Фаворитки судьбы императорского Китая - Юрий Николаевич Лубченков

где,среди живых ли, мертвых,на небе, на земле…»Почти ушла… И все жевдруг стала умолятьдве строчки тайной клятвымонарху передать,что в Зале Долголетья,в день семь седьмой луны,они друг другу далии не забыть должны:«Нам, птицам неразлучным,судьба одна дана,как двум ветвям на древе,сплетенным, как одна.И пусть земля и небоконечны под луной,грустить я буду вечно,пока вы не со мной»…

Преемник Сюань-цзуна и его сын Су-цзун (756–762 гг.) все свое правление занимался подавлением восстания, так перевернувшего жизнь его предшественника и отца. А его последователи на троне Танов, начиная с сына Су-цзуна Дай-цзуна, окончательно отбили попытки цзедуши на исключительную роль в политической жизни империи и организацию собственной династии.

Но то была по сути дела пиррова победа. Императоры утрачивают контроль над многими областями. Основным источником финансового благополучия двора стали налоги на соль, вино и чай. Управленческая вертикаль все более замыкалась на императорский секретариат и на фаворитов из числа евнухов (традиционный страт высших управленцев, зачастую – временщиков, обладавших – в силу специфики своего физического состояния – возможностью беспрепятственно координировать и, соответственно, манипулировать как открытой группой управленцев из числа высших чиновников, так и закрытой группой влияния, находящихся в гареме жен, матерей и наложниц императора и их ближайшего окружения, зачастую состоящего из родственников).

С рубежа 50–60-х годов IX в. набирают силу крестьянские восстания. Это было вызвано, как всегда, тем, что к этому времени земельные наделы уже окончательно перестали быть более-менее объективным инструментом налоговой политики государства. За столетия произошло кардинальное перераспределение земельных наделов в сторону аристократов и богачей с сохранением налогового бремени для крестьян, связанных по-прежнему круговой порукой в рамках своей социальной жизни. Так что податного населения становилось все меньше и меньше, налоги же с крестьянского мира оставались прежними.

В 845 году правительство даже пошло на беспрецедентные для своего, прошедших и будущих времен меры – были конфискованы земли буддийских монастырей. Буддизм переживал в данный период свой расцвет, начавшийся с эпохи царств северных племен, когда он, удачно попав в некий культурологический вакуум, вызванный в тот момент ослаблением официального конфуцианства, во многом занял его нишу.

В 874 г. разрозненные крестьянские восстания переросли в грандиозную крестьянскую войну. В 881 г. армия крестьянского лидера Хуан Чао овладела столицей. Императорский двор бежал в Сычуань.

Хуан Чао объявил себя новым императором. И хотя в 883 г. Хуан Чао был вытеснен из столицы правительственными войсками, это уже мало что изменило. Восстановленная династия Тан просуществовала лишь до 907 г., когда была свергнута Чжу Вэнем – бывшим соратником Хуан Чао, перешедшим на сторону имперского правительства.

Хуан Чао. С китайской гравюры

Чжу Вэнь – сын бедного ученого, сначала бывший батраком, потом ставший предводителем шайки то ли повстанцев, то ли просто грабителей – в свое время примкнул к Хуан Чао, стал одним из его ближайших сподвижников, но вовремя его предал. За что был назначен очередным танским императором губернатором города Кайфын.

К этому времени – как и в годы заката династий нескольких предшествующих эпох – всевластие полководцев стало вопиющим. Особенно на фоне полного бессилия императорской власти.

Поэтому не было ничего удивительного в том, что в 907 г. Чжу Вэнь, получивший за свое первое предательство особо почетное имя Цюаньчжун («Всецело Преданный»), предал еще раз.

И впервые со времен династии Хань, начавшейся с возведения на трон вожака крестьянских армий после убийства законного императора предыдущей династии, Чжу Вэнь не стал совершать изысканных движений и принимать надлежащих ритуальных поз: последний танский император не «уступил» «добровольно» свой трон узурпатору. А был просто и окончательно убит. Что позволило ряду позднейших исследователей считать факт пресечения династии Тан и способ этого пресечения концом эпохи раннего средневековья в Поднебесной.

Эпоха заканчивалась – жизнь и историческое бытие государства и людей, его населяющего, продолжались. Эти годы – до 960 г., до воцарении новой династии Сун – вошли в память народа и страны, как период «Пяти династий и Девяти царств».

Первой ласточкой среди династий и царств стало государство Ляо, основанное племенами киданей, в этническом плане близких к монголам. Государство стало именоваться таковым с 947 г., но возникло оно волей Апоки из рода Елюй, захватившего верховную власть в своем племени, с 916 года. И просуществует до 1125 г. – т. е. долгие годы спустя после воцарения династии Сун. Захватив значительную часть Северного Китая, они станут на долгие-долгие годы одним из дестабилизирующих факторов Севера (наряду с другими племенами и их династиями), которому будет противостоять более спокойный юг. Впрочем, также обогатившийся несколькими царствами и их владыками из числа героев повстанческих войн.

Державы Севера и Юга этого периода имели явно милитаристский привкус. Солдатские массы, несколько формально объединяемые в армии, смещали и назначали угодных и неугодных им командиров и правителей. Командиры интриговали и предавали. Так же вели себя в этих государствах и чиновники, «верно» служа нескольким царствующим домам подряд и бравируя своим циничным прагматизмом.

Если бы подобные события происходили где-то в другой стране, то уже давно можно было бы сделать печальный вывод, что дело идет к окончательному распаду государства. Но поскольку здесь был Китай – то было понятно, что новое объединение и новый расцвет державы не за горами.

На этот раз скромную роль героя-спасителя суждено было исполнить начальнику дворцовой стражи одного из царств – царства Позднее Чжоу – Чжао Куанъинь, объявившему себя в 960 г. императором и родоначальником новой династии Сун, в своем историческом движении достаточно просвещенной и благополучной, чтобы при ней создалось значительное количество произведений, посвященных великим красавицам и правительницам прошлого.

Эпоха империи Сун

Раздробленность и междоусобицы – как следствие ослабления и потери влияния императорской власти и кровопролитной крестьянской войны, – охватывает Китай еще с конца IX в. После падения династии Тан, с 907 по 960 г., на престоле сменяются пять династий. Их столицей был г. Кайфын. Управляли же они лишь северными районами бывшей империи.

Одновременно на территории империи существовало 8 самостоятельных государств. Одно из них – Северное Хань – располагалось на севере, а остальные – на юге.

Раздробленность страны сопровождалась и усугублялась беспрерывными войнами, приводившими к смене правительств и падению царств. Заметной властью обладали лишь военачальники. Их опорой служила армия. К концу означенного периода, вошедшего в историю как период «пяти династий и десяти царств», все больший вес приобретает дворцовая гвардия. В аппарате имперского управления до 2/3 составляли военные.

Воспользовавшись междоусобной борьбой китайских правителей в 936 г., в Китай вторглись кочевники-кидани. Они захватили 16 округов на севере страны. Неоднократно они совершали набеги и на южные районы, а в 946 г. захватили Кайфын.

К середине X в. среди сумятицы войн положение начинает несколько стабилизироваться. Страна начинает объединяться. Ядром объединения становится государство Позднее Чжоу.

Реформы, укрепившие экономическое положение и армию, позволили начать воссоединение китайских