Четвертое королевство - Ана Эм

Старик подошел к Аморе, чтобы взглянуть на ее прогресс, но увидев два нетронутых ведра, шумно вздохнул. Проклятье слетело с его губ, и он пододвинул к себе еще одну табуретку, разместившись напротив Аморы. Та и бровью не повела, когда старик сам начал чистить картошку.

Не глядя в ее сторону, он завел разговор. Сначала о погоде, потом о всякой всячине. Позже начал спрашивать Амору, как называются те или иные предметы вокруг. Русалка не противилась этому. Даже наоборот, старалась говорить со стариком как можно больше, совсем не замечая легких улыбок и взглядов, что Калем бросал в их сторону. Она в общем то была и не против того, что он знал о ее плохом эсумийском. Он в любом случае уже догадался вчера ночью, когда она просила его пропустить ее в каюту капитана.

Когда старик отошел с ведром начищенной картошки, Калем подошел к Аморе и шепотом спросил:

– Ты нашла то, что тебе было нужно?

Амора кивнула.

– Да, но он поймать меня.

Калем нахмурил свои темные брови, присев на корточки рядом с ней.

– Если так, то почему он не наказал тех, кто был на дежурстве? Мы же все-таки упустили тебя из виду.

– Не знаю. – она пожала плечами, отхлебнув еще воды из своей бутылки. – Может, он считать нападение достаточный наказание.

Парень слегка улыбнулся.

– Он посчитал достаточным наказанием. – исправил тихо, и Амора повторила предложение слово в слово. Ей все еще плохо давались эти чертовы окончания.

– Думаю, ты права. – согласился Калем, и на мгновение его лицо помрачнело. – Рад, что ты выжила.

Амора знала, что в такие моменты по правилам этикета следует принести соболезнование, но она терпеть не могла правила и считала высшим лицемерием высказывать сожаления о смерти тех, кого и сама вполне могла убить. Так что, она ограничилась правдой, которую действительно чувствовала:

– Рада, – осторожно произносила она каждое слово. – Что и ты выжил.

Калем тепло улыбнулся и встал, возвращаясь к своей работе за столом. Тем временем старик снова сел на табуретку, но уже с ведром морковки. Аморе понравился этот овощ в сыром виде, но предпочтения она все равно отдавала более знакомым ей фруктам. Вот и сейчас потянувшись к корзине под столом рядом, она выудила оттуда апельсин и принялась чистить его голыми руками, сбрасывая шкурки в одно из ведер старика. Тот снова заговорил, но уже приглушенным голосом, так, чтобы Калем с другого конца кухни не услышал:

– Дэмиан считает, ты добила ту медузу клинком, что он тебе дал. – он не поднимал на нее глаза, ловко снимая грязь и верхний слой с морковки. – А потом тебе просто повезло, потому что с рассветом твари вдруг разом покинули корабль и уплыли.

Амора фыркнула. Ну, разумеется, он считал, что ей повезло. Иначе и быть не могло. Разве такое хрупкое создание, как она, могло справиться с таким чудовищем, как та медуза?

– Но что произошло на самом деле? – осторожно спросил старик и посмотрел на русалку поверх своих очков.

Амора встретила его взгляд, ответив расплывчато:

– Мне повезло.

Она действительно так считала, но не в том смысле, что Дэмиан. Все, что произошло прошлой ночью было…сложно осмыслить. Амора помнила все, но все ее действия будто бы были продиктованы не ей самой, а чем-то иным. Сейчас она хорошо понимала, что если бы сражалась в здравом уме, то использовала бы оружие. И не только под водой. Она бы попыталась напасть и на суше. Воспользовалась бы любыми преимуществами. Однако русалка в ней полностью взяла вверх над происходящим вчера. В тех движениях и маневрах, которые она исполняла не было тех, которым учила ее Королева Оринфа. Даже дворцовые стражницы не были обучены ударам хвоста, потому что их плавники не разрезали плоть в обычном состоянии. Они также всегда носили кольчугу поверх любого своего облика, ведь их чешуя не была способна выдержать удар острым оружием. Амора не сомневалась, что если бы вчера на нее напали с острым клинком, было бы больно, но серьезных ранений она бы не получила.

Так что, да, ей повезло, что ее тело каким-то чудом сумело полностью обратиться. И в общем-то было не важно, что именно этому поспособствовало. Магия или же страх смерти.

Старик принял ответ Аморы и сменил тему:

– Ты не виновата в их смерти.

Светлые брови русалки сошлись на переносице, и она отправила в рот дольку апельсина.

– Что?

Мужчина прочистил горло, было видно, что ему не хотелось говорить на эту странную тему, но он продолжал:

– Те ребята погибли не по твоей вине. И Дэмиан это знает. Все на этом корабле достаточно взрослые, чтобы самостоятельно принимать решения. И тот факт, что ты…

Он осекся, бросив взгляд на Калема, который что-то жарил на плите и даже не смотрел в их сторону.

– Пела. – закончил пират. – Никак не связан с тем, что они решили напиться в хлам и потеряли бдительность, когда это было жизненно необходимо.

Амора едва не рассмеялась в голос. Старик решил, она испытывает вину за смерть каких-то там пиратов? Что из-за того, что она подбила команду устроить крошечный бунт, ее будет мучать совесть? Даже мысли об этом вызывали смех. Аморе пришлось заткнуть рот долькой апельсина, чтобы не расхохотаться старику прямо в лицо. Это было бы крайне грубо с ее стороны.

– Знаю. – кивнула она, пряча улыбку.

– Хорошо. – выдохнул старик, опустив глаза к морковке. – Я, кстати, принес тебе кое-что.

Отложив нож в сторону, мужчина поднялся и подошел к одному из ящиков, что горой стояли у стены справа. Порывшись там, выудил, о боги, книгу. Амора сморщилась еще до того, как он протянул ее ей.

– Вот. Читай вслух. Это поможет с дикцией и грамматикой.

Русалка взглянула на книгу так, словно та была заражена какой-то смертельно болезнью, и вздохнула, не хотя забирая ее.

– Минимум пять страниц.

– Пять страниц? – воскликнула Амора с ужасом. Она, должно быть, ослышалась.

Со стороны Калема раздался приглушенный кашлем смех.

– Ты права. – потер старик свою седую щетину. – Пять маловато. Десять.

Крабовы яйца.

В последний раз Амора столько читала, когда Гива дала ей ту книгу по чудовищам. Но там были картинки, да и вся информация была краткой и емкой. Никакой воды и все по существу.

Девушка