Четвертое королевство - Ана Эм

Теперь даже русалки не в безопасности в море. А все потому что именно Амора стала гребанной хранительницей.

– Принцесса? – снова подал голос Дэмиан, возвращая ее в реальность.

Выражение его лица была обеспокоенным.

– Что не так?

Все не так. Проклятье, они ведь сидели на якоре. Практически в открытом море. Как чертова добыча.

Амора открыла рот, чтобы впервые заговорить с ним, предупредить, но тут что-то ударило по дну корабля с такой силой, что толчок почувствовали даже здесь, на верхней палубе.

– Какого дьявола? – Дэмиан нахмурился и повернулся в сторону двери.

Толчок повторился, и все внутри Аморы опустилось вниз, скрутилось в тугие жгуты ледяного страха. Она же, дьявол, не настоящая хранительница, у нее не было медальона, да и магией она вообще не умела пользоваться. Даже самой простой.

На палубе раздались крики, а затем воздух прорезал Тритонов рог. Так пираты называли инструмент, с помощью которого оповещали команду об опасности.

Дэмиан вдруг вынул из ножен один из своих клинков и вложил его у руку Аморы.

– Жди здесь. – приказал он и тут же направился прочь из каюты.

Амора замерла, уставившись на клинок в своей руке. Ее кожа пульсировала, а сердце бешено колотилось в груди. Она прикрыла глаза, чувствуя, как магия оживает в крови, циркулирует в ней, взывает к ней, но как Амора не пыталась направить ее, схватить в кулак, удержать, она продолжала просто вливаться в нее и переливаться через край мощным потоком.

Ее позвоночник выгнулся, а легкие сжались. Желание обернуться стало невыносимым. Она слышала зов. Море кричало. Или это был кто-то другой?

Когда Амора снова открыла глаза, перед ней полыхал мир. Она каким-то образом вышла из каюты и теперь стояла у лестницы, ведущей к штурвалу. Пираты кричали. От боли и ужаса. В воздухе стоял металический запах крови, смешанный со знакомым ароматом моря. Амора заметила Тео. Пират орудовал двумя саблями сразу, пытаясь освободить Джека из плена серых щупалец. Медузы были повсюду. Поднимались по бортам корабля и бросались на тех, кто был ближе всего. Кому-то удавалось спастись, а кого-то забирали в море. Крики пиратов утопали в воде за бортом. Все больше и больше мужчин выбегало на палубу с нижних ярусов, но чудовищ было больше. Намного больше.

– Огонь. – крикнул Дэмиан откуда-то справа. – Они боятся огня.

Зажглись факелы.

Медуза бросилась к Калему и прижала его к мачте. Тот успел вонзить клинок прямо ей в сердце. Не поможет, подумала Амора.

– Рубите головы. – раздался голос Рида совсем близко.

Он бросился к Аморе, быстро развернувшись лицом к трем медузам. Одним резким и точным движением он отрубил шипящую голову справа, затем слева. От третьей он увернулся, едва не споткнувшись о мерзкие щупальца, но во время выпрямился и снес еще одну отвратительную голову. Все три чудовища обратились в морскую пену, что тут же впиталась в древесину корабля.

Он спас ее? Рид спас ее? И что еще важнее, почему Амора не двигалась?

Ее кости горели. Желание обратиться превратилось в потребность. На лбу выступил пот. Она горела. Буквально кипела изнутри. Позвоночник снова дернулся.

– Что ты здесь делаешь? – кричал на нее Рид, но она едва ли разбирала его слова за бешеным стуком своего сердца. – Вернись в каюту.

Он указал на дверь за ее спиной и снова ринулся в бой. Амора потрясла головой, пытаясь ухватиться за реальность, пытаясь вернуть себе самообладание, контроль.

Что со мной происходит?

Магия. Она сожжет ее изнутри, если она не сделает хоть что-то.

Ты не сдохнешь на этом чертовом корабле.

Амора набрала в легкие побольше воздуха и сжала клинок в руках крепче. Думай. Они пришли за ней, пираты их отвлекли, но это лишь вопрос времени, когда до нее доберется их предводительница. У чудовищ всегда есть кто-то главный. Самый сильный. Тот, кому подчиняются более мелкие твари. И те медузы, что были сейчас на палубе были мелкими. Ни одна из них не была Аморе ровня в ее русалчьем облике.

Вода.

Она повернула голову в сторону борта, откуда лезли все новые и новые твари. Ей нужно было уходить. Плыть к берегу. Подальше отсюда. Иначе они убьют ее нахрен.

Ноги сами понесли ее к лестнице, куда еще не добрались медузы. Амора преодолела две ступеньки за раз и оказалась у штурвала. Хаос внизу не стихал. Рид лез на мачту к балкончику сверху. Пит завопил от боли, когда медуза обхватила его тело щупальцами, явно сломав не одну кость. Клинок выпал из его руки. Короткостриженый Джек бросился ему на помощь, но не успел. Медуза за считанные мгновения добралась до борта и прыгнула в воду, утащив за собой Пита.

Вот, кому не стоило сегодня выходить из каюты.

Пит был мертв. Еще сегодня утром он с ней разговаривал, неся какую-то чушь, а теперь был мертв. Амора не могла понять, что именно шевельнулось у нее в груди, но это точно было что-то. Она отмахнулась от этого странного ощущения и бросилась к носу корабля. Одной рукой расстегнув ремень своих брюк, она приготовилась к прыжку в море, но тут услышала, как что-то рухнуло на палубу прямо рядом с ней.

Сглотнув, она медленно развернулась, подавив крик. Вот оно. Чудовище сошедшее со страниц учебника. Эта медуза была больше остальных и практически на голову выше Аморы. Серые щупальца тоже были крупнее и длиннее, чем у других. Они извивались вверх-вниз, точно черви, когда сама тварь медленно двинулась в сторону Аморы. Тело медузы было покрыто змеиной чешуей и напоминало женщину. Во рту был целый ряд острых зубов, вместо носа две щелочки, а вертикальные зрачки то и дело сужались, пока медуза рассматривала Амору с ног до головы, прищуриваясь, будто бы пытаясь что-то определить. Ничто из этого не пугало Амору так, как эти змеиные волосы, что усеивали голову твари. Их яд парализовал жертву. Людей намного быстрее, чем русалок.

Принцесса сжала клинок в левой руке крепче, мысленно прикидывая свои варианты. Столкновение было неизбежно. Но здесь она была слабее, чем в море. Все ее тело буквально умирало от желания оказаться под водой. И она будет дурой, если не прислушается. Поэтому Амора не двигалась, отсчитывая удары своего сердца.

Один.

Серая щупальца добралась до ее лодыжек.

Два.

Липкая влажная ладонь обхватила ее горло.

Три.

Рид на мачте