Четвертое королевство - Ана Эм

пустил огненную стрелу прямо в сторону Аморы. Та попала медузе в горло, и тварь зашипела от боли, сжав горло русалки сильнее. Последнее, что увидела Амора, прежде чем медуза сбросила их обоих за борт – полные ужаса, широко раскрытые глаза Рида на мачте.

25

Тело плашмя ударилось о воду. Кости задрожали, впитывая в себя боль. Амора успела лишь задержать дыхание, прежде чем море сомкнулось над ее головой. Пламя, что еще мгновение назад окутывало стрелу торчащую из горла медузы, потухло. Щупальца все еще крепко удерживали ноги Аморы, не давая ей обращаться, а рука твари уверено держала русалку на месте.

Чудовище оттолкнулось своими оставшимися конечностями от воды, погружаясь глубже в море. Ночью здесь была лишь непроглядная тьма, но даже если бы Амора и захотела осмотреться, времени не было, да и все ее внимание было полностью сосредоточено на дюжине змей у ее лица.

Ты, мать твою, выживешь.

Ты не перестанешь бороться.

И ты не умрешь вот так.

Крепче сжав клинок в левой руке, она вонзила его под ребра медузе и тут же вынула. Тварь заверещала на такой чистоте, которую Амора в жизни не слышала. Щупальца на ее ногах разжались, утаскивая за собой брюки Аморы. Русалка не медлила и нанесла еще один удар по руке, что продолжала сдавливать горло.

Все вокруг разом замедлилось. Пульс Аморы гулкими ударами отдавался в ее голове. Она видела, как медуза отпрянула назад, пытаясь достать стрелу из своего горла, чувствовала, как повязка с ее талии исчезла вместе с рубашкой. И все это сопровождалось ее превращением. Таким желанным и таким необходимым. Каждая клеточка ее тела ожила, вздохнула. Кости срастались, кожа сливалась воедино и покрывалась жемчужной чешуей. Однако этого было недостаточно.

Инстинкты требовали большего. Тело Аморы знало, чувствовало – нужно защищаться всем, что есть. Иначе не выжить. Полное обращение. Обжигающая магия в крови толкала ее сделать этот шаг, опуститься на самую глубину ее естества и достать чудовище наружу.

Амора не почувствовала, как клинок соскользнул из ее руки, потому что позвоночник разом изогнулся, а из горла вырвался болезненный крик. Боль была похожа на ту, что она испытала в свое самое первое превращение, только намного, намного хуже. Спину и хвост сзади обожгло, точно кто-то разрезал мясо до самой кости.

Плавники, острые как самые наточенные кинжалы вырвались из ее спины и хвоста. Уже существующий раздвоенный плавник удлинился и стал тверже. Жемчужная чешуя уплотнилась, превращаясь в естественную броню. Амора взглянула на свои руки. Из предплечий по бокам выросла новая пара плавников, а ногти превратились в самые настоящие когти, способные пробить грудную клетку человека насквозь. Она была уверена, что и зубы заострились. И это были не все изменения. Ее зрение и слух стали в разы лучше. Теперь она видела хаос вокруг так, словно солнце освещало мертвые тела пиратов вместе с медузами. Последние собирались в кучу вокруг своей королевы…

Тук. Тук. Тук.

Амора подняла голову к кораблю, что стоял на якоре совсем рядом. Этот стук шел оттуда. Сильный. Мощный. Наполненный жизненной энергией. Сердца. Она чувствовала сердца всех на том корабле. И эта крошечная мысль вкупе с секундой смятения стоила Аморе немало.

Все вокруг резко пришло в движение. Она знала, что обращение заняло у нее всего пару мгновений, но этого вполне хватило, чтобы медуза достала стрелу из своего горла и бросилась в атаку. Один на один. Так было заведено со времен сотворения мира. Одно чудовище против другого чудовища.

Медуза подалась телом назад, и огромные щупальца раскрылись веером вокруг Аморы. Русалка не успела моргнуть, как они обхватили ее тело, пытаясь раздавить. Однако острые плавники тут же вонзились в серую плоть, разрезая ее точно нож. Медуза зашипела, освободив Амору и намереваясь полоснуть по ней своими когтями, но русалка была быстрее. Намного быстрее. Она в жизни не чувствовала подобной силы.

Перекрутившись всем телом назад, Амора воспользовалась хвостом и резанула своим раздвоенным плавником по животу медузы. Алая кровь прыснула в воду, тут же растворяясь.

Амора перекрутилась и выровнялась в воде. Не мешкая ни секунды, она бросилась к медузе, проплыв под ней и оказавшись за ее спиной так быстро, что перехватило дыхание. В то же самое мгновение русалка направила предплечье к тонкой шее, намереваясь снести голову острым плавником. Но что-то остановило ее. Тело разом перестало ей подчиняться. Кровь в жилах закипела. Уже знакомая магия обожгла Амору изнутри, и она поняла, прочувствовала это знание всем своим существом.

Я не могу убить. Не могу убить ни одну из этих тварей.

Потому что она была не просто хранительницей, Амора была хранительницей чудовищ. Она должна была защищать их. Как только эта мысль коснулась ее сердца, она почувствовала это. Почувствовала точно крошечный разрыв нитей глубоко внутри нее. Те медузы, которых убивали на корабле, она ощущала их смерть.

Колебание вновь стоило Аморе решающего удара. Огромная щупальца ударила по ее боку, и русалка отлетела в сторону. Ее ребра взвыли, а рана, что еще полностью не зажила, начала снова кровоточить.

Дерьмо.

Если она не могла их убить, то как не дать им убить ее. Магия. Ну, разумеется, она должна была каким-то образом использовать магию, чтобы подчинить их себе. Без нее их потребность добраться до Аморы не исчезнет. То были базовые инстинкты. Королева медуз бросила ей вызов, потому что чувствовала более сильного хищника, и все внутри русалки желало ответить. Однако в этом вообще не было никакого смысла, если Амора не могла нанести решающий удар.

Что мне, Тритон подери, делать?

Медуза вновь бросилась к Аморе, на этот раз в дело пошли не только щупальца. Острые когти слегка полоснули по плечу русалки, но Амора успела увернуться. Пусть она и не могла убить, зато могла покалечить. Вместо прямого нападения, она начала кружить под медузой, разрезая щупальца одно за другим. В ход шло все – хвост, плавники рук, когти и спина.

Металлический запах крови заполонил все вокруг. Аморе едва удавалось разрезать плоть, как она получала другой конечностью по животу.

Они кружили вокруг друг друга, не желая сдаваться. Медуза лишилась одной щупальцы и была покрыта множественными порезами. Ребро Аморы справа явно треснуло, были еще кровавые полосы на плече, порез на щеке