Форс-минор, или артефакт без инструкции - Анна Викторовна Дашевская

обнаруживаться. Кто ж захочет, когда тебя ищет городская стража как свидетеля по делу об убийстве? Да ещё магическом? А вот архивные работники не только нашли, но ещё и рисунки получили…

Она вытащила коммуникатор и набрала номер Делавиня.

- Капитан, досье на Анри Кольбе найти удалось?

- Час назад отправил вам в магбезопасность.

- Спасибо. Жду к трём.

Прощаться ни один не стал: зачем, если через каких-то шесть часов увидятся?

Следующим Лавиния набрала Ван Дер Гакля.

- Хорус, мы нашли Скиммерса, - сообщила она.

С другой стороны аппарата раздалось кряхтение, потом Хорус спросил:

- Что удалось выяснить?

- Жду тебя к двум часам дня у себя в кабинете. Захвати артефакты и заключение по ним, хорошо?

- Плохо! – отозвался Ван Дер Гакль. – Не верю я, чтобы Пауль мог что-то неподобающее совершить.

- Вот и будем выяснять. Что там с Вестергаардом?

- А что с ним? Согласовали дату экзамена, теорию чуть подтянет, да и сдаст. Девятого марта назначили.

- Рада за него, - Лавиния вздохнула. – Но сегодня он может мне понадобиться, так что захвати его с собой.

- Ладно, - буркнул Хорус и отключился.

Поколебавшись, Лавиния всё же заглянула к Даниэле перед уходом.

- Заходи! – вполне бодро отозвалась девочка на стук в дверь.

- Доброе утро, - Лавиния привычным жестом повесила на дверь заклинание от подслушивания. – Собралась?

- Ну, почти. Всякие мелочи остались, вроде расчёски или зубной пасты.

- Какие на сегодня планы?

- Родители хотели просто погулять по Лютеции, - Дани пожала плечами. – не знаю только, получится ли у них, последний раз они гуляли, по-моему, года три назад, и то при этом показывали виноградники какому-то гостю. Но… попробуем.

- Покажи им Коллеж Сорбонны, - посоветовала Лавиния. – Должно произвести впечатление. Пусть готовятся к тому, что ты, возможно, будешь в нём учиться.

- Так и сделаю, - Дани посмотрела внимательно. – А ты… У тебя расследование в разгаре, да? И ты завтра не сможешь нас проводить?

- Расследование сегодня, возможно, закончится. А провожу я вас в любом случае, как же иначе? Поезд уходит в одиннадцать утра?

- Да, и в шесть вечера мы должны быть в Нанте. А в полночь из Нант – Сен-Назер в Нувель-Орлеан отправляется «Сципион», - и Дани тяжело вздохнула. – Я тебе буду писать, ладно?

- Пиши. Буду ждать!

***

Досье Кольбе, нового помощника мастера-артефактора, оказалось весьма занятным. Хотя бы потому, что всё в нём, что было записано со слов самого Кольбе, оказывалось ложью. Ну, например, Кольбе писал в анкетах, что родился в Марсилии в семье рыбака Пьера Кольбе и его жены, кондитера Мари. Однако минимальная проверка показывала, что родители его были цирковыми артистами: Пьер – фокусником-иллюзионистом, Мари – его ассистенткой. И родился их единственный сын вовсе не в Марсилии, а в Дюнкерке.

Казалось бы, какая разница, где родился не слишком удачливый молодой человек, который наверняка никогда не будет интересовать газетчиков или сыщиков?

Вот и Лавиния никак не могла сообразить, почему же зацепилась за эти новые сведения.

А потом поняла: циркачи. Иллюзионист. Магия. Сын рыбака и кондитерши мог быть или не быть магом, а вот сын фокусника и его ассистентки, артистов, весь смысл представления которых – в магии…

Что-что, а учёт всех граждан Галлии, обладающих магическими способностями, вёлся чётко. И довольно быстро Лавиния обнаружила обоих Кольбе, Пьера и Мари, в списках выпускников колледжа магии в том же Дюнкерке. Проверила аурограммы: у него – магия воздуха и иллюзия, у неё – воздух и огонь. Да резерв небольшой, меньше сорока единиц по шкале Бен-Бецалеля, но есть! А значит, их сын должен обладать магией…

Не был забыт и уборщик Базиль из управления городской стражи. Ещё накануне вечером гранд-полковник Теруань распорядился его задержать и допросить, что и было исполнено. Протокол этого допроса – коротенький, в каких-то полторы странички! - лежал на столе перед Лавинией. Она читала, то и дело хмыкая.

- Надо же, какой, оказывается, талантливый молодой человек этот Анри Кольбе! Взял и совратил честного юношу Базиля с праведного пути, уговорив того стащить из архива несколько дел. И заплатил-то сущие гроши! И что интересно: в числе украденного уборщик упоминает только закрытое дело о краже у барона Ламотта сборника статей по ментальной магии, а вот о мемуарах Комельни не говорит ни слова. А почему? Надо думать, что заказчика, мастера Яна Пауля Скиммерса, очень мало интересовали работы Комельни по созданию бездонной сумы, Скиммерс такую суму и сам может изготовить, не сильно напрягаясь. Вот Кольбе - дело другое, если он намеревается продолжать воровскую карьеру, ему такая сумка очень пригодится… - Лавиния вздохнула. – И по-прежнему против Скиммерса нет ни одной прямой улики. Если на допросе он будет просто молчать, я сяду в лужу.

Она взглянула на часы: половина первого. Надо бы что-нибудь перекусить, потом ведь не до того будет. Сейчас вот только она ещё раз перечитает протокол осмотра места преступления в Валахове, кажется, она не дочитала последнюю страницу, и уже тогда сходит к дядюшке Жозефу…

Последняя страница оказалась самой ценной во всём протоколе, и Лавиния забыла о еде.

«В кармане покойного была обнаружена серебряная фляжка с келимасом с гравированными значками. На фляжке имелись отпечатки пальцев покойного Стефанеску и неизвестного лица. Отпечаток ауры стёрт».

- Ну понятное дело, что отпечаток ауры стёрт, - с досадой воскликнула Лавиния. – Уж это-то Скиммерс должен был сделать в первую очередь. Так, а что показал тот маг, у которого Скиммерс останавливался в Валахове?

«Мастер Иеремия Флореску сообщил, что получил заказ от артиста Валаховской оперы на изготовление амулета Ллойда, поддерживающего голос в широком диапазоне. Флореску передал этот заказ мастеру Скиммерсу, так как сам с амулетом Ллойда дела ранее не имел. Скиммерс договорился о встрече с заказчиком…»

- А вот с этим уже можно работать! Так, что-то ещё тут было важное… Вот: «отпечатки пальцев покойного Стефанеску и неизвестного лица». Интересно было бы сравнить… Хм, неудобно снова обращаться к Теруаню, но придётся. Мне в чужую городскую стражу запрос посылать и вовсе не с руки.

Теруань перезвонил ей буквально через пятнадцать минут, и лицо его на экране коммуникатора выражало собой то максимальное изумление, которое даже в голове не укладывается. Переполняет её и разливается вокруг.

- Лавиния, - сказал гранд-полковник и замолчал.

- А?

-