Критика психополитического разума. От самоотчуждения выгоревшего индивида к новым стилям жизни - Алексей Евгеньевич Соловьев

Западная модель развития тесно связана с гегемонией глобального рынка, научно-технического прогресса и радикального индивидуализма, а также с идеей тотальной конкурентной борьбы. Теории постразвития осмысляют другие пути развития в незападных странах, в которых альтернативные ценности, роль сообщества и другие способы отношений человека с природой предлагают иные словари для осмысления темы развития. В том числе это может быть экстраполировано в контекст заботы о себе и концепции достаточно хорошей жизни.

Опираясь на концепцию Рорти о различных словарях, человек может выстраивать персональную герменевтику и выбирать инструменты самопомощи ситуативно или более основательно в логике личных запросов, не руководствуясь требованием саморазвития, понятого как жизнь на пределе. Забота о себе с поиском инструментов для достаточно хорошей жизни может быть выращена на основе идей латиноамериканских теоретиков постразвития.

В частности, исследователь Эдуардо Гуде предлагает осмысление концепции buen vivir (исп. «хорошая жизнь»), которая представляет собой альтернативную модель развития, противостоящую традиционным западным представлениям о прогрессе, экономическом росте и модернизации. Понятие buen vivir восходит к ценностям индейских культур Андского региона, особенно к философии племен кечуа и аймара, где оно выражается через концепты suma qamaña (на языке аймара) и sumak kawsay (на языке кечуа). Суть такого взгляда становится радикальным переосмыслением языка саморазвития, укрепившегося в дискурсах прогресса и индивидуализма западного мира. На первый план выходят такие концепты, как сообщество, гармония с природой, отказ от эксплуатации и конкуренции в пользу взаимопомощи, благополучия общины и коллективного благополучия, а также участие в формировании живой экосистемы с отказом от рассмотрения природы в качестве исключительно ресурсно-производственной базы. Ценность индивидуального материального благополучия выступает лишь компонентом культурного и духовного развития, где личная судьба человека встроена в судьбу сообщества и природы в целом. В такой ценностно-смысловой системе координат субъект заботы о себе уже не опирается на войну с самим собой и конкурентную гонку за хлеб насущный с другими участниками рынка. Здесь меняется само понимание оснований проживания жизни с учетом концепции меры в понимании достаточно хорошей жизни.

Смена нарратива саморазвития на альтернативную модель достаточно хорошей жизни – это переход от самоэскплуатации и самопринуждения жить на пределе к более широкому взгляду на то, ради чего человек живет свою жизнь и какой она может быть, если перестает быть бегом на месте в исключительной одержимости наращиванием достижений в работе и потреблении. Концепции постразвития могут быть ориентиром для переосмысления собственного существования, выхода к новой герменевтике и выработке персонального нарратива, сопровождающего повседневные практики достаточно хорошей жизни.

Мне как-то попался канал Green Renaissance на YouTube, на котором были представлены небольшие видеоролики с историями жизни разных пожилых людей, которые делились осмыслением того, что для них важно и ценно на склоне лет. Это были неспешные разговоры о вещах, выходящих за пределы экономических интересов. Про осмысление прожитых лет в духе «Писем к Луцилию» Сенеки, про утраты и потери, благодарность и радость от повседневных мелочей, про важность проживания каждого дня и отказа от принесения в жертву этих неспешных дней ради попыток догнать что-то. Неолиберальная парадигма пестует культ вечной молодости и здоровья, укрепляя желание жить и мыслить так, словно эти состояния будут сопутствовать человеку всегда. Однако концепция домашней жизни, уступающая беспощадной погоне за эфемерным экономическим благополучием, вынуждает приносить в жертву все, что не вписывается в производственно-потребительские циклы.

Утверждение культурного разнообразия, как и осмысление разнообразия практик самопомощи по ту сторону подчинения диспозитиву саморазвития, предлагает смотреть на жизнь как на самоценный процесс. Как говорили древние, всякой вещи свое время и свое место. По сути, субъект заботы о себе, выбирающий достаточно хорошую жизнь, отказывается от бесконечной гонки достижений и войны с самим собой и начинает двигаться с акцентом на проживание каждого дня в удобном ему режиме и темпе, отстаивая право жить именно так, как ему хочется, и подбирая инструменты самопомощи сообразно текущим задачам.

Здесь возникает еще один нуждающийся в рассмотрении сюжет, затрагивающий переход от количества к качеству. Стремясь, по выражению Венди Браун, всякую свою способность превратить в прибыльное предприятие, от карьерных достижений с повышением зарплаты до монетизации хобби и дополнительного дохода, субъект достижений оборачивает любые начинания и мотивы в экономическую упаковку продукта, сервиса или услуги. Соответственно, он воспринимает всех окружающих как поставщиков, бизнес-партнеров или оказывающих услуги экономических агентов. В такой логике деньги становятся единственным эквивалентом для оценки прожитого времени, инвестированных материальных и нематериальных ресурсов и других показателей саморазвития в контексте реализуемого селф-менеджмента. Однако при смещении акцента на заботу и качество жизни обнаруживается, что деньги, будучи унифицированным количественным показателем и технологией конвертации любого опыта или внутренних состояний в ресурс, обесценивают все, что не начинается или не заканчивается монетизацией.

Деньги выступают конвенционально принятым способом оформить опыт чувственного переживания, которое и выступает источником ценностей и вокруг которого выстраивается любая форма потребительского опыта. Но именно это обезличивание и объективация ценностей при размещении их в самом объекте потребления (товаре, услуге или еще чем-либо купленном за деньги) производит определенное отчуждение в жизни человека. Если человек возлагает свои ожидания и конвертирует ценностные отношения именно в потребительский опыт, от него ускользает принципиальная несводимость субъективно переживаемого ценностного опыта к тому, что размещено в пространстве потребления. Субъект достижений, осмысляющий себя под влиянием диспозитива экономического саморазвития, воспринимает весь процесс своей жизни как инвестирование денег ради приумножения денег, и, как следствие, все иные качественные характеристики жизни схлопываются и самоуничтожаются в таком способе интерпретации своего повседневного опыта существования.

Переход от субъекта достижений к субъекту заботы, реализующему свое желание в различных аспектах формирования опыта, связано с переосмыслением понятия ценности. Понимая ценность не как исключительно эквивалент определенной суммы денег и их покупательной способности, индивид наталкивается на новое понимание ценности как объекта интереса. То есть прослушивание музыки, чтение книги, прогулка в парке, созерцание картины или просмотр фильма обретает субъективную ценность при проявлении интереса к ним. Заинтересованное отношение к чему-либо обнаруживает вовлеченность человека в процесс переживания чего-либо, что может быть зафиксировано в качестве внутренне значимой ценности[273]. Устойчивый интерес к заботе о себе в той или иной форме оказывается основой для особого качества проживания опыта жизни.

Пробуждение личного интереса – это субъективное внутреннее состояние, которое позволяет вычленить из множества явлений и процессов в культуре нечто примечательное, что становится объектом особого внимания и задает вектор дальнейшей заинтересованности. Начиная с интересом и энтузиазмом заниматься чем-либо, мы обнаруживаем себя в состоянии, противоположном скуке, апатии и отсутствию желания что-либо делать, отсутствию какого-то увлечения. Кроме того, на месте