Юрий Шевченко - Александр Юльевич Бондаренко

окружали шаха и украшали многие международные конференции, и не армия, устрашающая людей ультрасовременным американским вооружением, блеском амуниции и безукоризненными проборами, и не те трудолюбивые, выносливые, безликие люди, которых бежавший шах называл «мой народ». Вот почему некоторые из нас стали подумывать, что душа перса не так ясна, как это многие десятилетия казалось Европе57.

Хронику Исламской революции мы писать не собираемся, потому как информацию о происходящем в теперь уже Исламской республике Центр получал из «легальной» резидентуры, которую и возглавил Леонид Владимирович. Может быть, были и какие-то иные источники.

А вот задача, поставленная перед «Джеймсом», оказалась совершенно иной: «всего лишь» выяснить реакцию на происходящие в Иране события руководства Соединённых Штатов – и ничего более. Это «всего лишь» взято в кавычки по той причине, что задача была очень и очень сложная – и очень важная, просто важнейшая.

Прежде всего в лице, так сказать, Ирана Штаты теряли верного и надёжного (как очень долго казалось их руководству) союзника.

Вашингтон устраивала фигура иранского шаха Пехлеви[69], и он не мыслил себе другого варианта: шах полностью шёл в фарватере американской политики. Он поддерживал американский политический курс и опирался на него, закупая огромное количество американского оружия, тем принося большие выгоды Соединённым Штатам.

Иран превратился в форпост США в своём регионе, и всё, казалось бы, шло как нельзя лучше для Вашингтона. Официальный курс шаха устраивал не одного американского президента, и ЦРУ, желая подстроиться под это желание, сообщало в официальных информациях только то, что нравилось Вашингтону, конкретному президенту. Короче говоря, ЦРУ вторило официальной американской и иранской политике58.

В общем, провал во внешней политике – налицо.

К тому же было понятно, что, если Штаты каким-то образом будут втянуты в разгорающийся конфликт, война может вспыхнуть у самых южных границ СССР. Между тем здесь уже назревали известные события в Афганистане, соседнем и с Ираном, и с Союзом – и, опять-таки, не без «помощи» всё тех же США. Хотя тогда афганская проблема не была ещё для американцев проблемой первостепенной важности, но таковой она станет после ввода советских войск. А пока совсем не исключалось начало активных боевых действий с участием Армии США у самых советских границ – в Иране, разумеется. Причём, что самое интересное, действия эти могли начаться по различным взаимоисключающим причинам.

Сначала, когда иранский шах Мохаммед Реза Пехлеви почувствовал, что его прогнивший коррумпированный диктаторский режим шатается и скоро может развалиться, он обратился за помощью к Штатам, полагая в них прибежище всех сирых и убогих. Но так как убогость шахского режима зашла уж слишком далеко, так что даже в западной прессе этот режим достаточно резко критиковали за расправы с оппозицией и нарушения прав человека, что является достаточно модной темой современности, то президент Джимми Картер отказал шаху в военной поддержке. А ведь даже в администрации президента США было немало сторонников ввода американских войск в Иран, в том числе и такой известный «ястреб», как Збигнев Бжезинский. Зато сотрудники Государственного департамента в своём подавляющем большинстве были уверены, что революцию остановить уже невозможно, а потому нужно дать шахскому режиму шансы умереть самостоятельно. И дали. Произошла революция. Шахский режим был сметён, а политический курс Ирана изменён, наверное, ровно на 180°, так что из «старшего друга» Соединённые Штаты, совершенно неожиданно для себя, превратились для новой иранской власти в заклятого врага.

Тогдашний резидент Шебаршин вспоминал: «В ноябре 1979 года американское посольство [в Тегеране] было захвачено так называемыми “студентами-мусульманами”. В ноябрьские и декабрьские дни 1979 года днём и ночью бушевали здесь толпы с криками: “Марг бар Картер”, “Марг бар джасусан” (“Смерть Картеру”, “Смерть шпионам”)»59.

Посольство США в Тегеране было захвачено «Организацией мусульманских студентов» 4 ноября, и 66 дипломатов и сотрудников американского диппредставительства были взяты в заложники. Условием их освобождения была выдача бывшего теперь уже шаха Мохаммеда Реза Пехлеви, находившегося в то время на лечении в нью-йоркской больнице. Президент Картер назвал захват посольства актом международного терроризма и, соответственно, нарушением всех и всяческих международных законов и договорённостей и потребовал немедленного освобождения заложников. В воздухе, как некогда писал наш легендарный поэт-партизан Денис Давыдов, кстати воевавший против персов, то есть на территории Ирана, полтора века назад, в 1827 году, «запахло жжёным порохом».

Пожалуй, вариантов развития событий могло быть два: полномасштабное военное вторжение с целью вообще смести этот загадочный «исламский режим» или же ограничиться спецоперацией для освобождения заложников. И тот и другой вариант, при успешном развитии событий разумеется, свидетельствовал бы о величии Америки, её лидирующем месте в современном мире и о том, что этому государству всё позволено. И вот тогда «Джеймс» получил своё непростое задание: выяснить, как будут развиваться события, какой «сценарий» предпочтёт выбрать руководство Соединённых Штатов. Но самое главное – это суметь узнать: будет ли война у наших южных границ?

Вестнику «Воронцово поле» Юрий Анатольевич рассказал всё очень лаконично: «Орден Боевого Красного Знамени[70] я получил за десять дней работы, за два документа – один за подписью Джорджа Буша-старшего (директора ЦРУ в 1976–1977 годах), второй – Сайруса Венса (госсекретаря США в 1977–1979 годах). Эти документы касались актуальнейших вопросов войны и мира (шёл Иранский кризис), но Джимми Картер их ещё даже не успел прочитать, когда они уже лежали на столе у нашего руководства!»60

Нам Шевченко рассказывал об этих событиях несколько подробнее:

Геворк Андреевич[71] обеспечил мне эту возможность: выехать и найти человека. Это был член правительственной делегации США. Если у него были такие документы, так он и был членом правительства…

Два документа я получаю: «для президента США only»[72] и «Topsecret»[73]. Один за подписью Джорджа Буша-старшего, он ещё президентом не был – он был директором ЦРУ, всего-навсего, и второй документ – за подписью Сайруса Вэнса. Госсекретаря.

Только для президента! О существовании этих документов известно было ещё только пяти лицам. Этим документам четыре дня от роду. Президент ещё не успел ознакомиться с ними! Там были предложения, как решить вопрос Иранского кризиса. Помните, тогда американские вертолёты разбились в пустыне, неудачные попытки освобождения заложников. Что будет, как: будет война, не будет – как нам реагировать? У нас хай в прессе, что агрессоры-американцы опять готовят заварушку, шум поднялся… И в этот момент я получаю от моего агента эти два документа. Получаю их чёрт его знает где!

Но подписи, всё… Там не надо ничего придумывать – это документ.

И там определено́, что ничего они сделать не могут.