Последний Паладин. Том 16 - Роман Саваровский

В отличие от обычных радостных зрителей, которые собрались по ту сторону сцены, в нашем «закулисье» стояла преимущественно напряженная атмосфера.

Причем напряженная она была с обеих сторон в равной степени.

Лишь единицы выбивались из этого общего гнетущего настроения. И одним из этих уникумов являлся Рихтер, который только что прибыл и занял место во главе своей делегации.

Одетый с иголочки, в безупречном костюме. Серебристо-золотом галстуке с эмблемой в виде скрещенных мечей и скромным значком Министерства, который больше напоминал крошечный Дворец.

Никаких вычурных перстней. Никаких витиевато украшенных осколков на груди. Ничего лишнего. Лишь необходимый минимум, но выполненный идеально.

За исключением пары внешних атрибутов и смены смокинга на серый костюм, Рихтер ничем не отличался от самого себя в роли официанта.

Я бы назвал его стиль «выделяющаяся простота». Где выделяется не внешняя оболочка, а внутренний стержень, взгляд и аура. Для неодаренного, оперирующего лишь заемной силой покойного Императора, у него просто идеальный контроль.

Впечатляет.

Увидев меня, Рихтер не отвел взгляд. Более того, правдоподобно дружелюбно улыбнулся и подошел ближе. А когда уперся в Инквизитора на своей стороне оцепления, что-то шепнул тому на ухо, и здоровяк неохотно отстранился в сторону, открывая проход дальше.

— Интересно, — хмыкнул я про себя и проделал тоже самое, после чего мы оказались с ним лицом к лицу.

Шепотки за спиной усилились. Оцепление не знало, как реагировать, напряжение за сценой выросло многократно. Ну да, интересное бы получилось шоу, если бы мы с Рихтером начали сражаться прямо здесь и сейчас.

Но это было бы как-то… не дипломатично что ли.

Со стороны зрителей и фасада сцены нас с Рихтером было не видно, а тем, кто стоял рядом по нашу сторону, и не слышно, из-за стоящего на улицах гула. Он отражался от стен и летел по улицам так громко, что расслышать друг друга можно было только криком, либо находясь буквально лицом к лицу, как мы сейчас.

Идеальные условия для приватного разговора, в максимально не приватном месте, учитывая сколько вокруг нас по факту сейчас скопилось тысяч людей.

— Странное место вы решили выбрать для капитуляции, господин председатель, — выдержав мой взгляд, спокойно произнес Рихтер и покосился на едва заметный по ту сторону улицы вертикальный тент, который возвышался над строительным забором огороженной земли бывшего Театра, — неужели близость к этому месту — это такая грубо завуалированная угроза? — наигранно сощурился он, вернув спокойный взгляд на меня.

— Нет, что вы, — с улыбкой отмахнулся я, — Можете не переживать, угрожать я предпочитаю прямо, так что будь это она, вы бы сразу узнали, господин официант.

— Ха, — усмехнулся уголками губ Рихтер, — думаете вам удастся вывести меня из себя подобными язвительными выпадами, Князь?

— И в мыслях не было, — невинно развел я руками, — я лишь назвал вас в том статусе, в котором вы мне сами представились при личной встрече. Неужели вы мне солгали?

— Никакой лжи, — развел руками Рихтер, — тогда я действительно был вашим официантом. Видите ли у нас во дворце отсутствует привычная обществу иерархия, господин Маркус. Как потомственные слуги последнего Императора, мы способны идеально исполнить любую роль, которую требует ситуация. Будь то официант, дворник, повар или защитник Дворца, — с улыбкой он кивнул на Инквизитора позади себя.

— Впечатляющая многозадачность, — кивнул я, и как бы невзначай, добавил, — позвольте заметить, роль арендодателя вам удалась особенно хорошо.

— О, так вы поняли, что квартиру вам сдаю я? — искренне удивился Рихтер, — и как давно?

— Не сразу, — признал я, — но череда определенных совпадений заставила копнуть глубже. Признаю, со стороны директора «Южного Пантеона» оказалось весьма умно владеть объектами в непосредственной близости ко всем ключевым Кланам. Приятно, что к таковым вы отнесли и бандитский квартал теневиков.

— Теневики в свое время были очень полезны в определенных кругах, — мило улыбнулся Рихтер, — а можно узнать почему вы не стали съезжать?

— И отдать контроль над совершенно случайно находящийся в доме проход под свой особняк? — усмехнулся я.

— Да, признаю. Было неприятно, когда вы обнаружили одну из наших лазеек, — вздохнул Рихтер и протянул руку, — так или иначе, во избежание будущих недоразумений, позвольте представиться еще раз, господин Маркус. Меня зовут Рихтер. Глава Тайной Канцелярии.

— Глава? — настал мой черед удивляться, — а они об этом знают? — покосился я на многочисленную делегацию в серых пиджачках за его спиной.

— Пока нет, — отмахнулся Рихтер, — вы первый, кто об этом узнал. Я посчитал, что вам будет полезно об этом знать до старта церемонии.

— Пожалуй, вы правы, — по-новому взглянув на этого русоволосого мужчину, согласился я, — вести переговоры куда удобнее с тем, кто имеет право принимать решения.

— Можете использовать эту информацию как вам угодно и считать ее моим подарком, — вежливо поклонился Рихтер, — полагаю вы найдете способ распорядиться им с умом.

— Постараюсь, — пообещал я, — но и я к вам пришел не с пустыми руками.

— Мм-м? — заинтересованно подался вперед Рихтер, — неужели вы приготовили что-то еще помимо роспуска Совета?

— Да, подготовил кое-что. Но такой подарок лучше вручать торжественно, при свидетелях, так что придется немного подождать, — произнес я.

И ровно в тот момент, когда я это сказал, по улице эхом разнесся громкий звук, похожий на удар гонга. Гул на улицах чуть сбавил градус, а ему на смену пришел торжественный голос ведущего церемонии.

А это означало, что до нашего выхода осталась одна минута.

Видно было, что Рихтер был слегка озадачен моим заявлением, и хотел сказать что-то еще, но нас уже ждали, поэтому мы откланялись и разошлись по своим углам «закулисья».

Но лишь временно.

Уже через минуту мы встретимся лицом к лицу вновь. На этот раз перед камерами и взором десятков тысяч людей. Этап подготовки и знакомства прошел. Впереди основной акт представления.

И как он пройдет не знал наверняка даже я.

Рихтер оказался весьма любопытным персонажем. Но не менее любопытным для моего истинного зрения оказалась и его многочисленная свита. А точнее нависающая над ними цепь нитей ментального контроля. Нити очень слабые, пульсирующие в спящем режиме, но они присутствовали. И окутывали они, вот сюрприз, всех ключевых командиров и чиновников Дворца.

Всех до единого.

Кроме Рихтера.

Похоже слова Рихтера