход, поэтому не было смысла направлять свои силы на его излечение и вообще что-то радикально менять.

Под влиянием Галы приоритеты Дали сместились от поисков новых форм в искусстве к откровенному добыванию денег любой ценой. Художник даже начал продавать пустые листы со своей подписью, ничуть не беспокоясь о моральной стороне предприятия. Сегодня эта его коммерческая акция создает большие проблемы коллекционерам, тщетно пытающимся определить подлинность работ. «Я люблю начинать день с получения 20 тысяч долларов», — цинично бросал художник тем, кто задавал неудобные вопросы об этической стороне такого рода поступков.

Однажды Сальвадор за десять тысяч долларов продал жене Джона Леннона, Йоко Оно, несколько сухих травинок под видом волосинок от своих знаменитых усов, которые провозгласил антеннами, устремленными в космос. Жажду к деньгам он ничуть не скрывал — напротив, любил шокировать публику своими высказываниями на этот счет. На первом месте в его кодексе, адресованном художникам, он поставил такое изречение: «Художник предпочитает бедности богатство — поэтому научи свою кисть рождать золотые и драгоценные камни». Его коммерческая креативность распространялась и на оплату счетов в ресторанах, то есть он не оплачивал их, а ставил на них свою знаменитую подпись. Если сумма была солидной, то иногда переворачивал чек и писал на оборотной стороне несколько благодарственных слов заведению или владельцу, чем приводил кредитора в неописуемый восторг.

Всю свою жизнь Дали превратил в сплошной клоунский спектакль: сквозь чащу его парадоксальных высказываний и придуманных историй невозможно увидеть Дали-человека и понять его истинные мысли. Он настолько заигрался в свой эпатажный, придуманный его буйной фантазией образ, что панически боялся оставаться в одиночестве. Ему постоянно необходима была либо Гала, либо шумящая толпа. Когда Дали вдруг оказывался один на улицах Нью-Йорка, то, если он не замечал на себе взглядов окружающих, начинал яростно звонить в колокольчик, который носил с собой. Для привлечения к себе внимания он завел огромного муравьеда и ходил гулять с ним.

Однажды прохожий спросил его:

— Вы чокнутый?

— Почему сразу чокнутый? Обычный сумасшедший, — с гордостью ответил ему художник.

Его сумасшедшинка была в определенной степени вещью весьма удобной. С одной стороны, такое поведение как бы давало индульгенцию от греховных высказываний и неблаговидных поступков, с другой — привлекало внимание публики, которой часто все равно, что она потребляет — бургер или искусство. Главное, чтобы вкус был яркий и мишуры вокруг побольше.

Подведем итоги: в детстве Сальвадор мечтал быть кухаркой, повзрослев, захотел стать Наполеоном, а затем решил, что не желает ни на кого быть похожим, и превратился в странного и великого, смешного и трагичного Сальвадора Дали.

Владимир Маяковский

Его называют голосом революции, поэтом-футуристом, чье творчество взорвало традиционное представление о стихе и слове. Родившийся в маленьком грузинском селе Багдади в 1893 году, этот мальчик привнес в русскую поэзию неистовый ритм нового времени. Маяковский не просто сочинял стихи, он конструировал язык будущего, ковал неологизмы и обжигал метафорами.

Его жизнь и творчество были безраздельно подчинены одной-единственной женщине — «музе русского авангарда» Лиле Брик. Она стала его вселенной, счастьем, болью и вдохновением. Практически вся лирика поэта — это один гигантский страстный монолог, обращенный к ней. В своих стихах он заявлял на весь мир: «Кроме любви твоей, мне нету моря».

К концу 1920-х годов талантливый бунтарь, обласканный государством, столкнулся с глухой стеной непонимания. Его благополучный мир стал рушиться под грузом творческого и душевного кризиса. 14 апреля 1930 года в знаменитой «комнате-лодочке» на Лубянке прозвучал выстрел, поставивший точку в жизни одного из величайших поэтов XX века.

…Странные картины Сальвадора Дали одних приводят в экстатический восторг, другие считают, что это вовсе не искусство, а болезненные галлюцинации одаренного плута-параноика. Но в любом случае нельзя не признать, что испанец обладал уникальной способностью обнаруживать в обыденных вещах абсолютно новое качество. «Предел тупости, — рассуждал он, — рисовать яблоко как оно есть. Нарисуй хотя бы червяка, истерзанного любовью, и пляшущую лангусту с кастаньетами, а над яблоком пускай запорхают слоны, и ты сам увидишь, что яблоко здесь лишнее».

Совершать такой головокружительный прыжок из реальности в мир воображения способны не только художники. На наших глазах вымыслы писателей-фантастов превращаются в самые привычные бытовые вещи, а парадоксальные мысли ученых о далеких галактиках — в реальные планы по созданию космических поселений.

Начало ХХ века ознаменовалось появлением взрывных идей, сопровождавшихся столь масштабными технологическими, политическими и социальными изменениями, что для их описания явно не хватало прежних понятийных выражений. Введение новшеств в лексику происходит постоянно — главным образом путем заимствования из иностранных языков тех слов, которые в родном не имеют аналогов. Слова, пришедшие из английского языка, называют англицизмами, а из французского — галлицизмами. Так, Пушкин в романе