Серый генерал - Аллен Герэн

Тут выступает адвокат Крюгера. Предлагает продолжать заседание при закрытых дверях. Причина: с 1948 по 1953 год обвиняемый работал на разведывательную «организацию Гелена». И если будет публично рассказывать о своей деятельности, тем самым скомпрометирует систему государственной безопасности. Всеобщее изумление в зале…

После непродолжительного обсуждения суд отклоняет предложение адвоката, но заявляет о своем согласии не упоминать о том, что может касаться деятельности Крюгера как агента. Адвокат, г-жа Заатхоф, протестует, но допрос все же продолжается. Перед глазами предстает картина пестрой и довольно мрачной жизни. Окончив школу, Крюгер поступает на курсы продавцов музыкальных инструментов в Магдебурге. Потом, в 1928 году, прерывает учебу и поступает на службу к члену магистрата. Одновременно учится на вечерних курсах при магдебургской консерватории. В этот период он и совершает свои первые преступления и осуждается за подделку документов и воровство. В судебной картотеке упоминается о тюремных заключениях сроками на два с половиной года, на шесть месяцев и на три месяца…

Председатель суда старательно придерживается той части биографии обвиняемого, которая не связана с тайной деятельностью. Во время войны Крюгер попал в плен к англичанам на острове Родос. Председатель: «В этот период вы были старшим ефрейтором?» Крюгер: «Только для вида, чтобы скрывать мою основную деятельность…» И Крюгер возвращается в Германию через Египет, пройдя специальный английский лагерь в Уилтонпарке…

Берлин — следующий этап его деятельности. В 1950 году Крюгер — директор отдела музыковедения государственной библиотеки в Демократическом Берлине. Он занял этот пост после работы на радио в ГДР. «А это имело какое-либо отношение к организации Гелена?» — спрашивают его. Крюгер: «Гелен был инициатором всех моих служебных перемещений вплоть до 1953 года…»

Далее овощная лавка, которую Крюгер держал в 1951 году в Висбадене после девятимесячного пребывания на директорском посту в Берлине, служила, по его утверждению, «ширмой» для прикрытия его основной деятельности…

Агентурная деятельность Крюгера настолько же темна и извилиста, насколько неопровержимы улики уголовной полиции, обвиняющей этого сорокадевятилетнего человека в том, что он является самым изощренным вором книг, какого только знала Западная Германия. В 1953 году вместе со своей невестой Лизелоттой Рейхвейн он открыл в Байрейте «Байрейтер музикантиквариат». По его утверждению, фонды редких книг магазина состояли из музыкальной библиотеки его невесты (около 1200 томов), а также из отдельных изданий (около 800 томов), которые он якобы собирал с 1946 года…

Крюгер составил каталог и разослал его по университетам, библиотекам и художественным галереям. В этом каталоге содержались самые удивительные ценности, и стоимость многих книг достигала порой 20 тысяч марок за том. Но действительно ли он приобрел эти тома? Или же эти книги достались ему таким же путем, как и хитроумно украденные в середине сентября из библиотеки Дуо Вольфенбюттеля шесть томов, посвященных творчеству итальянского композитора Джироламо Фрескобальди?..

Арест Крюгера в сентябре прошлого года в библиотеке Геттингенского университета, в общем-то, произошел благодаря счастливой случайности. Одна студентка, проходившая там практику, уже встречала «страстного музыковеда» в Берлинской библиотеке и узнала Крюгера. Незаметно она привлекла внимание библиотекаря. И в тот момент, когда Крюгер пытался похитить драгоценные тома, его задержали…»

Десятый тоже в руках правосудия. Только на этот раз в ГДР. И мы знакомимся с ним по газете «Нойес Дойчланд» от 23 декабря 1953 года. В Верховном суде Германской Демократической Республики открывается процесс над семью геленовскими шпионами. Председатель суда, затем прокурор допрашивают первого из семи обвиняемых — Вольфа Остеррейха.

Председатель. Знала ли ваша мать о вашей шпионской деятельности?

Остеррейх. Да, она знала о ней…

Председатель. А ваш брат?

Остеррейх. Брат тоже был агентом. Впрочем, после того как он совершил ряд преступлений, нанесших материальный ущерб республике, он бежал из ГДР…

Председатель. Есть ли еще члены вашей семьи, совершившие побег из республики?

Остеррейх. Да, другой брат…

Генеральный прокурор. Раз уж вы представляете столь прекрасную семейку, расскажите вкратце и о вашем дяде…

Остеррейх. С весны 1953 года мой дядя, Фриц Крюгер, тоже активный член этой шпионской организации.

Генеральный прокурор. А мать тоже шпионка?

Остеррейх. Да, и мать тоже…

Генеральный прокурор. А ваша жена?

Остеррейх. И жена тоже…

Таким образом, в этой веренице есть и одиннадцатый, и двенадцатый, и супружеская пара. В 1956 году эта пара участвовала в так называемой геленовской операции «Типо» («Тифенфоршунг Потсдам», что дословно означает «глубокая разведка в Постдаме»).

Когда Гюнтер и Марга Вундерлих познакомились с «г-ном Блюме», настоящее имя которого Вальтер Калиш, они решили, что встретили старого товарища отца по войне Вальтера. Разумеется, они не знали, что на самом деле «г-н Блюме» был одним из резидентов «геленовской организации». Знакомство состоялось в Западном Берлине, а Гюнтер и Марта жили в ГДР, откуда стремились уехать.

«Это очень просто сделать, вот увидите, я сам помогу вам, — пообещал г-н Блюме, — но…» Но что? За это надо проявить понимание и согласиться помочь «г-ну Блюме». Помочь, но в чем? Доставить ему некоторые сведения… Сначала супруги Вундерлих колебались, но в конце концов согласились. И тогда Гюнтер стал «Нольте», а Марга — «Май», и они начали передавать «г-ну Блюме» свои первые донесения, встречаясь с ним в западноберлинском городском парке в районе Шенеберг. В этих донесениях содержались сведения о советских войсках, расквартированных в Потсдамском округе… Но вскоре «г-н Блюме» изменил место встреч: их свидания стали происходить на Рудольф-Вильдеплац. Там от Гюнтера потребовали, чтобы он занялся шпионажем и в области промышленности. Работая на одном из государственных предприятий ГДР, он имел возможность давать сведения о выпуске продукции, получаемом сырье, деловой переписке, структуре завода и т. д. После этого встречи происходили на квартире Герды Вольни по Мартин-Лютерштрассе, 32, в Шенеберге — районе Западного Берлина. Супругам Вундерлих рекомендовали варьировать способы передачи информации, вручая ее лично или посылая почтой в письмах, непременно написанных симпатическими чернилами. Донесения, передаваемые лично, были письменными или в виде записи на магнитофонной ленте. Последний способ использовался для передач, считавшихся наиболее срочными, и «г-н Блюме» не скрывал от своих агентов, что эти магнитофонные записи отправлялись из Западного Берлина в Пуллах на самолетах ВВС США. Гюнтера Вундерлиха, кроме фотоаппарата, снабдили парой полуботинок его размера с тайниками в полых каблуках…

Вальтер