Принцип равновесия - Валерий Михайлович Гуминский

ни единомышленников? Подвал одного из городских домов? Рискованно. Могут случайно обнаружить. Такое случается по закону подлости. В подполе старого дома, коих ещё осталось достаточно по окраинам Москвы. Опять же, внезапно возникший пожар с лёгкостью уничтожит ценные бумаги.

К крыльцу подъехал «Аргус». За рулём сидел Олег с позывным Кросс — опытный водитель, пришедший ко мне вместе с Ириной. Можно сказать, она сама подбирала сотрудников после тщательной проверки, а её интуиции я доверял. Рядом с ним на пассажирском кресле находился ещё один боец, вооружённый по протоколу сопровождения. Он выскочил наружу и распахнул заднюю дверцу.

К нам подошли Ирина и Нил.

— Колояр, я тебя одного не отпущу, — заявила Лапочкина. — Поэтому выделяю ещё четверых бойцов. Нил будет руководить выездом.

— Нил мог бы и остаться, — я выставил руку из-под козырька крыши, проверяя, не закапало ли с неба. — Или ты сама справишься с поступившим оборудованием?

— Справлюсь, не переживай, — успокоила меня Ирина. — Как-то не по себе после того, что Лора сотворила с сотрудниками Палаты Контроля.

— Может, они вовсе не оттуда, — хмыкнул я и оттянул рукав куртки, чтобы посмотреть время. — Где Савин? Неужели Лора добралась до него и сожрала?

В этот момент из-за угла дома выскочил управляющий, на ходу пытаясь застегнуть замок «молнии», но ему не удавалось. Наконец, плюнув на это, он подбежал к нам.

— Прошу прощения, господин Колояр! — у запыхавшегося Савина тяжело вздымалась грудь. После больничной койки он ещё был довольно слаб, и такие пробежки вызывали у него одышку. — Во флигеле труба протекла. Давал распоряжение сантехнику, вот и задержался.

— Поехали, и так время потеряли, — я махнул рукой и нырнул в салон «Аргуса». Следом за мной влез Савин и захлопнул дверь. Поёрзал на диване, с любопытством огляделся по сторонам. — Первый раз в такой машине?

— Да, — признался управляющий. — У князя Пронского был «Ансат», но кто пустит в шикарную тачку какого-то слугу?

Он покосился на мою правую руку, лежащую на колене. Вернее, на два перстня — «Воеводу» и «Маэстро» — которые я сегодня надел в качестве вспомогательных средств защиты и атаки. Ясни в виде ручки-эйдоса висел на клипсе во внутреннем кармане куртки. Ещё один перстень, с корундом в навершии, был нанизан на безымянный палец левой руки. Вдруг пригодится воздействовать на кого-нибудь ментально, а перстень «второго ряда» как раз поможет мне в этом.

— Тогда набирайся впечатлений, — усмехнулся я. — Поехали, Кросс. Место, куда нам надо, скажу попозже.

— Есть, хозяин, — откликнулся водитель и дал короткий сигнал, чтобы никто не вздумал лезть под колёса. Ирина помахала вслед нам рукой. На сердце стало приятно.

«Аргус» неторопливо докатился до ворот, которые уже были раскрыты. Кросс вывел машину на улицу; за нами, как привязанный, ехал внедорожник сопровождения. Зашипела рация, постоянно находящаяся в автомобиле.

— Первый, ответь Второму, — раздался голос Нила.

— Ответь, — не отрываясь от дороги, бросил Олег.

Боец, который сидел рядом с ним, взял рацию, нажал на тангенту.

— Первый на связи.

— Куда едем?

Охранник повернул голову в мою сторону. Я почему-то сразу вспомнил имя новичка. Емеля, кажется. А может, это позывной. Так тоже бывает.

— Скажи, пусть пока держится за нами. Позже скажу.

Емеля передал мои слова Нилу, тот буркнул, что понял.

Кросс придавил педаль газа. Двигатель мягко зарычал, довольный свободой, которую ему дал человек. Машина лихо понеслась по дороге. В окнах мелькали особняки, обсыпанные нежной листвой деревья, гуляющие по подсыхающим тротуарам люди. Нас уже знали, поэтому никто не обращал внимание, куда понёсся Волоцкий. Мы и так развели бурную деятельность, каждый день летая по посёлку.

Выехали на основную дорогу, ведущую вдоль Матвеевского леса к шоссейной развязке. Савин молчал, словно забыл о цели поездки. Я со скрытым нетерпением спросил:

— Так куда нам надо?

— Ой, простите! — спохватился Илья. — А можно поднять стекло?

Я нажал на кнопку — зашуршал подъёмный механизм, поднимая защитное стекло. Теперь нас никто не слышал.

— Я несколько дней ломал голову, куда ты мог спрятать папку, — честно признался Савину. — У Пронских есть какое-нибудь редко посещаемое место? Может, там?

— Господин Колояр, вы сами верите, что от Долгоруких можно спрятаться? — горько усмехнулся управляющий. — Да, у семьи Пронских есть загородные поместья, но туда я бы ни за что не стал совать голову. Скорее всего, после гибели Рода его недвижимость и активы перешли в другие руки.

— В лесу? — продолжал я игру.

— Нет, — рассмеялся Савин. — Если хорошо подумаете, то сами найдёте ответ.

— Я бы с удовольствием поломал мозги, но не сейчас, — увидев, что наша маленькая кавалькада подъезжает к развязке, я пристально поглядел на Илью. — Говори уже, чтобы мы не нарезали лишние круги по Москве.

— Папка у профессора Яворского.

Это был сюрприз, самый настоящий сюрприз! Правда, весьма дурацкий. Но Савин прав. Он применил принцип народной мудрости: лучше всего прятать вещь под носом у ищеек. Надо признать: ловко этот парень всё обстряпал.

— А он знает об этом?

— Нет… Я понимаю, что поступил подло по отношению к человеку, который дал мне кров, помог с документами, — в голосе Савина звучало самое настоящее раскаяние. — Но я не мог по-другому. Сами подумайте, к кому бы я пошёл? Союзники Пронских очень легко могли превратиться в союзников Долгоруких. И тут с очень опасными документами появляется слуга князя Юрия, прося защиту в обмен на архив. Как думаете, господин Колояр, сколько дней мне осталось бы жить?

— Это всего лишь догадки, но положение, в котором ты очутился, действительно требовало осторожности.

— Поймите, у меня не было никакой информации на руках, я не знал обстановку в аристократических кланах. С уничтожением Пронских император очень серьёзно нарушил равновесие в столичном обществе.

Я показал знаком, чтобы Савин замолчал, после чего опустил стекло. Назвал адрес профессора, и Емеля сразу же передал его по рации Нилу. Внедорожник тут же обогнал нас и занял место впереди. Теперь, когда сопровождение знало, куда ехать, вступил в силу иной протокол. Кросс пристроился следом, но близко не прижимался.

Номер телефона Яворского у меня был, поэтому я решил сначала узнать, где он находится. А то приедем в гости, а профессор на работе. Судя по мелькающим старым купеческим особнякам, мы находились