Методологические проблемы теории мышления - Георгий Щедровицкий

в исходном пункте исследования. Ведь воспроизводя это целое в мысли, мы стремимся взять только небольшую часть входящих в него единичностей и, как и во всяком другом исследовании, рассмотреть их как общее, т. е. как представителей целых классов единичностей.

Но так как нашей задачей является исследование и воспроизведение в мысли структуры рассматриваемого целого — а это значит, что должны быть воспроизведены объективные связи, существующие между единичностями, входящими в целое, — то мы не можем взять просто одинаковые единичности, объединить их в классы и заместить эти классы соответствующими абстракциями общего: мы должны взять одинаковые единичности, одинаковым образом связанные друг с другом, т. е. должны взять одинаковые взаимосвязи, их объединить в классы и их заместить соответствующими абстракциями взаимосвязей же.

А это значит, что уже в исходном пункте исследования, приступая к образованию моделей, из которых потом будет построена система, воспроизводящая целое, мы должны произвести определенную обработку эмпирически данного материала, отделить функционарно связанные друг с другом единичности от генетически связанных и далее в соответствии с этим разделением строить две различные системы целого: систему функционирования и систему генезиса. Система генезиса будет состоять из целого ряда функционарных подсистем (каждая из которых будет отлична от общей системы функционирования данного предмета). Все единичности, входящие в описываемый объект, будут при этом разбиты на группы и отнесены к одной и только одной из функционарных подсистем.

Внутри этих групп единичности будут связаны функционарно, с единичностями других групп или совсем не связаны, или связаны генетически. Если же мы этого не сделаем и будем пытаться построить систему целого, включая туда все совместно данные единичности, то это, очевидно, приведет только к одному: к отрицанию исторического характера рассматриваемого целого, к отрицанию процессов развития в нем, к попыткам представить рассматриваемое целое как вечное и вечно неизменное. История науки дает этому массу печальных примеров.

Чтобы преодолеть такой метафизический подход и выполнить одно из основных требований диалектики, а именно: рассматривать исторически развивающиеся объекты в их развитии, — мы должны уже в исходном пункте исследования чувственно-множественного целого сознательно различить две возможные задачи исследования и сознательно выбрать одну из них, чего не было при исследовании чувственно-единого целого.

Но этот вывод важен для нас даже не сам по себе. Из него следуют очень важные методологические положения. Дело в том, что этот выбор системы теоретического изображения предмета с самого начала определяет весь дальнейший ход исследования, те процессы мысли, которые мы будем применять.

Так, совершенно бессмысленно говорить об отделении функционарно связанных элементов чувственно-множественного целого от генетически связанных вне связи с задачей исследовать и воспроизвести в мысли ту или иную структуру — либо функционарную, либо генетическую. Нельзя отделять функционарно связанные элементы чувственно-множественного целого от генетически связанных вообще — можно отделять одни от других лишь в связи с определенной задачей исследования: либо для воспроизведения функционарной структуры целого (теории), либо для воспроизведения его генетической структуры (истории). И процессы мысли, необходимые для решения этих различных задач, будут — и это основной предмет дальнейшего анализа — различными. Так мы приходим к разделению двух больших групп процессов исследования: 1) направленных на воспроизведение функционарной структуры целого и 2) направленных на воспроизведение генетической структуры целого. Мы будем называть их сокращенно: процессами функционарного и процессами генетического исследования.

§ 8

Переходя таким образом к вопросу о самих процессах исследования и построения изображений исходно заданного объекта, мы, по существу, возвращаемся к той группе проблем, которая уже была поставлена выше и от которой мы временно вынуждены были отклониться. Речь идет об эмпирическом анализе единичностей мышления и о выделении изображающих их «отдельных».

Столкнувшись с этой задачей, мы выяснили, что она не может быть решена, пока мы не выдвинем каких-либо предположений относительно возможных связей между этими единичностями и, соответственно, отдельными. Идея введения связей развития возникла как попытка решить эту проблему. Но она подняла целый ряд других проблем и, прежде всего, потребовала уточнения понятия развития. Пришлось различить и отграничить друг от друга изменение, функционирование, развитие. Во весь рост по-новому встала проблема соотношения объекта и предмета исследования, их систем. Все это заставило нас оставить в стороне исходный круг вопросов, касающихся эмпирического исследования чувственно-множественного объекта, и заняться соотношением между «теорией» и «историей». Здесь раскрылась исключительно широкая область проблем, требующих специального и детального анализа. Обращение к ней необходимо, неизбежно.

Но основная линия анализа данной главы лежит все же в другом. Мы не можем уходить в бесконечную по сути своей область методологии теоретического и исторического исследования. Поэтому мы изложили лишь самые общие, предельно необходимые соображения, и то не для того, чтобы раскрыть соответствующие проблемы, а скорее для того, чтобы намекнуть на их существование. Мы совершенно не раскрыли принципы изображения генезиса систем, не выяснили виды генезиса и определяемые этим особенности изображения. Мы стремились подчеркнуть и обосновать, по существу, лишь одно положение: что пути и способы анализа единичностей в таком объекте, как мышление, пути и способы выделения «отдельных» зависят от того, какую теоретическую систему этого объекта мы намерены строить. Показать это при разборе принципов эмпирического анализа чувственно-множественного объекта — задача следующей главы.

Основные идеи восхождения от абстрактного к конкретному

§ 1

Если в предыдущей главе работы мы сосредоточили внимание на различиях между функционарным и генетическим изображениями объекта и подчеркивали, что пути и способы анализа входящих в него единичностей, пути замещения их отдельными будут различными в зависимости от того, какую из этих систем изображения мы строим — функционарную или генетическую, — то теперь мы должны обратить внимание на другую сторону дела и подчеркнуть некоторые общие моменты в анализе, вытекающие из того, что в обоих случаях это будет исследование сложного структурного объекта, содержащего целый ряд связанных между собой сторон и элементов. При этом вначале мы произведем определенное упрощение, оставим на некоторое время в стороне чувственно-множественное целое и рассмотрим пути и способы исследования чувственно-единого структурного целого, с тем чтобы потом перенести некоторые из полученных таким образом результатов на исследование чувственно-множественного целого.

Применим в нашем логическом исследовании прием «двойного знания».

Предположим, что мы имеем некоторый объект, который с точки зрения его внутреннего строения для одного знания представляет «черный ящик», но может быть познан как угодно точно и подробно со стороны своих «внешних», или «эмпирических», свойств[173]. Предположим также, что в другом знании мы имеем совершенно полное, можно сказать, «абсолютное» представление о внутреннем строении, или структуре, этого объекта. Будем сравнивать между собой эти два знания, стараясь выяснить, как от первого, эмпирического, можно перейти ко второму, структурному. В другой