Ствол и артефакт - Андрей Левицкий

приподнялся чуть выше. Поселок состоял по большей части из шалашей и покосившихся навесов. Между ними валялись кости и мусор, самцы с самками сидели на корточках, лежали, бродили или совокуплялись, взволнованно вереща. Запах стоял гадостный, будто это место являлось одновременно сортиром и гигантской помойной ямой.

Ближе к правой стене ущелья была навалена довольно высокая гора камней. А в глубине… Что это там? Я прищурился. Конус из черепов? Ага! Кажется, он, но надо рассмотреть получше.

– Хим’ик, их сорок! – зашептал Уильям. – Нет, больше, я есть сбился считать. У нас ни гранаты, ни гранатомета нету…

– Тут обвал сразу начнется, если из гранатомета шарахнуть.

– Как же мы столь много гоблинов мочить?

– Никак! Лежи здесь. Тихо, чтоб не заметили тебя.

– А ты куда? – заволновался он.

– Приглядеться надо, сейчас вернусь.

Я пополз вдоль края глыбы, служащей основанием гоблинскому поселку, туда, где она примыкала к отвесной стене ущелья и где была высокая гора из камней. Добравшись до нее, стал карабкаться к вершине, стараясь не поднимать головы, ужом проскальзывая между валунами… И вскоре увидел прямо перед собой волосатые ноги с длинными загнутыми ногтями. Я замер, скосив глаза. На венчающей гору булыге сидел тощий гоблин в набедренной повязке. Из густых волос на голове торчало облезлое куриное перо, в правой руке был обломок берцовой кости. Дозорный дремал в прохладной тени, склонив голову и похрапывая.

Он не шевелился, я тоже. Прошло больше минуты – гоблин спал, тихо сопя. Заросшая густой шерстью грудь вздымалась и опадала. Я подобрал ноги, нащупав камень, привстал. Уши карлика дрогнули, голова поднялась. Глаза широко раскрылись, морда скривилась в гримасе, и тогда я ударил его камнем по лбу.

В последний момент ощутил сопротивление, будто рука внезапно попала в иную, более плотную, среду – как если бы сначала она двигалась сквозь воздух, а затем погрузилась в воду. Но со сна дозорный не успел отреагировать в полную силу, скорее это было рефлекторное ментальное напряжение, все равно как человек испуганно вскидывает руки и отклоняется, увидев, что прямо в лицо ему летит что‐то тяжелое.

Камень врезался в башку гоблина, и он вверх тормашками полетел с валуна.

Моля Черного Сталкера, а заодно и всех демонов Зоны, чтобы гоблины в поселке не заметили происходящее над ними, я прыгнул следом. Карлик упал на спину, я уселся на него, вырвал берцовую кость, поднял и опустил, будто охотник на вампиров, всаживающий осиновый кол в грудь лежащей в гробу твари.

Но метил я не в грудь: острый конец пронзил глаз, кость глубоко вошла в череп карлика. Тело подо мной судорожно дернулось, и дозорный испустил дух.

Продолжая восседать на нем, я оглянулся. Внизу все было по‐прежнему. Я слез с гоблина, улегся грудью на камни, ногами к вершине, и вновь окинул взглядом деревню.

Мое предположение оказалось верным: на дальней стороне, под самым склоном, защищенный сверху естественным выступом, стоял алтарь – сложенный из черепов конус. Из глазниц торчали металлические стержни, кости и палки, на них болтались провода с разбитыми лампочками, вершину венчало мотоциклетное колесо, а вокруг валялось множество разнообразных предметов. Там была битая посуда, раздавленная канистра из‐под бензина, уложенная змейкой танковая гусеница, куски железа и пластика, автоматы с погнутыми стволами, несколько маленьких скелетов и множество разрозненных костей.

Нахмурившись, я вгляделся. И понял, что весь этот мусор образует пусть грубое, но вполне узнаваемое человеческое лицо. Алтарь был его носом, острым, как у Буратино, уложенные треугольником реберные кости – зубами, погнутый велосипедный обод без шины – правым глазом, ну а левым…

Я перевернулся и стал сползать на спине.

– Что? – спросил Блейк, завидев меня. – Смотреть, как ты файтинг с тем гоблин. Ты крутой негодяй, Хим’ик, сильный, как гарлемский блэк мэн хулиган.

– Лэптоп там, – улегшись рядом, сказал я. – В самом конце ущелья, слева от конуса из черепов, то есть от алтаря их.

Уильям выглянул и тут же втянул голову в плечи:

– Есть плохо это. Как же достать данный? Гоблины драться больно станут, их много.

– Давай пистолет и еще десять патронов.

Получив ТТ, я проверил, заряжен ли он, сунул за ремень рядом с «Браунингом» и сказал:

– Значит, слушай внимательно. Ты ползешь под левым склоном ущелья, в самой тени, а я – назад, к месту, где того гоблина прибил. Оттуда слезаю по другой стороне этой груды камней, перебираюсь на правый склон. Поднимаюсь по нему на несколько метров. Там выступы есть и трещины всякие, уцеплюсь как‐нибудь. Ты доползаешь до той глыбы, видишь, которая нависает? Под ней примерно алтарь и стоит. Но к лэптопу сразу не лезь, там гоблинов уже больше, увидят. Ждешь, пока я не начну шуметь.

– Шум’еть? – переспросил он.

– Да‐да, шуметь. Кричать, размахивать руками, кидать камни в их поганые хари. Стрелять в них же. Вот для того‐то мне и нужны два пистолета с патронами. Вся эта кодла ломанется ко мне, и тогда ты…

– Что есть «кодла ломанется»? – спросил он.

– Есть шобла сорвется в мою сторону, андустенишь? Все эти пиплы метнутся, чтоб меня отметелить…

– Мете… А, йес, понял, понял!

– Тише ты! Значит, лэптоп лежит слева от того конуса из черепов, разглядел его, да? Просто лежит на камнях, крышка закрыта, так что, я надеюсь, они не разбили экран и ничего не сломали. Ты его хватаешь. Я, когда залезу куда надо, подожду пару минут, а потом уж подниму такой кавардак, что они все сбегутся, но если все же кто‐то тебя увидит – пристрелишь, для того тебе третий пистолет и оставляю, хотя мне он нужнее вообще‐то. Спускаешься вниз, к тому бассейну, и под ним ждешь меня.

– А ты как? – спросил он.

– Выберусь как‐нибудь. Залезу выше, через ущелье переберусь и спущусь по другой стороне. Под бассейном не разлеживайся, сиди наготове, потому что я всех гоблинов не перестреляю и, когда появлюсь, могу их за собой привести. И потому мы сразу вниз ползем со всей скоростью, на какую способны. Добираемся до Долины, бежим туда, где коня с телегой оставили. Гоблины к своим алтарям относятся очень серьезно и, если заметят, что какой‐то фрагмент оттуда пропал, могут нас долго преследовать. Значит, садимся на телегу, пугаем Безумного так, чтоб у него окончательно крыша уехала в отпуск, и он тогда орет и скачет сломя голову. Главное мимо сарая не проскакать. Если там, конечно, еще будет кто…

– Хим’ик, половина двенадцатого уже, – сказал он. – Мы не успевай на встречу со Шрамом никак.

– Позже придумаем, что дальше делать, если они уйдут оттуда. Тебе еще надо лэптоп включить. А если в нем батарейка села? Тогда придется в дом Картографа возвращаться, хотя гоблины могли там провода все порвать, по которым электричество от ветряка шло, или… Ладно, это потом решим. Все, начали. Готов?