Тег #Противостояние - Ник Тарасов

— Вера, вы у Нины Павловны диплом писали?

— Да. — Она удивилась. — А вы откуда…

— Она у меня руководила. Год назад.

— Я знаю, — сказала Вера и вдруг покраснела. — То есть… я вас помню. Вы на курс старше учились. Вы ещё на конференции выступали, вас потом полкафедры обсуждало.

Вот здесь мне стало неуютно.

Потому что до определённого дня марта две тысячи пятого тело, в котором я сижу, ходило по тем же коридорам тихо, в серой водолазке, и никто его на кафедре не обсуждал. Была отличницей, но не то, чтобы смелой, бойкой. Мышкой же серой была ведь. А потом там появилась я и начала выступать. Люди помнят обе версии и почему-то считают их одним человеком.

— Обсуждало, — согласилась я. — Ладно.

Я закрыла папку и посмотрела поверх неё на девушку.

— Задание. У вас неделя, оплачу как внештатнику независимо от результата. Тема: почему в двух соседних дворах на Пермякова один убирают, а второй нет. Мне не нужны эмоции жильцов, эмоции я и сама напишу. Мне нужно, кто должен убирать, по какому договору, за чьи деньги и куда эти деньги ушли. Сможете — возьму к себе в «Медиа72». Номера домов я дам.

Она моргнула ещё раз.

— А если окажется, что просто дворник уволился?

— Тогда напишете, что дворник уволился, и объясните, почему на его место несколько месяцев никого нет. Это тоже ответ, Вера. Плохой ответ — это когда его нет вообще.

Она кивнула. Уже не так испуганно, как в начале.

— А можно поговорить с жильцами?

— Нужно. Только не принимайте их слова за доказательство. Люди прекрасно помнят, что сосед задолжал им за бутылку пива в восемьдесят девятом, и совершенно случайно забывают, сколько последних месяцев сами не платили за квартиру.

Вера улыбнулась.

— Поняла.

— Хорошо. Тогда через неделю.

Она принесла материал через шесть дней. С договором управляющей компании, с двумя фамилиями и с суммой, которая ушла на уборку территории, где уборкой не пахло с августа. Кривовато написанный, местами наивный, но живой. Она старалась — я это сразу почувствовала. Несколько фраз я выкинула, пару абзацев переставила, цифры попросила перепроверить. Вера всё перепроверила и на следующий день принесла исправленный вариант без единого вопроса в стиле «а зачем вы меня мучаете».

Да, получилось отлично. Я поставила его в публикацию и взяла её в штат.

— Олеся, она твоя, — сказала я, выйдя в общий зал. — Первые два месяца всё через тебя. Правки, темы, звонки, всё. Учи.

— Я? — Олеся посмотрела на меня с искренним удивлением. — Марин, я сама же учу Свету всё ещё…

— Справишься. В чём-то и Света Вере поможет. К тому же Вера — дипломированный специалист. Просто без должного опыта. Ты год назад была девочкой с диктофоном, которая приносила мне слухи с рынка. А сейчас у тебя расследование, за которое депутат мне звонил и обещал закопать. Ты точно справишься. Я буду помогать по мере возможности.

Олеся посмотрела сначала на меня, потом на Веру.

— Ладно, — сказала она. — Давай сюда.

Вера осторожно села и придвинулась ближе к столу Олеси.

— Кстати, там твоё рабочее место, — сказала я, показав пальцем на стол, который приготовила для новой сотрудницы.

Я наблюдала за ними пару секунд и вернулась к своим бумагам. В редакции появился ещё один человек, а вместе с ним ещё одна пара глаз, которая будет замечать то, что остальные уже в какой-то мере перестали видеть. Именно ради этого я её и брала.

Олеся обернулась и посмотрела на меня, через открытую дверь моего кабинета, и над ней мигнуло что-то тёплое, чего я читать не стала. Ни к чему.

* * *

С Ринатом мы встретились через пару дней у него в офисе.

Первый раз там была. Офис у него оказался скучный до зевоты, как и положено офису человека, который зарабатывает на оборудовании для нефтяников. Скучный для меня. Я повидала множество офисов руководителей в своей прошлой жизни, и меня было трудно удивить. Дорогой массивный стол начальника из натурального дерева, навороченное кожаное офисное кресло с функцией массажа, шкафы с папками, необычные сувениры, на стене фотография какой-то установки посреди снега. На полу лежал тёмный паркет. Дорогая кофемашина. Всё прилично, дорого и совершенно без желания рассматривать это дольше пяти минут.

— Чай? Кофе? Чего покрепче?

— Не, Ринат. А вот от стакана воды бы не отказалась.

Он дал указание секретарю по внутренней связи, чтобы она принесла воды гостье. И та очень быстро принесла мне на подносе бутылочку воды и прозрачный стакан из тонкого стекла.

Секретарь, кстати, у Рината была вполне предсказуемого типажа. Я даже немного улыбнулась, посмотрев ему в глаза. Белла. Высокая стройная жгучая брюнетка лет двадцати трёх, в короткой юбке и с декольте, из которого чуть ли не вываливалась грудь размера С. Сама по себе высокая, без шпилек. Вместе с такими секретарями обычно начальники любят ездить в длительные командировки. Чтобы она ассистенткой была, помогала посильно в нелёгком труде, так сказать. Ага. Знаем.

Меня это никак не цепляло, я в романтические игры с вытекающей ревностью уже не играла лет этак «цать». Главное, чтобы с сомнительными шаболдами не крутил, чтобы не притащил что-то в мой дом. Но, насколько я успела его узнать, он был щепетильный в этом вопросе.

Я отчиталась по форуму «Вместе»: сколько зарегистрировалось за месяц, сколько людей приходит регулярно, сколько стоило привлечение, сколько ушло на рекламу, сколько мы уже получили от первых рекламодателей и сколько ещё предстоит потратить на развитие. Отдельно прошлась по доработкам и объяснила, почему часть из них я не собираюсь откладывать ради красивой цифры в отчёте.

Он выслушал меня, ни разу не перебив.

— То есть вы в минусе, — сказал Ринат.

— Мы в минусе. Осознанно.

— Хорошо. — Он кивнул. — А теперь скажи мне другую цифру. Сколько стоит одна живая голова?

Вот за это он мне и нравился. Он спрашивал ровно то, что спросила бы я сама.

— Новый зарегистрированный пользователь сейчас обходится примерно в тридцать пять рублей. В октябре. В сентябре было пятьдесят с лишним. Дешевеет, потому что часть людей теперь приходит не с рекламы, а по приглашениям. Плюс реклама начинает работать накопительным эффектом. Человек увидел нас один раз, потом второй, потом знакомый прислал ссылку — и регистрация обходится нам уже практически бесплатно.

— А активный?

— Если считать не регистрацию, а того, кто потом действительно возвращается, дороже. Но точную стоимость я пока не вывожу, слишком мало