Фаворитки судьбы императорского Китая - Юрий Николаевич Лубченков

как грибы. Старые же – не хирели, а только становились больше, многолюднее, богаче. Ремесла расцветали – здесь и сейчас появилось множество из того, что на столетия станет визитными карточками Китая: лаковые миниатюры и поделки, поделки из кости, дерева, бамбука. В это время изобретаются компас и порох, широко распространяется книгопечатание (количество оттисков с одной доски доходит по полутора тысяч – практически современный тираж).

В сельском хозяйстве, как уже отмечалось, канцлер Вань Ань-ши проводит ряд реформ, направленных, как и многие аналогичные ранее, на укрепление экономического положения крестьян-земледельцев. Заново обмеряют поля – для упорядочивания налогообложения. Строятся новые ирригационные сооружения. Введено государственное страхование под низкий процент. Создается орган, скупающий у крестьян зерно и нивелирующий его ценообразование на рынке – путем зерновых интервенций в моменты, когда спекулянты пытались задирать цены. Внедрялись специально выведенные урожайные сорта зерна; разводился завезенный из Индии хлопок.

Сменившая империю Сун Южная Сун была столь же экономически развитым государством: здесь выращивались зерно и сахарный тростник, чай и хлопок. Производились лучшие в мире изделия из фарфора и шелка, выращивался и сам этот превосходный шелк; создавались уникальные предметы из серебра, керамики, бамбука и лака.

Резкий взлет испытала и культура. Именно здесь рождается философская система, тяготеющая к вселенским категориям – неоконфуцианство, сформулированная усилиями ряда выдающихся мыслителей во главе с государственным деятелем и ученым-энциклопедистом Чжу Си (1130–1200). Систематизируя заново учение Конфуция – непосредственно его тексты и тексты его учеников – текстолог, историк и филолог Чжу Си интегрирует в него элементы даосизма и буддизма, также прошедшие достаточный путь развития с той поры, когда предпринимались первые удачные попытки создания синкретического конфуцианства, ставшего на многие века неизменной государственной идеологией и нормой общественной и частной жизни. Обращая внимание на не в полной мере разработанные классиками конфуцианства проблемы теории познания, космогонии и различных аспектов психологии, он выстраивает систему, в которой этика человеческого общежития трансформируется в категорийный аппарат вселенского бытия.

Ворота города Кайфэн. Фрагмент свитка Чжана Цзэдуаня

Неоконфуцианство стало вершиной китайской философской мысли. Новое учение стало стремительно набирать адептов и внутри страны, и за ее пределами – особенно в Японии и Корее, в которых в шестнадцатом веке оно становится официальной идеологией (в самом Китае это учение – именно в версии Чжу Си – заняло подобное место еще в 1313 году).

Новое имперское мышление находит себя не только в философских доктринах, прикладных сферах науки и ремесел, интенсификации сельского хозяйства, но и понятным образом в сферах культурного воплощения, прежде всего зрительного – в живописи.

Именно в эпоху Сун творили лучшие в истории Китая художники; объединяла их специальная Академия живописи. Здесь были теоретики живописи, мастера лирического пейзажа, художники, специализировавшиеся на изображениях птиц и цветов. Здесь достигает своего расцвета жанр монументального пейзажа, как явное воплощение грандиозности задач, стоящих перед властью.

Происходят особые процессы в поведенческой психологии населения (что могло привлечь внимание и ученых, занятых разработками новой всеобъемлющей этико-философской системы), преломлявшейся в теоретические постулаты: жители Поднебесной, всех вокруг себя видевшие всего лишь варварами, внезапно были вынуждены смириться с тем, что не просто их коренные земли завоеваны этими варварами. Но им, людям Срединного государства, еще и приходится платить этим варварам дань. Приходит понимание, что идеалы, завещанные традициями, – одно. А жизнь зачастую – весьма и весьма другое.

Как приходит и иное понимание: варвары появляются на время, Поднебесная – вечна. Что отсюда перешло от простолюдинов философам, а что – наоборот, непонятно.

Главное, что оба эти прагматические постулаты, равно присутствующие в деяниях и народа, и его управителей, позволят благополучно (в категориях глобальных процессов) пережить Китаю как цивилизации многое.

В том числе и кровавый приход монголов, основавших здесь на правах завоевателей новую державу – империю Юань.

Глава 7

Цы Си

Цы Си (1835–1908) – одна из самых известных женщин в истории Китая, императрица династии Цин. Династии, основанной завоевателями с севера, что становилось недоброй традицией истории империи этого и последующих периодов-династий.

Эпоха империи Юань

Династию Юань основал первый ее император – монгольский хан Хубилай. Хубилай (в Монголии посмертное имя Сэчэнхан, в Китае храмовое имя – Ши-Цзу) (23.IX.1215—18.II.1294) – внук Чингисхана, сын Тулуя, самый знаменитый после Чингисхана монгольский император (1264–1294).

Тулуй был самым младшим сыном Чингисхана, владельцем одного из четырех улусов Монгольской империи

Улус Тулуя состоял из пятидесяти тысяч семей, доставшихся ему после передачи Чингисханом частей Монгольской империи во владение своим сыновьям. Тулуй, как младший в семье, по обычаю был хранителем семейного очага и находился почти всегда при ставке Чингисхана.

После его смерти в 1227 г. Тулуй временно вступил во владение отцовским уделом – Халха Монголией, пока съезд монгольских князей в 1229 г. не узаконил вступление на великоханский престол третьего сына Чингисхана – Угедея.

Главной целью Хубилая при его вступлении на престол сделалось ниспровержение Сунской династии в Китае. После упорной и продолжительной борьбы Хубилай к 1271 г. овладел большей частью Китая, где основал новую династию под именем Юань («Исток мироздания»). Даже в названии династии подчеркнут вселенский характер власти новых владык Поднебесной (случайно или нет, но название денежной единицы современного Китая тоже юань, т. е. и основа бытия, и всемирность: прямо-таки классическая глобалистская политэкономия). И ведь действительно – после завоевания империя Сыновей Неба стала лишь частью великой империи монголов, империи «от моря до моря», самой великой в истории человечества. И максимально открытой для всей совокупности внешних влияний, что ранее тщательно контролировалось чиновниками Поднебесной.

Хубилай-хан. Художник Анико

Когда в 1279 г. погиб последний сунский император, Хубилай окончательно упрочил свою власть над всем Китаем, учредив свою новую столицу в Пекине.

Но до этого было еще далеко – еще надлежало свершить всю совокупность своих деяний великому Чингисхану.

Будущий великий завоеватель родился в 1155 г. в степях Монголии. Все монголы разделялись на разные рода, племена (объединение нескольких родов) и улусы (народы или союзы племен). Улусы почти всегда враждовали друг с другом. Из-за пастбищ, из-за охотничьих угодий. Просто из-за степной удали. И поэтому можно сказать, что третьим главным занятием монголов (после скотоводства и охоты) была война. Чаще – между собой. Реже, если какой-либо враг нападал на них, то против общего врага. Ради чего отдельные рода и племена на время забывали обиды, нанесенные друг другу.

Монголами с Х века называли племена, жившие от Великой Китайской стены до Байкала. Южная их часть, те, кто соприкасался с Китайской стеной, назывались китайцами, белыми татарами, а сами себя они называли онгутами. Северных монголов китайцы звали черными (или лесными) татарами.

В ХII веке в районе озер Далай-нур и Буйр-нур кочевали татары. К западу от них жил народ кереит (ими управлял Ван-хан). Еще дальше на запад – по Атайскому хребту –