Маскарад - Ирена Мадир

– Иду, – говорю я хвостатой и, подобрав подол платья, быстро поднимаюсь по лестнице.

Из головы всё ещё не выходит то, что Призрак и Рутил родственники, а ещё слова последнего про замыкание… Кажется, я видела упоминания об этом в книгах, но на подробностях не заостряла внимания. Вероятно, придётся вновь посетить библиотеку…

Кошка уже сворачивает в знакомый коридор с дверьми, ведущими в ложи бельэтажа. Я не отстаю и не выпускаю загадочную питомицу Призрака из поля зрения, даже когда она сворачивает в альков. Воспоминания об этом месте захватывают и по коже рассыпаются мурашки, моё отражение наблюдает за мной по ту сторону, как и в тот день. Кажется, что сейчас сюда явится и Призрак, чтобы вновь проучить и наказать…

– И что дальше? – уточняю я у кошки. Та уселась у зеркала и теперь, видимо, гипнотизирует его.

– Мяу, – исчерпывающе отвечает хвостатая.

Ещё минуту ровным счётом ничего не происходит, а я уже собираюсь разочарованно развернуться и уйти размышлять о словах Рутила и новых угрозах, как вдруг… Поверхность зеркала идёт рябью, дрожит. Кошка тут же прыгает вперёд, погружаясь в странную субстанцию, заменившую зеркало. Я же задерживаюсь на несколько секунд, не понимая, что делать. Однако, раз уж для кошки это безвредно, наверняка и для меня тоже, и раз уж это единственный шанс…

Я решительно делаю шаг, но жмурюсь, готовясь к неприятным ощущениям. Однако это похоже на погружение в воду и одновременно на выныривание из неё, потому что стоит переступить через раму зеркала, как через порог, я оказываюсь в каком-то тёмном месте, разглядеть которое не могу. Приходится на ощупь вытаскивать нусфон из сумочки.

Экран загорается ровным синеватым светом, позволяя вычленить хоть что-то: каменные стены и пол, а главное – герб Империи, отпечатанный на ближайшем углу. Очевидно, тайные проходы появились очень давно, Призрак лишь пользовался тем, что досталось в наследство от некогда великой страны. Точно ясно одно: если я не в самом логове Призрака, то явно на полпути к нему.

22. Логово

ТЕНЬ

Кремовая шерсть на фоне кромешной темноты заметна лучше, так что яркости экрана нусфона с лихвой хватает на то, чтобы не потерять кошку из виду. Я спускаюсь за ней, рукой придерживая длинное платье, чтобы не споткнуться, и мысленно отмечая, что мы очутились где-то в районе первого этажа.

Каблуки стучат по каменному полу узких проходов. У меня никогда не было клаустрофобии, но, боюсь, из-за тесноты она скоро проявится. Создаётся впечатление, что стены давят, пытаясь расплющить. Понятия не имею, как здесь ходит Призрак, вероятно, боком.

Кошка уводит меня всё ниже, теперь куда-то на уровень подвала. Температура вокруг стремительно падает, и тонкое шёлковое платье на бретельках едва ли защищает от прохладного воздуха, а усатая провожатая вновь находит лестницу. Но у неё такой крутой спуск, что становится страшновато. Каблуки не способствуют устойчивости, как и высокие и узкие ступеньки, а пасть тьмы услужливо распахнута в ожидании, когда кто-то свалится в её жуткий зев…

– Предки, помогите, – бубню я, замедлясь и упираясь рукой в стену.

Под пальцами тут же ощущается ещё одно клеймо на камне в виде грифона с короной над его головой. Очередной герб Империи, не узнать который просто невозможно. Значит, тайные проходы созданы очень давно и расположены глубоко под театром. Мы явно уже забрались ниже подвала.

Я достигаю ровного пола в коридоре куда более просторном, чем те, что были сверху. Тут сыро и холодно настолько, что я ёжусь, покрываясь мурашками. Мрак вокруг такой же густой, как и раньше.

– Мяу! – требует кошка, выглядывая из прохода впереди.

Я спешу к ней, обнаруживая помещение с распахнутой дверью. Под светом экрана нусфона удаётся разглядеть стол и кресло, а главное – канделябр с тремя свечами. Это явно будет лучше, чем постепенно разряжающийся нусфон.

– Мяу. – Кошка трётся о мои ноги, загадочными зигзагами обходя их снова и снова, пока мы продвигаемся к столу.

– Сейчас, подожди немного, – уговариваю я, наклоняясь. Моя рука проходится по её макушке, пальцы почёсывают ухо, вызывая вибрирующее мурчание.

Отложив нусфон на край стола, беру спички, валявшиеся рядом, и зажигаю свечи. Мягкий тёплый свет отгоняет сплошную черноту, но не способен охватить всё пространство. Тем не менее теперь заметны новые детали комнаты. Например, узкие шкафчики у стены, две миски в углу, в одной из которых поблёскивает вода, а ещё разбросанные по полу вырезки из газет и журналов… с лицом Тины.

Я нервно сглатываю, присаживаясь на корточки и замечая отпечатки ног, прошедших по примятым листкам. Так не относятся к той, кого называют Музой, разве нет?

– Мяу! – напоминает о себе кошка, обрубая размышления.

Она отошла от меня и крутится у дверцы одного из шкафчиков, напоминающих те, что обычно ставят в раздевалки спортзалов или вроде того. Я наконец поднимаюсь, прячу нусфон в сумку и открываю загадочную дверцу. За ней обнаруживается большой пакет дорогого кошачьего корма, а рядом ещё несколько упаковок лакомств. Очевидно, питомица вела меня сюда, движимая исключительно гастрономическими интересами.

– Бедняжка, ты проголодалась, – сюсюкаюсь я с ней, – моя ты красавица!

Щедро высыпаю в миску лакомство с кошачьей мятой, и хвостатая нетерпеливо бросается на еду, а я отступаю, решив оглядеть оставшиеся шкафчики.

В одном из них лежит несколько балаклав, в другом – знакомый мотоциклетный шлем и портупея, а ящик в углу хранит внутри сейф. Пароль неизвестен, так что остаётся лишь догадываться, что Призрак держит там.

Больше изучать тут нечего, поэтому я с канделябром в руке продвигаюсь дальше, оставив сытую кошку на кресле. В основном помещения либо закрыты, либо пусты. Но есть комната с ванной, унитазом за перегородкой и кошачьим лотком поблизости.

У очередной лестницы, обнаруживаются ещё две странности. За одной из дверей – возвышение, на котором стоит каменный гроб с приоткрытой крышкой. Я решаюсь войти и заглядываю в саркофаг, ожидая увидеть иссохшую мумию или вроде того, но там оказывается благородного глубокого фиолетового цвета простынь и подушка, внутри даже лежит какая-то книга по астрономии.

– Он отдыхает тут? – Эхо повторяет мой вопрос с тем же изумлением.

Покинув загадочную усыпальницу, я заглядываю в последнее непроверенное помещение на этом уровне. Это полукруглая комната без пола. На стенах вырезаны переливающиеся