Мария Терезия. Политический портрет - Ганс фон Цвидинек

район Триеста. Существовали самостоятельные Богемская, Венгерская и Трансильванская придворные канцелярии, а также Нидерландский и Итальянский советы. Общими для всех габсбургских земель органами были только Надворный военный совет и Надворная палата, которые, однако, являлись не столько государственными, сколько императорскими структурами. Они отвечали за армию и финансы соответственно.

Правосудие, общественная безопасность, социальная политика, отношения между землевладельцами и их подданными, образование и местная администрация не входили в сферу ответственности центральных органов. Ими занималось местное управление — ландтаги и их комитеты («уполномоченные»), а также отдельные крупные землевладельцы. При Карле VI и в начале правления Марии Терезии земли пользовались такой же автономией, какой сегодня обладают субъекты конфедерации. Тироль и западные территории (Форарльберг, Австрийская Швабия, Брейзгау) были связаны с другими владениями Габсбургов только личностью монарха. То же самое касалось Венгрии и Семиградья, Богемии, Моравии и Силезии. Память об исторической связи между тремя последними из названных земель уже успела померкнуть; даже присягу монарху их представители приносили порознь, и «Прагматическую санкцию» их сословия рассматривали по отдельности, не считая нужным советоваться друг с другом. В Богемии политическое самосознание было развито не больше, чем в немецких землях. В отличие от Венгрии, Милана и Нидерландов, здесь не считали себя особым королевством, имевшим право предъявлять требования к правящей династии. Права сословий были значительно урезаны законом 1627 года, и богемский ландтаг даже не мог отправлять в Вену просьбы. Формально все органы самоуправления сохранились; члены местного правительства носили, как и прежде, звучные титулы, однако не обладали соответствующим влиянием. Власть местной аристократии над зависимым крестьянством была велика и нередко принимала достаточно жестокие формы после того, как в 1487 году крепостная зависимость была законодательно закреплена решением ландтага. Карл VI патентом от 27 января 1738 года постарался смягчить положение своих богемских подданных, разрешив им жаловаться в окружные инстанции. Однако это не привело к серьезным изменениям, поскольку местные чиновники назначались сословиями, то есть теми же дворянами, от которых они должны были защищать крестьян.

* * *

Главным инструментом Габсбургов, с помощью которого они защищали свое положение как в Империи, так и на международной арене, была армия, знамена которой развевались на полях сражений во всех концах Европы. Уже ландскнехты Максимилиана I содержались исключительно за счет императора. Карл V с их помощью в последний раз попытался продолжить традицию Штауфенов в Италии, его брат Фердинанд с помощью «немецких кнехтов» защищал крепости в Венгрии и на турецкой границе. В Тридцатилетнюю войну имперских войск больше не было — только императорские, принесшие присягу Австрийскому дому. Валленштейн вынужден был убедиться в том, что из императорского генерала нелегко сделать имперского князя — ведь император может вести войну даже против Империи. Полки, навербованные подчиненными Валленштейна, превратились в соединения постоянной армии. Их вели в бой Монтекукколи и Штаремберг, принцы Баденский и Лотарингский, наконец, незабываемый Евгений Савойский. Эта армия одерживала победы и над французами, и над турками. В Нидерландах, Неаполе и Испании немецкие гренадеры и богемские кирасиры проливали кровь — неизменно на службе Австрийского дома и лично императора.

Если не считать французского короля, ни один другой монарх Европы не мог выставить в поле более многочисленную армию. Несмотря на все свои финансовые проблемы, Габсбурги всегда находили источники денег и располагали обширными территориями, где могли вербовать солдат. На руку австрийцам оказалось то, что они в большинстве европейских конфликтов являлись союзниками папы, который не мог отказать в финансовой поддержке самой энергичной католической державе Европы. Кроме того, императорский титул позволял без каких-либо препятствий нанимать солдат не только в наследственных землях, но и на всех имперских территориях.

Армия Габсбургов была по своему национальному составу в первую очередь немецкой армией. Только полки, расквартированные в Италии, могли нанимать местных жителей. Венгрия с разрешения сейма формировала три полка. Более существенный вклад вносили пограничные районы монархии Габсбургов, в которых селились славяне-христиане из Османской империи, получившие императорские привилегии. После реформы, проведенной фельдцейхмейстером принцем Иосифом фон Заксен-Хильдбургхаузеном в 1737 году, граничары взяли на себя обязательство нести военную службу и за пределами своих земель. В течение десяти лет из них было сформировано шесть пехотных полков по четыре тысячи солдат в каждом и 13 гусарских рот. Позднее Банат и прилегающее к нему пограничье дали еще четыре полка по 6300 солдат и гусарский полк численностью три тысячи человек. Лишь в приграничных районах существовала воинская повинность. В наследственных землях Габсбургов только землевладелец, а не монарх мог обязать подданных вступить в армию.

В 1690 году, после падения Белграда, был впервые организован рекрутский набор в размере 12 тысяч человек. Однако постоянной традицией это не стало. Насильственные рекрутские наборы были отвергнуты и в 1742 году, хотя годом раньше наследственные земли «поставили» в армию 15 тысяч человек. Солдат приходилось вербовать. После того как в годы Тридцатилетней войны наемники утратили свою самостоятельность, срок найма фактически стал пожизненным. В XVIII веке такое положение дел уже не выглядело привлекательным для нанимаемых, поэтому полкам было позволено заключать с солдатами договоры на определенный срок (так называемые капитуляции).

Численность армии при Карле VI не выросла. В 1718 году в ней насчитывалось 53 пехотных, 22 кирасирских, 17 драгунских и 5 гусарских полков. В 1739 году эти цифры составили 52, 18, 15 и 9 полков соответственно. Нехватка денег после войны с турками даже вызвала к жизни план серьезного сокращения. В год смерти Карла VI номинальная численность австрийского войска составляла 141 800 человек и 33 480 лошадей. Фактически под знаменами находились 107 тысяч солдат с 29 тысячами лошадей. Это была весьма значительная цифра, однако собрать всю армию целиком в одном месте было невозможно. Протяженные границы требовалось защищать, а в отдаленных районах, слабо связанных с наследственными землями, гарнизоны были единственным зримым воплощением императорской власти. Большие расстояния и разбросанность военных частей затрудняли формирование единой армии на территории Империи.

Пехота вооружалась в основном мушкетами с кремневыми или батарейными замками, а также штыками длиной около полутора футов. Полевая артиллерия была сосредоточена в рамках так называемого Главного корпуса, который в мирное время дислоцировался в Праге и состоял в основном из уроженцев Богемии. Он еще не представлял собой воинскую часть в полном смысле слова, сохраняя некоторые черты гражданского учреждения. Лишь немногие его офицеры умели ездить верхом, лошади для упряжек предоставлялись только в военное время. Своих жен и детей артиллеристы брали в поход, перевозя на повозках с боеприпасами. Калибр орудий варьировался в диапазоне от одного до 48 фунтов, но полковые орудия были, как правило, трехфунтовыми. Дальность их стрельбы составляла обычно