Путь к бессмертию. Том 4 - Shin Stark

Вместо этого направился к человеку, который мог одним словом решить проблему.

К Му Цинлань.

И уже по дороге обнаружил, что сегодняшний день ещё даже не начал по-настоящему издеваться надо мной.

Я прекрасно помнил, где находилось жилище Му Цинлань.

Роща с белыми стволами. Скрытая дорожка. Терраса, вырубленная в склоне. Большой дворец из светлого камня и тёмного дерева, пруд с золотистыми рыбами, белый мост, водопад и сад, в котором росли растения исключительно ради красоты. Я даже помнил серебряные колокольчики под крышей и зелёное пламя внутри нефритовых светильников.

Ничего этого теперь здесь не было.

Дорожка привела меня к скале, и в ней находился широкий вход в пещеру.

Я некоторое время стоял перед ним, пытаясь понять, не перепутал ли склон, хотя перепутать место, которое когда-то пришлось искать по личному приглашению собственного мастера, было трудно.

Формация у входа узнала мою табличку и пропустила внутрь.

Пещера оказалась роскошной. Разумеется. Му Цинлань не превратилась внезапно в отшельницу, довольствующуюся каменной лежанкой и чашкой родниковой воды. Стены внутри были выровнены до блеска, отдельные помещения соединялись широкими коридорами, в нишах росли редкие духовные растения, а центральный зал украшали нефрит, дорогое дерево и несколько небольших искусственных источников.

Но это всё равно была пещера.

Самая дорогая пещера, которую я видел за последние годы.

— Неужели за несколько месяцев вы настолько пересмотрели отношение к архитектуре? — спросил я, войдя в главный зал.

Му Цинлань сидела в широком кресле возле низкого стола и читала нефритовую табличку. Услышав меня, она подняла глаза.

— О чём ты?

— Ни о чём.

Сейчас это действительно не имело значения.

Я сложил руки.

— Мин Хао приветствует Мастера. И да, мне нужна ваша помощь.

Она отложила табличку.

— Ты пропал на несколько месяцев, возвращаешься неизвестно откуда и первым делом просишь о помощи. Похоже, всё прошло примерно так, как обычно проходит у тебя.

— На этот раз даже немного хуже.

— Тогда говори.

— Я хочу встретиться с Лань Юэ.

Му Цинлань посмотрела на меня так странно, что мне сразу стало не по себе.

Не удивлённо.

Скорее внимательно.

— Сначала, — медленно сказала она, — Ты расскажешь мне, что вообще произошло.

Её спокойствие неожиданно подействовало лучше любого заверения. Если бы Лань Юэ погибла или попала в руки Секты Дьявольского Дао, Му Цинлань вряд ли сидела бы здесь с таким выражением лица. Значит, по крайней мере, катастрофы не случилось.

Я сел напротив и рассказал.

Не всё.

Некоторые привычки действительно становятся частью характера.

Начал с того, что после получения от нее участвовать в годовом обмене с Горной Печатью — я честно собирался сделать все как полгается. Уже там Юй Жун раскрыла настоящую цель поездки: исчезновения культиваторов, пропавшего Основного Ученика и подозрения, что за всем этим стоят люди, использующие запрещённые наследия. Рассказал про библиотеку, странные техники, скрытый архив и то, как постепенно выяснилось настоящее происхождение Горной Печати.

Му Цинлань не перебивала.

Я дошёл до Лэй Чжэня и его признания, затем до раскрытия Секты Дьявольского Дао, побега делегации и того момента, когда пришлось остаться ради него и Лань Юэ.

Про второе тело, естественно, умолчал.

Вместо Ли Си появился старый знакомый из города Тысячи Лун.

Человек, с которым мы когда-то пересекались по делам и которого я попросил о помощи, не раскрывая его имени. Существование такого помощника прекрасно объясняло показания тех, кто видел меня не одного во время побега, а заодно избавляло от необходимости объяснять, каким образом Мин Хао одновременно сражался в нескольких местах и почему загадочный культиватор обладал настолько необычной фиолетовой Ци.

— Когда преследователей стало слишком много, — закончил я, — Мы разделились. Лань Юэ и Лэй Чжэнь ушли первыми. Я остался вместе с другом, чтобы увести погоню. Позже он сказал, что прикроет меня и велел уходить. После этого мы потеряли связь.

Му Цинлань некоторое время молчала.

По её лицу невозможно было понять, насколько сильно она верит последней части.

Наверное, не особенно.

Но и доказать обратное ей было нечем.

Секта Дьявольского Дао вряд ли разослала соседям подробный отчёт о том, сколько её Основных Учеников погибло от рук двух человек. А предполагать, что один Мин Хао, который формально находился на начальной ступени Заложения Основы, за короткое время перебил столько культиваторов, включая людей на пределе стадии, было бы чрезмерным даже для весьма богатого воображения.

К тому же свидетели действительно видели второго человека.

Так что наиболее естественный вывод лежал прямо перед ней: я скрываю личность союзника.

Для ученика, только что рисковавшего жизнью ради людей Облачного Меча, подобная тайна, видимо, не казалась достаточным поводом вытаскивать правду силой.

Му Цинлань постучала указательным пальцем по подлокотнику кресла.

Один раз.

Потом ещё.

— Ты сказал, что отправился туда по моему приказу?

Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что я даже не сразу ответил.

— Да.

— Именно я отправила тебя в Горную Печать? — переспросила она.

— Мастер, — осторожно произнёс я, — Вас случайно не настигла та стадия культивации, на которой бессмертие приходит вместе со склерозом?

Обычно подобные фразы хотя бы слегка её забавляли.

Сейчас она даже не улыбнулась.

— Мин Хао, когда ты вошёл в Мир Меча, я почти сразу закрылась в медитации.

Улыбка исчезла уже у меня.

Му Цинлань продолжила совершенно спокойно, и от этого становилось только хуже.

— Я не выходила из затвора всё это время. Ни после твоего возвращения, ни во время твоего последующего затвора, ни перед отправлением делегации. Закончилось моё уединение несколько дней назад, когда люди Юй Жун вернулись из Горной Печати и в секте начался переполох.

Я смотрел на неё.

Несколько мгновений смысл слов просто не хотел складываться.

— Это невозможно.

— Я тоже предпочла бы более удобное объяснение.

— Я вас видел.

— Где?

— Здесь… — начал я и осёкся.

Не здесь.

Во дворце.

В том самом дворце, которого сейчас не существовало.

Я прекрасно помнил Му Цинлань за столом. Помнил её голос. Чашку в руке. То, как она смотрела на меня после возвращения из полуторагодичного затвора. Именно она дала задание. Именно после её слов я согласился отправиться с Юй Жун.

Это не было воспоминанием о далёком детстве, которое могло исказиться спустя десятилетия.

Прошло совсем немного времени.

— Более того, — сказала Му Цинлань, — В Облачном Мече никогда не было ученицы по имени Лань Юэ.

Я резко поднял голову.

— Что?

— Ни среди личных учеников старейшин, ни среди Основных, ни среди внутренних.

— Она ученица Юй Жун.

— У Юй Жун нет такой ученицы.

— Есть.

Ответ получился слишком быстрым.

Я сам услышал, насколько резко прозвучал голос.

Перед глазами всплыл