Потерявший солнце. Том 3 - FebruaryKr

Ши Мин дернулся в когтистых руках Кота, зажмурился и медленно выдохнул.

— Я все понимаю, — с беспомощной злостью заговорил он и поднял глаза на Мастера. — Я просто буду рядом и не стану приближаться к нему.

Кот зарычал. Казалось, у него закончился запас человеческих слов о непроходимой глупости отдельных членов компании. Ши Мин с нарастающим раздражением стряхнул ладони юноши со своих плеч.

— Времени совсем не осталось, а вы всё думаете, что можете кого-то уберечь! — рявкнул он. — Вы видите, что происходит? За окном тьма, но до темноты было не меньше четырех часов. Может, завтра солнце вообще не поднимется, а мы так и будем сидеть и решать, кому и сколько позволено отдать для спасения!

Не замеченный никем, Ду Цзыян осторожно приставил костыль к стене и встал, сняв с подставки один из фонарей. Сделав несколько неуверенных шагов, он оглянулся на крепко спящую наложницу, свернувшуюся клубочком на краю постели.

Он тихо вышел из комнаты. Путь до тронного зала не был долог, но источенному недугом телу каждый шаг давался с трудом.

Рыжее пятно плясало на каменном полу, освещая то бесконечную череду дверей, то влажно блестящие, затянутые морозным узором окна.

В тронном зале было темно и тихо. Подняв фонарь повыше, Ду Цзыян осветил изрядную часть испятнанного чем-то темным пола и осмотрелся. Неяркий огонек не достигал стен огромного помещения, и он просто побрел вперед, надеясь на удачу и настороженно прислушиваясь.

— Юкай? — негромко позвал он. Темнота и тишина давили, и Ду Цзыяну вдруг показалось, что время утекает неумолимо и он сам выпускает из рук последние мгновения, не имея сил сжать пальцы посильнее. — Юкай!

В коридоре послышались шаги. Ду Цзыян заметался по залу, фонарь раскачивался в его руке, как маятник. Если он не успеет найти брата, то его просто уведут отсюда и не дадут помочь.

Ду Цзыян поступал глупо и шел на это с отчаянием самоубийцы. Он не мог, не имел права верить, что спасения для брата больше нет. Если все так, то разве мог он просто стоять в стороне и смотреть?

— Брат? — тихий неуверенный голос прозвучал так тускло, будто темнота старалась заглушить его.

Вслепую бросившись на звук, Ду Цзыян едва не полетел на пол, врезавшись в сидящего у стены Юкая. Увидев безучастное лицо и серебро волос, он опустился на пол, вздрагивая от холода и ужаса.

— Боялся, что не найду тебя, — пробормотал он неловко и поставил фонарь на пол. Протянув руку, вскользь коснулся ледяной щеки и только потом позволил себе зажмуриться, пережидая поднявшуюся внутри сокрушительную бурю.

— Хорошо, что ты пришел, — прошелестел Юкай и завалился набок, уткнувшись головой Ду Цзыяну под ребра. — Хорошо, что пришел именно ты.

Судорожно стиснув пальцы на плечах брата, Ду Цзыян привалился к стене, пытаясь сохранить равновесие. Он чувствовал биение чужого пульса и лишь сейчас с ошеломляющей ясностью ощутил, что все это время брат все-таки был.

Все еще был, пусть и уходил все дальше.

— Все будет хорошо, мы все исправим, — забормотал Ду Цзыян, укладывая голову Юкая к себе на колени и привычным полузабытым жестом разглаживая спутанные волны. Губы его стали вдруг влажными и солеными, а фонарь помутнел и разъехался надвое. — Мы справимся, только продержись еще чуть-чуть, хорошо? Мы…

— Они тоже устали, — перебил его юноша и крепко зажмурился, подставляя голову под заботливые прикосновения. — Молчат. Почти бессильны. Это ваш шанс.

Завозившись, он стянул с пояса кинжал в потертых ножнах.

— Я только сейчас понял, что делаю и чем все это обернется, — глухо признался Юкай. — Весь мир дрожит и ходит ходуном. Может, я и безумец, но тащить за собой всех, кому не повезло родиться под теми же звездами… Призраки хотят туда, наружу, но если я вправду выпущу их, то сколько еще горя они принесут?

В руку Ду Цзыяна он вложил холодную рукоять кинжала.

— Если бы я мог просто уйти, никому не навредив, то ушел бы. Если бы я мог убить себя, то убил бы. Но я не могу ничего. Я прошу: помоги мне.

Подтянув дрожащую руку брата ближе, Юкай установил лезвие напротив собственного сердца. Нахмурившись, он немного пошевелил кисть, направляя оружие. Кинжал впился в плотную ткань и пробил ее, коснувшись кожи.

— Пока они слабы, ты успеешь, — ободряюще прошептал он и сжал пальцы брата вместе с рукоятью, вдавливая острие между ребер. — Если уж умереть, то от твоей руки. Бей быстро и не раздумывая, но кинжала не вынимай: вдруг успеют затянуть рану…

— Нет. Даже не проси меня об этом. — Ду Цзыян выдернул руку из крепкой хватки и отбросил кинжал в сторону, как ядовитое насекомое. Сталь зазвенела о камень. Наклонившись и почти сложившись пополам, он обнял Юкая и помог приподняться, подставляя плечо. — Нам обоим есть ради чего жить, слышишь? Я обещал защищать тебя, только обещание не выполнил.

— Ты защищал… — На изможденном лице младшего Дракона промелькнула едва заметная улыбка. — Прятал меня.

— В сундук, когда императрица прознала об излишнем внимании отца к тебе. — Ду Цзыян слепо ткнулся носом в спутанные ледяные седые пряди. Голос его стал тоньше. — Сундук был крошечный, для чего? Шитья? Ты свернулся на дне в такой маленький комочек, а сверху я положил отрез уже размеченной ткани и мотки ниток. Она пришла и кричала, теряя лицо. Отец ненадолго уехал, и у нее было мало времени, чтобы успеть устроить очередной несчастный случай.

— В ногу мне впилась игла, — мрачно закончил Юкай и приоткрыл глаза, блеснувшие янтарем. — И мне пришлось кусать пальцы, пока ты ее вытаскивал. Теперь я не влезу ни в один сундук, пожалуй. Может, пора перестать меня защищать?

— Прикажем изготовить сундук побольше, — глухо усмехнулся Ду Цзыян. Слезы градом сыпались на пепельные завитки. — Очень-очень большой.

Глава 23

Немое солнце взбиралось все выше, рассыпая вокруг негреющие лучи. За короткие часы неурочной, неправильной ночи оно покрылось багровой дымкой, свет его стал синеватым и мертвенным. Отражаясь от снега, этот свет превратил столицу в затопленный на дне моря город,