Методологические проблемы теории мышления - Георгий Щедровицкий

[1] = δ1

[2] = δ1, δ2

[3] = δ1, δ2, δ3

С чем мы имеем дело при осуществлении каждого из этих актов — с функционированием или с развитием? Ответить на этот вопрос просто так невозможно. В какой связи мы возьмем эти акты мышления, какой предмет изучения сформируем — зависит, конечно, прежде всего от задачи исследования и от того, какое сопоставление мы будем производить в связи с нею. Но вместе с тем оно зависит и от того, какое изображение мышления у нас уже существует.

Если, к примеру, мышление изображается перечнем элементарных актов δ1, δ2, δ3, δ4 и все реальные единичные акты [1], [2], [3] берутся в отношении к этому изображению, то в таком случае мы можем говорить лишь о функционировании мышления, т. е. об осуществлении имеющихся в перечне элементарных актов в определенных реальных мыслительных процессах, осуществляемых там-то и такими-то людьми. Напротив, если мышление изображается перечнем элементарных актов δ1 и δ2, то реальный мыслительный процесс [3] мы, при всем нашем желании, уже никак не сможем рассматривать как осуществление этих элементарных актов, как функционирование имеющегося мышления, а должны будем ставить вопрос о расширении этого перечня и тем самым (косвенно) о развитии мышления, изображенного в этом перечне.

Этот пример, конечно, несколько искусственен, поскольку он совершенно не затрагивает вопрос о путях и способах получения определенных изображений мышления, в частности изображений его развития и функционирования; он исходит из уже готового изображения мышления, причем изображения, предназначенного для определенной цели. Но вместе с тем именно поэтому он очень удачен во многих отношениях.

Во-первых, этот пример наглядно показывает, что ряд единичностей, взятый безотносительно к их изображению в теории, не дает еще возможности говорить ни о функционировании, ни о развитии мышления. Во-вторых, он показывает, что отнюдь не всякое теоретическое изображение схватывает различие между процессами функционирования и развития; в частности, изображение мышления в виде ряда отдельных, с которым мы до сих пор исключительно имели дело, не отражает ни функционирования, ни развития. В-третьих, данный пример показывает, что перечень отдельных в изображении мышления является важным условием и предпосылкой выявления процессов развития и функционирования; от его характера, в частности от числа имеющихся отдельных, зависит, сможем ли мы изобразить процесс функционирования и процесс развития мышления, заданного рядом эмпирических актов. Наконец, этот пример также наводит нас на мысль, что для изображения процессов функционирования и процессов развития мышления мало сопоставлять имеющиеся единичности между собой и с отдельными — надо еще сопоставлять между собой и отдельные; только в этом случае мы сможем схватить и выявить объективную природу и механизмы этих процессов.

§ 7

Чтобы подойти к решению этой задачи, мы прежде всего должны принять во внимание, что, говоря о функционировании и развитии, мы фиксируем определенные изменения единичностей мышления. Это соображение должно стать исходным в нашем рассуждении. Процесс изменения единичности воспроизводится с помощью тех же отдельных, но, чтобы изобразить его, мы должны взять, по крайней мере, два отдельных. Между ними должно существовать определенное отношение.

Во-первых, они должны быть сходны в определенных свойствах, т. е. принадлежать к одному и тому же роду, и это сходство обязательно должно быть зафиксировано в мысли, так как иначе мы не сможем говорить, что они изображают одну и ту же единичность. Во-вторых, они должны быть различны в определенных свойствах, так как иначе мы не сможем говорить, что они изображают изменение заданной единичности.

Эти два отдельных, связанных теперь отношением сходства и различия, должны быть взяты в отнесении к одной и той же группе меняющихся единичностей. Отнесение должно быть таким, чтобы учитывать течение времени; это значит, что, когда относится первое отдельное, второе не соответствует еще заданным единичностям и не может к ним относиться; затем первое перестает соответствовать этим единичностям, и тогда относится второе, которое теперь полностью им соответствует.

Именно это отнесение к меняющимся единичностям и именно этот способ отнесения являются тем, что делает эту пару отдельных изображением изменения единичностей; вне этого способа отнесения эта пара отдельных может быть изображением чего угодно, в частности любых двух групп единичностей. Поэтому, чтобы изобразить факт изменения, мало еще задать пару отдельных — нужно каким-то образом (может быть, в специальном знаке) отметить еще сам способ отнесения их к единичностям; и мы делаем это, говоря об изменении единичности, о переходе ее из одного состояния в другое или проставляя специальный условный знак.

Наглядно-схематически отношение моделей к единичностям и друг к другу в этом случае может быть изображено так:

Рис. 2

Слева, под знаком «1», здесь изображена меняющаяся реальная единичность или группа единичностей; «δ1 δ2» и «δ1 δ3» изображают отдельные, сходные между собой в одном параметре и различные в другом; горизонтальные стрелки с обозначениями «t1» и «t2» изображают отнесения отдельных к единичности в моменты времени t1 и t2; вертикальная двойная стрелка — условное изображение способа отнесения отдельных, фиксирующего то содержание, которое мы называем изменением.

Анализируя этот способ отнесения и природу фиксируемого им содержания, нужно прежде всего заметить, что этот условный знак или словесная характеристика задают в дополнение к тому отношению в сходстве и различии, которое существовало раньше между отдельными, также еще определенную связь. Эта связь изображает объективный процесс изменения. Но вводится она еще слишком извне и совершенно не раскрывает ни объективной природы, ни механизмов этого процесса. И поэтому, хотя связь между отдельными, а вместе с тем и определенное сопоставление их уже существуют, тем не менее и здесь мы не можем еще ответить на вопрос: чем именно — развитием или функционированием — является этот процесс? Для того чтобы можно было говорить о процессах функционирования и процессах развития и, соответственно, о связях функционирования и связях развития какого-либо объекта, нужно рассмотреть его единичности в связи со свойствами целого, внутри которого они существуют. Но это означает вместе с тем, что и отдельные, изображающие эти единичности, нужно рассмотреть в отношении ко всему целостному изображению этого объекта, в отношении ко всей теоретической системе в целом.

Тот факт, что решение вопроса о характере какого-либо изменения единичности — будь то процесс функционирования или процесс развития — зависит от отношения этой единичности к целому, от границ и характера выделенного целого, подтверждается всем известным различением понятий видового и родового или индивидуального и видового развития. В последнем случае,